Чтение онлайн

Врачи постоянно сталкиваются с подобными случаями. Радищев накануне смерти пребывал в угнетенном состоянии. Именно в таких обстоятельствах, теряя концентрацию, как правило, люди и травятся неумышленно.

Наиболее обстоятельно версию случайного отравления выдвинул ленинградский литературовед Дмитрий Семенович Бабкин. В его монографии о Радищеве, вышедшей в 1966 г., утверждается: писатель умер, случайно выпив стакан царской водки. Основной довод, впрочем, анекдотичен: Радищев не мог пойти на суицид, т. к. до последних дней сохранял непреклонную волю к революционной борьбе. А борцы с режимом не сдаются. Книга Бабкина настолько по-советски конъюнктурна и слабо аргументирована, что изложенная в ней версия смерти была воспринята историками и филологами не больше, чем курьез. Тем не менее, возможно, Бабкин не ошибался, а случайно набрел на истину.

Ведь действительно, начало Александрова царствования для Радищева – время наибольшего успеха. Павел вернул его из Сибири, но при этом всего лишь поменял место ссылки на Калужское имение, не восстановив в правах. Для начала XIX века дворянин, лишенный прав, – пария.

И вот приходит Александр. Приговор демонстративно и полностью отменен. Более того, Радищева призывают в Петербург, назначают на ответственный пост. Он единственный из всей Комиссии по составлению законов, кроме высшего начальства, кто вызван на коронацию в Москву. Его друг и покровитель Воронцов в силе. Радищев мог воспринимать все происходящее как торжество справедливости.

Но Радищев тяжело болен, у него застарелый сифилис. Как пишет современный исследователь Владимир Кантор, «Не похоже и то, чтоб человек, знавший, что болен дурной болезнью, убивший по сути жену, наградивший своих детей всеми последствиями этой болезни, затем таким же образом убивший свою свояченицу – вторую жену и ни разу не подумавший о самоубийстве как жесте раскаяния, испугался бы пустых слов вельможи, которые ему, человеку опытному, прошедшему реальный арест и острог, разумеется, не могли показаться серьезными. Каковыми они и не были. К тому же, как всем известно, самоубийцы хотят умереть, чтобы не страдать в этой жизни, и по возможности избегают мучительных смертей».

Его смерть не вызвала со стороны властей никаких специальных действий, никто не воспринял ее как политический акт. Александр, конечно же, Радищева не запрещал. Через пять лет после смерти вышло собрание сочинений писателя, но «Путешествия из Петербурга в Москву» в нем не было. Каким бы ни был в то время либералом царь, такую жесткую критику общественного устройства России он не мог позволить обнародовать. Тем более что «Путешествие» в не лучшем свете выставляет его горячо любимую бабушку Екатерину. А все написанное Радищевым, кроме «Путешествия», для неспециалиста особого интереса не представляет. Издание его сочинений прошло незамеченным. Вот писателя и забывают. Потом времена изменились. Николай – император, при котором и за меньшие грехи, чем радищевские, упекали в солдаты и отправляли на дальние окраины империи. Упоминать Радищева в печати стало невозможно. Так наступило забвение.

А когда благодаря Герцену, а потом Плеханову и Ленину, Радищев был провозглашен эдаким Иоанном Крестителем российского свободомыслия, стало важно, чтобы первый русский революционер своей смертью, самоубийством, расквитался бы с самодержавием.

Между тем, человеку больному, ипохондрику и сифилитику, ничего не стоило спутать воду с царской водкой. Только что приготовленная царская водка бесцветна, и лишь спустя несколько секунд она приобретает оранжевый цвет. Хватить стакан (как сказано во врачебном заключении) с «приготовленной в нем крепкой водкой для выжиги старых офицерских эполет старшего сына» можно и машинально.

В документах о захоронении говорится о естественной смерти. В ведомости церкви Волковского кладбища в Петербурге от 13 сентября 1802 года в числе погребенных указан «коллежский советник Александр Радищев; пятидесяти трех лет, умер чахоткою, при выносе был священник Василий Налимов»

Внук Екатерины Великой, сын Павла I и брат Александра I взошел на престол 14 декабря 1825 г. И это было очередное в российской истории вступление в царствование, сопровождавшееся кровью. Тридцатилетнее правление Николая I началось с подавления бунта декабристов.

