Чтение онлайн

Рагвальди не сказал ничего нового. История готов была широко известной и общепринятой. Одно из самых ранних описаний шведской истории — «Chronica regni gothorum» («История королевства готов») Эрикуса Олаиса, созданная в начале XV века. Как видно из названия книги, считалось вполне нормальным говорить о готах в связи с историей Швеции. В книге «Fornsvenska legendariet» конца XIII века история готов — это история Швеции. [31] Уже в 1081 году Папа Григорий VII использует слово «wisi-gothi» вместо шведского «west-gotar». [32] Основной источник, благодаря которому была признана связь готов со Швецией, — «Getica», работа римско-готского историка Йорданеса. Йорданес написал хронику готов в 551 году. Сам Йорданес происходил из готов и хотел прославить их как народ, который любил учение, в отличие о того, что говорили римляне. [33] Этот народ не только завоевал Рим, Йорданес хотел также подчеркнуть и все положительные характеристики готов. Однажды они вместе со своим королём Бериком приплыли с острова Скадза, из Скандинавии. Они приплыли на трёх кораблях, и команды этих кораблей породили три племени: остготов, вестготов и гепидов. Следующие строки Йорданеса, в которых он описывает исход, часто цитируются приверженцами готицизма:

Йорданес описывает нападение на Италию и расхищение Рима, которые прошли под руководством вестготского короля Аларика. Он также пишет и об известном остготском еретике Теодорике Великом, и о различных сражениях, в которые были вовлечены готы. Хроники Йорданеса — важнейший документ, рассказывающий об истории готов. В 98 году н. э. Тацит уже упоминал готов, gotones, в своём труде «Germania». [35] Тацит писал о готах и других германских племенах, проживающих к северу от Рима, как о благородных дикарях, обладающих высокими моральными принципами и боевыми качествами. Они контрастировали с такой культурно изношенной и декадентской империей, какой был Рим. И греки, и римляне идеализировали северные территории, где, по их мнению, люди жили простой, но полной и свободной жизнью. Считалось, что благодаря климату возникли люди с твёрдым характером и сверхчеловеческими возможностями. [36] Греки считали, что и их боги, и они сами изначально пришли из далёких северных земель. Греческий историк Геродот считал, что богиня Лето пришла в Грецию с крайнего Севера, из Гипербореи, и родила Артемиду и Аполлона. [37] Этот гиперборейский мотив, который берёт начало в древней Греции, станет ещё одной важной основой готицизма: миф о гипербореях и истории готов. [38] Именно с добавлением мифа о Гиперборее движение готицизма приобретает для учёного, занимающегося историей религии, особый интерес. Боги и другие существа становятся важной частью готической мысли.

Ранние приверженцы шведского готицизма так и не смогли объединить эти мотивы. Иоганн Магнус и его брат Олав Магнус — одни из самых важных деятелей раннего шведского готицизма. Следующая важная веха в развитии готицизма наступила по прошествии более чем века после известной речи Рагвальди. В 1554 году Иоганн Магнус публикует историю королей готов и шведов «Historia de Omnibus Gothorum Sueonumque Regibus». Она была выдержана в духе Рагвальди и описывала историю Швеции как нечто величественное и уникальное. Иоганн Магнус был католическим архиепископом. В Риме он оказался в изоляции от своего народа, но к нему часто обращались с вопросами. Он хотел описать восхитительную историю своей родины и поставил Швецию наряду с другими великими европейскими нациями. Несмотря на то, что Магнус критиковал Густава Васу, сам Васа счёл книгу приемлемой, и она получила широкое распространение, потому что изложенные в ней готические идеалы были ещё более полезны. На шведский язык книга была переведена в 1620 году. [39]

Его брат Олав Магнус в 1555 году опубликовал в дополнение к книге Иоганна историю нордических народов, «Historia de entibus Septenrionalibus. [40] Олав Магнус и его брат считали рунные камни свидетельствами древности шведской культуры. Когда римляне всё ещё были варварским и неграмотным народом, на Севере процветали литература и культура. [41] Братья были убеждены, что огромные рунные камни были перенесены древними гигантами, очевидно, в какое-то время до Великого потопа. [42] Братья Магнус хотели описать Север, потому что, проживая не на родине, выяснили, что у учёных в континентальной части Европы нет точных географических и этнографических данных. [43] В 1539 году Олав Магнус публикует «Carta Marina». Это первая из относительно точных карт Скандинавии. Сверху на карте изображён мифический воин Старкадер, в каждой руке он держит по таблице с рунами. В таблицах присутствуют те же руны, которые братья использовали в опубликованном на пятнадцать лет позже — «готическом алфавите», руническом алфавите, расположенном в обычном порядке «abc», где напротив каждой руны стояла соответствующая латинская буква. Олав Магнус писал, что у нордических народов с незапамятных времён был свой собственный язык и что они переписывались, используя дощечки, потому что дерево более надёжно и легкодоступно по сравнению с бумагой. Братья прославили страну, из которой были высланы, а в одной из иллюстраций книги Олава Магнуса есть фраза на латыни «Сохраним древние памятники». [44]

Несмотря на то, что идея была распространённой, братья Магнусы так и не объединили миф о готах с мифом о Гиперборее. Это странно, потому что Иоганн Магнус был знаком с текстом Якоба Циглера «Schondia» (1532), где эта связь прослеживается явным образом. [45] Наибольшего развития шведский готицизм достиг в начале XVII века, и именно тогда связь гиперборейцев с готами была признана очевидной. Гиперборейцы превратились в готов, а греческие мифы стали шведскими. Многие считают ведущим представителем готицизма Олофа Рюдбека, однако другой важный деятель начала XVII века — Иоганн Буреус. Хотя он не настолько знаком общественности, как Рюдбек, именно Буреуса называют «отцом» шведской грамматики, пионером исследований рунологии и «верховным жрецом» готицизма.

