Чтение онлайн

Поэтому он старается, насколько возможно, усыплять всякую мысль, заглушать всякое чувство о верховном Существе.

в) Верующие христиане с благочестивым вниманием рассматривают и удивляются путям Господним на земле; с чистосердечной радостью испытывают, исследуют достопоклоняемые следы Вседержителя в природе и событиях. Но человек развращенный не имеет никакой способности к таким размышлениям, никакой радости от таких открытий. Даже более того, он страшится замечать порядок и мудрость в течении мира и судьбе людей — они заставили бы его познать всемогущую Силу, от которой он не может ожидать себе ничего утешительного. Поэтому он во всем и везде видит, или только игру случая, или предмет, который человеческое коварство, своеволие и страсти переделали по их собственному желанию и направили к их собственным целям.

Заключение. Притч. 4:23; [767] Марк. 7:21–22; [768] Мф.5:8. [769]

Такие слова негодования исходят из уст Господа нашего Иисуса Христа, кроткого и смиренного сердцем, Который не сделал никакого греха (1 Петр. 2:22 [770] ), Кто "истинен, и нет неправды в Нем" (Иоан. 7:18). A из этого примера мы учимся, что негодование, оказываемое нами в жизни общественной и частной, не всегда преступно, но может быть иногда позволительно и безгрешно.

При каких условиях негодование может быть позволительно и безгрешно?

1. Когда оно происходит не из низкого и греховного побуждения (гордости, самолюбия, корыстолюбия и проч.), а из благородного и святого побуждения (славы Божией, блага ближнего и т. д.).

2. Когда оно совершается не самопроизвольно, без всякого на то права с нашей стороны (Рим. 14:4 [771] ), а в круге обязанностей, возлагаемых на нас Церковью и обществом.

1. Когда оно, при всех наших правах на негодование, не преступает пределов христианского благоразумия. Эти пределы ограничиваются достижением благородной цели негодования, исключающим, однако, всякую жестокость и ненависть к тому, на кого мы гневаемся по свой должности и власти.

Пример такого негодования во всех его чертах представляет нам Иисус Христос.

9 Ибо я думаю, что нам, последним посланникам, Бог судил быть как бы приговоренными к смерти, потому что мы сделались позорищем для мира, для Ангелов и человеков.

10 Мы безумны Христа ради, а вы мудры во Христе; мы немощны, а вы крепки; вы в славе, а мы в бесчестии.

11 Даже доныне терпим голод и жажду, и наготу и побои, и скитаемся,

12 и трудимся, работая своими руками. Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим;

13 хулят нас, мы молим; мы как сор для мира, как прах, всеми попираемый доныне.

14 Не к постыжению вашему пишу сие, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих.

15 Ибо, хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием.

16 Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу.

В Апостольском чтении десятой недели святой апостол Павел, для посрамления коринфских христиан, тщеславившихся своими совершенствами в добродетели (ст.6–8). изображает уничиженное по внешней видимости состояние апостолов. Если вы, говорит, поистине совершенны в добродетели, богаты и воцарились без нас — ваших учителей, то думаю, что нам, последним посланникам, Бог судил быть как бы на заклание и смерть осужденными, потому что мы сделались образцом (о) для мира, ангелов и человеков. Мы, апостолы за любовь к Иисусу Христу и за ревность к Евангелию почитаемся безумными, а вы считаете себя мудрыми о Христе. Мы — немощны, а вы — сильны, как имеющие мирскую власть и богатство. Вы считаетесь славными, а мы — бесчестными (ст. 9, 10). Вся наша жизнь исполнена всевозможных лишений и трудов, голода и жажды, гонений и преследований; но при всем том мы, будучи укоряемы, благословляем, — гонимы, терпим, — хулимы, молим за врагов (ст.11–13). Что может быть презреннее праха, выбрасываемого и попираемого? И вот мы, продолжает апостол, пред очами мира, "мы как сор для мира, как прах, всеми попираемый доныне" (ст.13). Таким образом, как бы так заключает святой апостол Павел, если мы апостолы, ваши учители, избранные Самим Богом, претерпеваем такие страдания, подъемлем такие подвиги и почитаемся презренными от людей: то как вы, будучи учениками, дерзаете считать себя и мудрыми, и сильными, и славными? Не к постыжению вашему пишу сие, замечает апостол, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих (ст.14), — не для того, чтобы устыдить вас описываю я уничиженную свою долю, а для того, чтобы научить вас подражать мне во всем, как я подражаю Христу. "Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу" (ст.16).

Такова была унизительная, с первого взгляда, доля апостолов!

Судя по первому впечатлению, многие из людей соблазнялись внешним видом провозвестников Евангелия и даже колебались в их божественном посланничестве. Но они — ошибались. Под покровом нищеты скрывалось величайшее достоинство, — подражание Иисусу Христу (ст.16).

Нередко и мы судим о достоинстве людей по их внешней участи; не оказываем иному, ради его внешней доли, ни внимания, ни части, или обходимся с ним с презрением и холодностью. "Бедный ненавидим бывает даже близким своим, а у богатого много друзей" (Притч. 14:20).

Но справедливо ли судить о достоинстве человека по его внешнему виду? Чем виноват бедный, что он родился нищим и незнатным? и т. д.

О достоинстве человека не следует судить по его внешней участи.

1. Объясним это.

Под внешней участью имеются ввиду обстоятельства рождения, звания и состояния, счастливые или несчастные явления, постигающие нас; богатство или бедность, знатность или незнатность, счастье или несчастье (в мирском понимании) — вот то внешнее, чем судьба одного человека отличается от судьбы другого.

а) Если судят о достоинстве человека по этой судьбе, то утверждают, что каждый заслужил ту долю, какую он терпит; что богатый и знатный имеет преимущество перед бедным, незнатным; что больной, жалкий и терпящий нужду заслужил свои болезни и страдания. Одним словом, "внешней участью измеряют нравственное достоинство человека."

б) Если это мнение о человеке и не всегда высказывается на словах, зато часто обнаруживается в поступках. Что это значит, например, если вы почитаете богатого ради его богатства, знатного ради его звания, а бедного и незнатного презираете? Почему иной честный, способный и заслуженный человек, неузнан и забыт, между тем, как невежда, неспособный, без всяких заслуг, пользуется предпочтением ради своего имущещества, внешнего блеска и т. д.?

в) Основание такого суждения о людях скрывается часто в грехах своекорыстия и чувственности. Кто имеет в себе эти грехи, тот смотрит на людей, только как на орудия к достижению своих видов, но не уважает никого ради его внутреннего достоинства. Но чем слабее разум, чем ничтожнее собственное нравственное достоинство, тем более судят о достоинстве других людей по их внешней участи.