Чтение онлайн

Но два десятка фашистов с пулеметом перекрыли дорогу к бегству.

Первый и второй наши грузовики с убитыми водителями ткнулись в обочину, изрешеченные меткими пулями-дурами.

— Нужно их сбить, или хотя бы отвлечь огнём.- крикнул Беляков, подбежав ко мне. Его лицо было грязно и поцарапано. — Возьму десяток товарищей и пару пулеметов. А вы прорвётесь пока мы их пригнем огнём.

— Хороший план, но поменяемся: вы командуйте отходом, а я останусь с товарищами вас прикрывать.- сказал я.

— Товарищ старшина, — попытался возмутиться Беляков.- Для отряда вы гораздо нужнее.

— Это приказ, лейтенант. — рыкнул я, — Я заговоренный, у меня много жизней, а ты точно здесь ляжешь.

Беляков удивлённо похлопал глазами, но спорить с таким аргументом не стал, и прыгнул на машину.

С помощью огня сразу трёх пулемётов мы частично покрошили, частично загнали за угол преграду из фрицев и держали их под плотным огнем, позволяя нашим машинам проехать мимо прячущихся от пулеметных очередей немцев.

Когда последняя машина скрылась за поворотом, я кивнул на грузовик с убитым водителем.

— Давайте едьте за отрядом. Я вас догоню.

Сержант Филиппов попытался воспротивиться.

— Товарищ старшина, вы как командир отряда должны сохранить свою жизнь. Вам надо уезжать. Я останусь прикрывать.

— Отставить, Филиппов. У меня, как у кошки, девять жизней. Вы уезжаете, а я вас догоню. Это приказ.

Сержант смотрел на меня с большим сомнением и явным неодобрением.

— Филиппов, ты же в курсе, что я заговоренный?

— Да, -сказал сержант Филиппов неуверенно. — Мне говорили, что в вас несколько раз попадали пули, а вам хоть бы хны.

— Ну вот видишь. Если вы со мной здесь останетесь то поляжете, а я в любом случае уцелею. Слушай боевой приказ: всем прыгать на машину и сваливать.

Партизаны, недовольно ворча и ругаясь, погрузились в машину и уехали.

А я остался их прикрывать.

Стрелял из пулемета в наступающих фрицев.

Хорошо так, душевно, попал минимум в десяток камрадов.

Однако, когда менял ствол на пулемете, в меня влетело сразу несколько метких пуль.

Я взлетел над портом, с большим удовлетворением наблюдая как горят склады, краны, как несколько продырявленных кораблей тонут у причала.

Внимательный осмотр окрестностей показал, что очень большой склад в отдалении, набитый снарядами и боеприпасами, остался незамеченным для Белякова и его бойцов.

Я размышлял пару минут, а потом воплотился внутри этого склада. С собой у меня было из базового комплекта при воскрешении две гранаты.

Я добежал до двери склада, открыл ближайшие ящики так чтобы боеприпасы не были защищены толстым слоем дерева, вышел из склада, кинул обе гранаты и закрыл за собой дверь.

Раздавшийся внутри взрыв сдетонировал другие боеприпасы и… огромной огненной волной меня опять отправило на респаун.

Я снова завис над портом и с некоторым испугом прикинул, что детонация такого большого склада может разрушить Кёнигсберг ещё задолго да 1945 года.

Впрочем, это была проблема немцев, да и склад для боеприпасов они выбрали не просто так.

Оказалось, что он довольно сильно заглублен в землю, как будто находится внутри большой бетонной чаши, поэтому основная часть взрывов прилетала в эти толстые бетонные стены, разрушая их, но не долетая до города.

Только с десяток снарядов полетела вверх и, падая вниз, угодила в жилые дома.

Печально конечно, но кто всплакнёт о сотнях тысяч советских граждан, уже успевших погибнуть несмотря на недолгий срок Великой Отечественной войны и миллионах, которым только предстояло сгореть в пламени этого страшного конфликта?

Я воплотился уже в городе неподалёку от легкового Мерседеса, в котором дремал водитель в форме СС.

Аккуратно постучал в его окошко, а когда он открыл дверь и спросил какого хрена мне нужно, дружелюбно улыбаясь, двинул прикладом МП 38 ему в нос, затем ещё раз и ещё.

Водитель потерял сознание.

Я перетащил бесчувственное тело на кресло пассажира, сел на его место и завёл машину.

Мерседес ехал очень быстро, плавно, по пути мне пару раз попадались патрули, но они лишь отдавали честь и пропускали машину без каких-либо проблем.

Видимо я цапнул автомобиль какого-то местного деятеля, с которым никто не хотел связываться.

Я выехал из города через Восточные ворота и едва не проехал мимо нашего поста.

Беляков конечно кадр, видимо, в спешке выезжал через другие ворота и забыл про оставленных здесь партизан.

Я остановился, открыл дверь и крикнул:

— Такси до партизанской базы в Белоруссии заказывали?

Партизаны радостно ответили категорическим согласием ехать до Белоруссии прямо сейчас. Оставаться в центре европейской цивилизации их как-то не вдохновляло.

— А что делать с пленным, товарищ старшина? спросил сержант Твенчук, руководивший постом. — С нами он не поместится. И так впритык ехать придётся.

— Дайте ему хорошенько по голове прикладом и сложите в караулку к мертвым фрицам. — по размышлению сказал я. — Эту машину всё равно вот-вот начнут разыскивать. Так что мёртвым пользы он нам не принесёт, а убивать безоружного… вряд ли он, работая водителем, уже на смерть успел заработать.

Партизаны для гарантии дали прикладом винтовки по голове водителя даже три раза, чтобы на совесть, как следует, и занесли его в караулку.

После чего погрузились в Мерседес, и мы с максимально возможной скоростью покатили прочь из города в сторону Белоруссии.

В городе судя по продолжающейся перестрелке ещё оставались наши, только вот вытаскивать их, не рискуя положить имеющуюся у меня в машине четверку бойцов, не было никакой возможности.

У них был приказ после того как порт хорошенько загорится, по возможности тихо вылезать из города, не отсвечивая своей принадлежностью к партизанским отрядам. Судя по громким звукам выстрелов не у всех это получалось.