Йохан Буре (1568–1652) или Иоганн Буреус, — его более известное имя, — одна из важнейших фигур готицизма. В его работах мифы о готах переработаны таким образом, чтобы не только подчёркивать исключительную роль Королевства Швеции, но стать основой пути индивидуального развития. Буреус объединил поздний готицизм, собственные лингвистические и рунические исследования и интерес к оккультизму.

В подписи к одному из изображений рунных камней Буреус указывает время начала своих исследований рун: «Denna l"arde migh f"orst l"asa runor 1594 widh lagh» («Это было первое, что научило меня читать руны около 1594 года»). [46] Работы Иоганна Буреуса были основополагающими для развития шведской грамматики. [47] Он также очень своеобразно переработал готическую идеологию. В 1599 году он закончил первый печатный труд о рунах. Это медная гравюра в формате «фолио», которая называется «Runak"anslanes l"arospan», её также называют «большой рунной таблицей Буреуса». [48] Слово «k"ansla» («смысл») характеризует эпоху и науку того времени. В этой работе Буреус привёл примеры множества рунных камней и показал несколько рунных рядов с указанием фонетических значений рун. [49]

Рунические исследования Буреуса считались настолько важными, что король Швеции запретил ему покидать страну, потому что если бы с Буреусом что-то случилось, древняя история была бы потеряна. [50] Буреус считал, что христианство и латынь вытеснили руны, и хотел восстановить знания о них. Был опубликован букварь «Runa ABC-bok». Одно из важнейших достижений Буреуса в рунологии — обширнейший обзор рунных камней. Он смог детально исследовать 663 камня. Это примерно четверть рунных камней, которые существуют в Швеции до настоящего времени. [51]

Буреус разработал систему рун, которая объединяет лингвистическую систему и затрагивает глубокие эзотерические вопросы. Буреус работал в Упсале, его вдохновляли работы по каббалистике и алхимии, книги Агриппы, Парацельса, Ройхлина и других великих оккультистов. [52] Как и в каббале, он считал, что у рун есть разные функции: в качестве письменных знаков, а также в качестве тайных магических символов. [53] Он разработал готическую каббалу, которую назвал «Kabala Upsalica». Тайное знание о рунах он назвал «adulrunor» или «adelrunor». Более того, он разработал знак, который также называется «adulruna» и который содержит все пятнадцать адулрун. Этот знак напоминает «Monas Hieroglyphica» английского оккультиста Джона Ди, хотя последний знак содержит планетарные символы. [54] Адулруна Буреуса — это карта вселенной и развития человека на нескольких планах бытия. Адулруна — символ и человечества, и космоса, микрокосма и макрокосма. Основной эзотерический текст Буреуса — «Adulruna rediviva», «Живая адулруна».

Во время возникновения рунологии Швеция была одной из влиятельных европейских стран, так что можно в целом говорить и о некотором руническом возрождении. Во время Тридцатилетней войны (1618–1648) шведские офицеры использовали руны для кодирования сообщений. [55] Исследования Буреуса отличает то, что руны рассматриваются не просто как вид древней письменности, которая доказывает наличие древней литературной традиции на Севере, но в первую очередь как символы индивидуального пути инициации и просвещения, благодаря которому адепт достигает единства с богом. Эзотерическая рунология Буреуса была известна и за пределами Швеции, к нему часто приезжали издалека, чтобы узнать о тайнах адулрун. [56] Находясь при смерти, Буреус объявил, что более всего он гордится своими исследованиями мистицизма, несмотря на то, что у него были и значительные лингвистические достижения. [57] Его последователи Стирнхильм и Верелий приняли некоторые из его идей, однако дистанцировались от большей части оккультных и каббалистических моментов. [58] Те идеи, которыми Буреус гордился больше всего и которые изложил в нескольких редакциях книги «Adulruna rediviva», не получили широкого распространения. Возможно, это произошло из-за того, что мысли его были настолько личными, сложными и оккультными, что не могли привлечь множества последователей. Удивительно, что многие мистики, жившие после Буреуса, разработали подобные системы независимо от него: ступени готической инициации Лиги «Манхем» и рунический мистицизм ариософа Гвидо фон Листа. Сходства многочисленны, но, судя по всему, обе системы развивались без прямого влияния Буреуса.

С выходом книги Олофа Рюдбека «Atlantica» шведский готицизм начала XVII века максимально развивается. Книга также называется «Atland eller Manhem» и состоит из четырёх объёмных томов, последний из которых так и не был закончен. На Рюдбека произвели впечатление «Эдды» Снорри Стурлусона, которые в то время получили широкое распространение и стали одной из основ готицизма. Рюдбек использует герменевтический принцип подмены, чтобы доказать, что многие из древнегреческих мифов в действительности происходили в Швеции. Когда Рюдбек объясняет, почему, говоря об Атлантиде, Платон упоминает слонов, то утверждает, что это всего лишь фигура речи, означающая волков, так что его невозможно заставить отказаться от мысли, что Атлантида — это Швеция. [59] Несмотря на то, что во время публикации «Atlantica» вызвала многочисленные споры, она оказала значительное влияние. Между Рюдбеком и Буреусом можно найти несколько сходств, хотя их модели готицизма отличны. Рюдбек — представитель националистического самоуверенного готицизма, в то время как Буреус говорит о готически окрашенном эзотеризме, который проникает в человеческое существование на высших планах.