Чтение онлайн

— Суки, — шепчу, напрягая желваки, опускаю голову.

— Спайс, встал! — тычок волыной в спину. Поднимаюсь, передо мной стоит, как я потом узнаю, федерал, который в будущем будет моим частым гостем с облавой в масках шоу.

— Ты свободен, — щелчок за спиной и наручники спадают с моих рук.

— Ты кто? И что, за хуйня? — упираюсь пожирающим взглядом, жмурюсь от пронизывающего ветра с колкими впивающими снежинками.

— Потом, все потом, — ухмыляется, поднимая ворот черного пальто, разворачивается, садится в черную волгу.

Два грузовика с телами моих пацанов закрываются, а я продолжаю стоять в одиночестве, посреди пустыря, провожая изумленным взглядом отъезжающий транспорт, во главе черной волги с Мусиным Петром Сергеевичем, моей занозой на долгие года.

Подхожу, вставая напротив Чирика и Мамая, кидая взгляд на их тачку...

— Мы одни, как и договаривались, — усмехается Чирик.

— С тобой я ни о чём не договаривался, Чир! — с омерзением сплевываю, под его ноги, — А тебя, я смотрю не хило потрепало, по зонам не устал чалиться? — сканирую его нездоровую худобу.

— А ты, не изменился, мало нагибали тебя? — с кривой улыбкой, упирается пустым взглядом на мое ухо.

— Ты, не путай меня с сучками! И мы не на зоне, тут порядки другие, всё Чир меняется в этой жизни и сейчас за мной люди.

— Что, очко на минус?! Сейчас ты один! — разводит руками, — Ты проебал у себя под носом своего же кореша, это твои ребята? — ухмылка ползет по его высохшим щекам.

Я реально лохонулся, не ожидал, сука, впервые в жизни, так глупо слил себя. А этот мир не прощает ошибок, никогда. К Максу всегда относился, как к брату младшему, с косяками, с его слабостями, но как к брату.

Надо же, я выбрался из такого говна, в котором другие тонут, я добился всего, чего желал, я землю носом рыл, ломал кости, ломал себя и других, вгрызался мертвой хваткой за любую возможность...медленно, но верно поднимаясь по ступеням, падал и вновь вставал, стиснув зубы, не жалея себя, не жалея никого! И сейчас я так глупо проебал все! Приехав из Рязани, молодняком, наивным пацаном, я был никем, за плечами лишь учеба в девять классов и несколько выигранных чемпионатов СССР — весь мой богатый опыт. Выбрал ли я сам этот грязный и опасный путь криминала? Конечно нет, он меня выбрал, не предоставляя выбора для других возможностей.

Думал ли я когда нибудь, что стану убийцей? Не-а...Моя нелегкая жизнь вытравила во мне все ненужные чувства, в угоду поставленных целей. С каждым годом я закалялся, как сталь, у меня выработался иммунитет ко всему живому, к страху, к любым человеческим слабостям в виде жалости и боли.Все предельно просто и понятно, тут либо ты, либо тебя трахнут во все щели. Быть терпилой?! А вот этого никогда, мой железный стержень, оказался сильной несгибаемой опорой для меня.

И сейчас, стоя на пустыре темной ночью, окруженный тремя мразями, я не могу до сих поверить в свою глупость, в свою роковую ошибку. Я тупо вспоминаю сегодняшнее число, месяц, год...хотя, я уже знаю, что и могильный плиты у меня не будет.

— Ты порешил моего брата?! — встревает Мамай.

— А ты обоснуй! Или тебе шестерка в уши надул? — киваю в сторону Марса, упираясь в его беспокойные бегающие зеньки.

— Я знаю, что ты и ответку придется держать! — скрипит зубами.

— А знаешь, черныш, — шепчу, чуть наклонившись вперед, — засунь в жопу свои ответки, — и начинаю ржать, — я без ушей отправил твоего братишку на тот свет, — подмигиваю и наблюдаю за его трясущейся мордой.

