Чтение онлайн

Самой яркой фигурой среди кладоискателей, ищущих сокровища «Непобедимой армады», является Роберт Стенюи, потому что он был бессребреником. Сам он впоследствии говорил, что «клад – понятие относительное. Для археолога медная пуговица или мушкетная пуля подчас важнее сундука с монетами. Отыскав реликвии, я меньше всего думаю об их рыночной стоимости».

Профессиональным водолазом Роберт Стенюи стал вопреки воле родителей и сразу же начал самостоятельные исторические изыскания. Он завел у себя картотеку, в которую заносил все сведения о погибших и затонувших кораблях. Вскоре успехи новоиспеченного водолаза и его страсть к кладоискательству сделали Р. Стенюи столь заметной фигурой, что с 1954 года его стали приглашать на поиски затонувших сокровищ в испанской бухте Виго.

Примерно в эти же годы у Роберта Стенюи появилось новое серьезное увлечение – подводная археология. Его все больше начали привлекать корабли, которые могли бы рассказать о малоизвестных страницах истории, и, конечно же, корабли «Непобедимой армады».

Изучив не одну сотню страниц старинных рукописей, множество отчетов и банковских счетов, Р. Стенюи пришел к выводу, что никакого золота на «Флоренции» не было. Чтобы подтвердить свою догадку, он обратился к испанским историкам, и те, проведя собственные исследования, пришли к тому же выводу. Легенды о несметных богатствах, якобы находившихся на «Флоренции», – сплошной вымысел. Она не могла быть казначейским кораблем «Непобедимой армады», ибо в то время (как указывалось выше) каждое судно имело собственную казну.

А вот «Хирона», разбившаяся в ночь на 27 октября 1588 года о скалы, – другое дело. На «Хироне» находилось больше людей, чем на каком-либо другом судне, многие из них принадлежали к высшему свету Испании.

Уже при первом погружении на глубину всего десять метров Р. Стенюи нашел свинцовую чушку, какие на кораблях «Армады» применялись в качестве балласта. Тут же, почти рядом с чушкой, лежала бронзовая пушка, далее вторая, а рядом со второй – ядро. А вот и монета!

Р. Стенюи не скрывал своей радости, а радоваться было чему: не многие музеи мира могли похвастаться даже ржавым гвоздем, принадлежавшим некогда «Армаде». А тут при первом же погружении – и сразу такое богатство! Все трудности, которые пришлось пережить Р. Стенюи и его команде за три года работы в бухте Порт-на-Спанья, окупились сторицей. Всего было найдено более 12 000 предметов, и среди них осколки мальтийского креста с сохранившимися остатками белой эмали на червленом золоте. Кроме того, было найдено триста золотых и шестьсот серебряных монет.

Но об одной из находок Р. Стенюи впоследствии вспоминал с особой теплотой и нежностью. Это было во время одного из многочисленных погружений, когда вдруг между камнями мелькнула искорка, оказавшаяся золотым кольцом тончайшей работы. «Мне пришлось, – писал впоследствии исследователь, – снять перчатку, чтобы достать его, но я даже не почувствовал холода. Мы подняли его наверх, в лодку, и кольцо мягко заблестело в лучах ирландского солнца. Из всех сокровищ «Армады» эта была самая прекрасная и трогательная находка. Должно быть, молодая испанка специально заказала кольцо у самого лучшего ювелира города. И тот старательно выгравировал изящную ручку, держащую сердце, расстегнутую пряжку пояса и слова: «Большего я дать тебе не могу».

Захлебываясь в соленой воде, молодой испанский гранд наверняка в последние свои минуты мысленно прощался с невестой… И она, провожая его в дальний путь на завоевание Англии, надела ему на палец кольцо, чтобы оно всегда напоминало ему о ней.

Тело несчастного влюбленного стало добычей крабов, а драгоценный подарок, соскользнувший в расщелину, ждал четыреста лет, как ждут своего первооткрывателя и другие сокровища».

Страшное несчастье постигло Казань вскоре после ее завоевания Иваном Грозным. В 1579 году сильный пожар уничтожил дотла большую часть города, тысячи людей остались без крова и хлеба. Огонь, вырвавшийся со двора стрельца Данилы Онучина, в несколько часов обратил в пепел достояния многолетних трудов человеческих. Плач и стон людской стояли над Казанью летним июньским днем.

