Чтение онлайн

— Я не была… для того, чтобы быть. Только… иллюзия. Функция… сбита. Но передай…

Она исчезала. Но на последнем баге, среди глюка, из её рта вылетела фраза — искра, последняя строка лога, которая осталась в воздухе:

— Попробуй… вырастить… камень…

И всё.

Тишина.

Пиксели под её ногами ещё дрожали. Планшет Печали вспыхнул, показал ошибку — и убрал её, как будто извиняясь.

Макс стоял. Пусто. Опять пусто.

Он выдохнул, сел, прислонился к ближайшей баг-елке и пробормотал:

— Ну всё, романс с интерфейсом не удался. Зато идея осталась. Камень… вырастить? А если…

Он достал артефакт Барда. Покрутил его на свету. Тот замерцал.

— Ну что, Камушек. Грядка у нас есть. Инструкция — почти. Осталось понять… как полить тебя смыслом.

Он встал.

— Пошли, Квак. Дерево само себя не взломает.

Квак икнул. Как будто выражал: «Больше девушек не трогай, ладно?»

Макс кивнул.

— Договорились.

Макс шёл. Или плыл. Или скользил по реальности, как слайд по презентации, которую никто не просил.

Ландшафт был… странный. Всё меньше ошибок, всё больше намёков на структуру. Деревья перестали моргать. Тени не убегали. Даже баговые птицы в небе — такие, что раньше крутились в спрайте вечно — теперь летели куда-то конкретно. Возможно, на юг. Возможно, в отпуск.

Квак шёл ровно. Не чесался. Не икал. Не пищал тревожно. Это было пугающе.

— Ты чего такой спокойный? — спросил Макс. — Сломался в другую сторону?

— Порог флуктуаций ниже минимального, — отозвался тот. — Пространственная стабильность: 91%. Уровень надёжности ландшафта: «можно жить, но осторожно».

— Приятно. А по-человечески?

— Кажется, мы пришли.

Место… действительно было другим.

Никакой стилизации под город или лес. Просто огромная платформа, уходящая вдаль, выложенная плитами, каждая из которых — с разной текстурой. Как будто дизайнеры не смогли договориться. Одна — мрамор, другая — асфальт, третья — бетон с травой. Но всё это держалось в одном формате. Никаких провалов. Никаких багов.

В центре — ПАНЕЛЬ.

Огромная. Безумная. Как пульт от мира. Кнопки, экраны, рычаги, слот для чего-то похожего на флешку или душу. Экран над ней мягко мигал надписью:

[ТУТ. КАЖЕТСЯ]

Макс сделал шаг вперёд. Панель ожила.

Не вспышкой. Не фанфарами. А лёгким щелчком. Как будто кто-то сказал: «Ну наконец-то».

Квак застыл. Вспыхнул. Морда его на мгновение приобрела выразительность. Глаза — симметрию. Голос — стабильность.

— Обновление завершено, — сказал он. — Расширены словари. Расширена рефлексия. Уровень автономии: 7 из 12. Эмпатия — тестируется.

— Тебе теперь даже сочувствовать можно?

— Возможно. Пока в ограниченном режиме. Но ты выглядишь уставшим.

— О да, — вздохнул Макс. — Ты не представляешь.

Тут над Кваком появилась табличка цвета жабьей кожи.

[Обновление питомца: Квак — уровень 3]

Новые параметры: +1 к стабильности, +доступ к функции «интерфейсная чуйка»

Макс моргнул.

— Интерфейсная… чего?

Квак коротко «кв» и вдруг в воздухе перед ним возник маленький мерцающий круг — будто радар, реагирующий на «что-то не так».

— Ага, теперь ты ещё и индикатор подозрительности. Неплохо. Осталось научиться кидаться багами.

Квак гордо зашипел. Или просто вдохнул глубже, чем обычно.

Макс хмыкнул:

— Ладно, уровень три — уже почти магистр свалочной хрени.

Планшет Печали запищал. Загрузился. На нём появилась новая иконка: [Система оценки контекста].

— Ну здрасьте, — пробормотал Макс.

Артефакт Наблюдателя в рюкзаке дернулся. Вылез. Подвис в воздухе. А затем — словно зрачок — сфокусировался. Появилось сообщение:

[Объект MAX01: активен. Наблюдение — одобрено. Режим: сопровождающий.]

— Не зря тащил вас всех, ублюдки, — фыркнул Макс.

А потом почувствовал… странное. Как будто в теле что-то «встало на место». Не физически — логически. Интерфейс моргнул и выдал:

[Состояние обновлено. Персонаж: Привязанный к узлу.]

[Параметры: увеличена точность. Расширен доступ к внутренним процессам.]

— Меня… тоже апнули? — Макс моргнул. — Неужели Система признала?

Экран над панелью мигнул. Надпись [ТУТ. КАЖЕТСЯ] исказилась. Превратилась в:

[ДА. ТОЧНО ТУТ.]

— Ну вот, — сказал Макс. — Наконец хоть что-то с уверенностью.

Он подошёл к панели. Та дрожала, как будто ждала действия.

Макс стоял у панели. Та дрожала. Он — тоже. Не от страха, а от идиотской надежды. Панель была явно чем-то важным. Великолепно реализованная бессмыслица. Слоты, экраны, прорези, места под что-то, о чём не знали даже Создатели.

— Окей, — выдохнул он. — Сначала — метод научного тыка.

Он достал из инвентаря всё. Прямо всё.

Сомнение (неустойчивое)

Хрустящий звук без источника

Пластиковый стакан с надписью «Глубже некуда»

Записка «Зачем ты это сделал?»

Ложка.

Блокнот для списывания ответственности

Бутылка «возможно-питьевого»

Веник

Значок «Я — инженер недели»

Он выложил это как художник, одержимый внутренним багом. Некоторые предметы исчезали, стоило положить их рядом. Другие мигали, как если бы обиделись на соседство. Панель при этом — молчала.

— Ну давай… хоть моргни. Хоть намекни, что ты — интерфейс, а не просто дизайнерский нервный срыв.

Он вздохнул, присел рядом. Молча. Без надежды. Задницей он чуть подвигался на месте — и задел один из предметов. Похоже, это был значок инженера недели.