Вскипев ринулся в мою сторону, сверкая ножичком. А вот этого я и ждал! Как предсказуемо. Остановил ударом в табло, выбивая лезвие...слышу сзади звук щелчка от предохранителя. Но меня это не останавливает, я уже вошел в кураж, да и растягивать свой расстрел нет желания. Как всегда, уходим громко и дерзко, наваляв напоследок пиздюлей и никаких серых тонов в моей, как выяснилось, короткой и такой быстрой жизни. Накидываю от души, схватив за шею, костяшки окрашиваются в алый цвет, на спине испарины, но нет от ударов, а от выворачивающей злости и ярости, от такой подставы и от себя, что так тупо я попался, расслабил булки. Слышится автоматная очередь, свист пролетающих пуль, попытка остановить меня, отвлечь. Но Максу то меня не знать! Я всегда довожу дело до конца. Острое покалывание на спине и жар проносится по всему телу, словно коленным железом прошило кишки.

«По ходу зацепило!» — чувствую обжигающую боль.Заглядывая в закрывающиеся веки, я вновь и вновь бью, по лицу, поддых, ломаю ребра, наслаждаясь его хрипами, его трясущимися руками, которые пытаются, еще пока пытаются ухватиться в мои напряженные мышцы. Бью в лицо, быстро четко, молниеносно. Каждый удар поставлен правильно, под нужным углом...Мой тренер, должен гордиться мной.Откидываю от себя Мамая, как тряпичную куклу. Оборачиваюсь на Макса.Руки его трясутся, пробегает дрожь от моего взгляда, глаза широко открыты, зрач потемнел...ощущаю его страх и смятение.

— Спайс, все кончено, — поднимает волыну, целясь в меня. Долбаеб, он еще целится и это в паре метров от меня.

— Он прав, ты опять выбрал неверный путь, а могли бы работать вместе...

— Завали ебало своё! — перебиваю Чирика, не сводя глаз с Макса.«Обложили суки! Вот и все отбегался, Кирюха!» — усталая улыбка ползет по моему лицу.

— Я выдернул тебя из говна, но говно так и осталось в тебе! — с призрением таращусь на него, напрягая кулаки, готовый кинуться, разодрать зубами.Глазами перебегает на Чирика за моей спиной, явно ожидая команды, как верный пес, хотя не пёс, как шакал, переметнувшийся на другую сторону.

— Ты, Марс, готовься! Пацаны тебе не простят! Твоя жизнь уже ничего не стоит! Ты слил не только меня, но и всех ребят, так что отчет твоего времени уже пошел.

— Спайс, — протяжно произносит с натянутой улыбкой, — ты говорил, что я больше не прикоснусь к ней! А сейчас догадайся, к кому я наведаюсь в первую очередь, — подмигивает, — и что я сделаю с этой грязной шлюхой.

И именно эти слова, для меня спусковой крючок. Рывок вперед и его валына дает сбой. Успеваю уловить растерянный взгляд, пробиваю ему снизу, откидывая на капот. Хватаю за шиворот, разрывая ворот его футболки, вгрызаясь взглядом в его бегающие зеньки. Руки трясутся в адском напряжении, в груди жгет, тяжело дышать...Что за?

— Что ж, ты падла сделал? Воровская шестерка! — из горла словно рык.Его ошарашенные глаза опускаются, в след за ним опускаю голову..Замечаю, по моей футболке, в районе груди, расползается огромной кляксой кровавое пятно. Успеваю его откинуть от себя и ощущаю пронзающую боль в лопатке, качнувшись, оборачиваюсь, с трудом концентрирую взгляд...Темнота, окутывающий холод и худощавая фигура Чирика напротив меня, почти в упор держит ствол...Тело штормит, качает. Падаю на колени. Получаю с колена удар от Макса. Валюсь на землю утыкаюсь лицом в грубый гравий.

— Сдохни ссученный, — успеваю услышать мерзкий голос Чира.Прерывисто дышу. Озноб. Перед глазами яркие вспышки. И боль...боль сковывает все тело, выворачивая суставы.

— Стволы на землю! — громкий левый голос, пронзает тишину и все пространство освещается многочисленными фонарями.С хрипом, усаживаюсь на землю, опираясь на свой мерен, щурясь, вглядываюсь в свет.

— Что за? — возглас Макса.

— Уебываем, — крик Чира.Звук автоматной очереди...Наблюдаю, как оба прыгают в тачку, оставляя Мамая на земле.Пыль столбом. Вдыхаю, собираю силы, с трудом открываю дверь...