Николай считал, что все беды России – от Запада; у Российской империи должен быть собственный путь. Главной защитой самобытности России должны стать могучая армия и флот. Ведь со времен Петра Великого страна шла от победы к победе. Вся жизнь Николая Павловича была посвящена русской вооруженной мощи. В 1853 г. Россия вступает в войну сначала с Турцией, а потом и с Англией и Францией. Эта война, получившая название Крымской, стала последней в его жизни.

Николай Павлович скончался 18 февраля 1855 г. (по старому стилю). Несмотря на то, что в последние недели государь не без оснований находился под присмотром группы высококлассных медиков, для близких и современников его смерть выглядела скоропостижной.

Государя почитали здоровяком. Он был склонен к «спартанской» обстановке, был отличным наездником, мастером фрунта. До старости выглядел богатырем. Не жаловался на недомогания. Его никогда не видели больным. Император не курил, почти не употреблял спиртного, любил простую, здоровую пищу. Ежедневно его осматривали лейб-медики и всегда находили его здоровье превосходным.

Фрейлина Александра Федоровна Тютчева писала: «Никто лучше, как он, не был создан для роли самодержца, его внушительная величественная красота, величавая осанка, строгая правильность олимпийского профиля, властный взгляд – все, кончая его улыбкой нисходящего Юпитера, все дышало в нем земным божеством, всемогущим повелителем».

В возрасте «ближе к 60» (а умер он на 59 году жизни) у любого человека выползают те или иные болячки. Император казался исключением. Тем неожиданнее, в связи с распространенным мнением о могучем здоровье государя, прозвучала официальная версия кончины государя: «Смерть от паралича легких, вызванного пневмонией, которая, в свою очередь, выросла из гриппа».

30 лет на вершине власти – для России неординарный срок. От правителя он требует, как минимум, выносливости и отменного здоровья. Между тем единственная болезнь, от которой лечили Николая I в последние годы – обыкновенная подагра.

В январе 1855 г. у него случился грипп. Считается, что заболел он, отправившись на свадьбу дочери своего любимого подчиненного генерала Клейнмихеля, слишком легко одетым (на нем был легкий конногвардейский мундир и лосиные панталоны).

Тем не менее, несмотря на болезнь, Николай I продолжал «работать царем». Мы не встречаем указаний, что в первую неделю февраля болезнь была серьезной, и жизнь царя находилась под угрозой. Он был простужен, но вел обычный, деятельный образ жизни.

9 февраля император довольно много передвигается по городу (посещает Манеж, свою золовку великую княгиню Елену Павловну). С 11 февраля Николаю Павловичу становится по настоящему плохо: жар, кашель, озноб. И вот только тогда болезнь начинает быстро прогрессировать. Грипп, согласно основной версии кончины Николая I, превращается в тяжелую форму пневмонии. Дальнейшее опишем глазами министра государственных имуществ графа Павла Киселева.

«По возвращении Государь почувствовал лихорадочный припадок – в ночь или на другой день, т. е. в пятницу, он жаловался на тупую боль в боку. Доктора должны были обратить внимание на печень, – говорил Государь – тут мой недуг, и затем кашлял и с трудом освобождался от мокрот. Орлов, к которому доктор Карелль приезжал ежедневно, говорил мне 10-го числа, что у Государя грипп очень сильный, но что опасности нет.

15-го в воскресенье Государь докладов уже не принимал и лежал в постели. Мне сказали, что болезнь серозная, но что прямой или положительной опасности нет. В четверг, 17 февраля, я поехал во Дворец, дабы от камердинера узнать о состоянии Его Величества – ответ был довольно темный – Государь очень жалуется на боль в боку, худо почивал – много кашлял, а теперь успокоился. На другой день, т. е. в пятницу, я послал во Дворец за Бюллетенем – мне привезли копию под № 3-м, который изумил меня и растревожил – я немедленно отправился во Дворец. Здесь мне объявлено, что Государь находится в безнадежном состоянии, что он исповедовался. Призывал всех детей и внуков, прощался с Императрицею, выговорил ей и прочим членам своего Семейства утешительные слова, простился с прислугою своей и некоторыми лицами, которые тут находились – и, наконец, последний и тихий вздох отделил душу от тленного тела». Император умер 18 февраля 1855 г. около полудня.