Пожар истребил в основном христианскую часть города, и татары всякое бедствие обращали в укор русским: это, мол, пророк Магомет карает их за разорение мусульманского царства. Тяжело было христианам переносить незаслуженные обвинения, а еще тяжелее было видеть поругание над святыми иконами. И тогда Господь послал им свое милосердие – для утешения одних и вразумления других.

Свой образ явила Пресвятая Богородица, и явила не начальнику города, не вельможе, не богатому и даже не мудрому, а десятилетней девочке Матроне – дочери стрельца Данилы Онучина. В почти пустой избе перед ней явилась икона, от которой раздался голос: «Иди и скажи архиепископу и воеводам вынуть Мою икону из недр земли». Но первое время Матрона не решалась сказать о своем видении даже матери, а не то что посторонним людям.

Через несколько дней ей снова явилась икона, вот тогда Матрона и рассказала матери о своем дивном видении, но та не обратила внимания на ее слова. Прошло еще некоторое время, и однажды десятилетняя отроковица заснула в своем доме в самый полдень. Вдруг какая-то сила перенесла ее на середину двора, где она опять увидела в воздухе икону Пресвятой Богородицы. От иконы исходили такие огненные лучи, что девочка даже испугалась, что они сожгут ее. И опять раздался грозный голос: «Если ты не объявишь моих слов и не возьмешь из земли Моей иконы, то будешь больна до самой смерти». Матрона до того испугалась, что без чувств повалилась на землю.

Когда она пришла в себя, то рассказала о чудесном своем перенесении на двор и об иконе в огненных лучах. На другой день мать отправилась с Матроной к городским воеводам, и девочка со слезами просила вынуть икону из земли в том дворе, который был ей указан во время видения. Однако воеводы не приняли ее слова всерьез, и Матрона с матерью отправились к архиерею в полной надежде, что святитель выслушает их и непременно сделает нужное распоряжение. Но и здесь их ждало одно огорчение, так как архиепископ оставил их слова без внимания.

Идти им больше было не к кому, и тогда они решили сами искать чудесно явившуюся икону. На погоревшем месте Д. Онучин стал расчищать место для новой постройки, и 8 июля 1579 года мать с Матроной пришли на пожарище, где уже собралось много народу. Многие приняли участие в поисках иконы и вскоре ископали много земли, но иконы нигде не было.

Начала копать и сама Матрона, и там, где прежде была печь, на глубине около полутора метров, обрела икону Богоматери Одигитрии с Предвечным младенцем на руках. Икона была завернута в ветхий суконный рукав, но сияла лучезарным светом, как будто только недавно была написана. Радости православных людей не было предела. Они преклоняли пред иконой колена, лобызали ее и наперебой стремились прикоснуться к ней, чтобы получить чудодейственную благодать.

Дали знать о находке архиерею и воеводам, и по благословению архиерея вскоре зазвонили колокола. Когда архиерей увидел новоявленный образ, то сильно удивился, потому что никогда не видел икон такого чудного письма. Он упал на колени и с умилением просил прощения за свое неверие, а также и воеводы просили себе помилование.

Вскоре по милосердию Божьему от святой иконы начали совершаться чудеса. Прежде всего милость Божью получил один нищий, который три года был слеп, ничего не видел, а потом прозрел. Когда обретенную икону Пресвятой Богородицы внесли в казанскую Благовещенскую церковь, зрение было даровано и некоему Никите, который до это времени тоже ничего не видел.

Весть о явлении Казанской иконы Божьей Матери вскоре разнеслась далеко за пределы Казани, и прежде всего эту весть поспешили сообщить Ивану Грозному. С иконы была снята копия и как драгоценное сокровище послана в Москву – вместе с описанием ее явления и бывших от нее чудес. Слово «копия» в те времена и вплоть до XVIII века имело не тот смысл, какое оно имеет в современном языке, то есть не являлось точным воспроизведением оригинала. Тогда в первую очередь речь шла о правильности композиции, а в Казанской иконе Божией Матери это был особый поворот головы Богородицы и особое положение Богомладенца.