Адулруна. Готическая каббала
Шрифт:
Готицизм имел место не только в Швеции. Практически любой европейский народ мог в тот или иной момент указать на собственное происхождение от готов. Кроме Швеции, позиции готицизма были также сильны в Испании. В Дании и Англии процветали представления о происхождении от готов. Когда шведы сравнивали себя с «Gotar», людьми с Готланда, готами, то датчане указывали на связь готов с ютами. С готами ассоциировались несколько народов. Английские поэмы «Беовульф» (са. 700-100 °CЕ) и «Уидсит» (са. 70 °CЕ) интерпретировались как истории о готах. В Англии, как и в других частях Европы, готы связывались с борьбой за свободу. Кельты и готы часто противопоставлялись. Готы виделись как свободный и сильный народ, который смог избавиться от тирании Рима. Ингмар Стенрот в книге «Myten от goterna: Fran antiken till romantiken» пишет:
Для новейшей оценки готов также важны и моральные качества. Швеция — одна из немногих европейских стран, где так и не закрепилось крепостное право. Англичане, которые уже в начале XVII века были приверженцами демократии, считали, что именно здесь, на Севере, жили свободные готы. Когда они стали покидать Скандию, то смогли освободить остальную Европу от римского империализма. [78]
Мигрируя по Европе, готы прошли Польшу и Россию, затем окружили Чёрное море. Готы делились на восточных и западных. Западные готы захватили город Рим, а затем переместились в Испанию, где позже сформировали монархию и аристократию. Восточные готы основали династии в Италии. Историк Родриго Толетанус в 1243 г. написал книгу об истории Испании, которую назвал «Goternas historia». Испанцы всё больше интересовались своей скандинавской прародиной. В испаноговорящих странах был широко распространён миф о готах. Испанцы рассматривали борьбу с мусульманами как продолжение традиций готов. Стенрот пишет:
78
Ingmar Stenroth, p. 10.
С самого начала испанцы рассматривали борьбу с арабами как «reconquesta», возвращение себе старых готских владений, как культурно, так и географически и политически. [79]
Конечно, не всегда готов рассматривали с положительной точки зрения. Обычно их считали тёмным, опасным и разрушительным народом Европы. Готы были варварами, а само слово «готический» стало синонимом слов «примитивный» и «варварский». Основатели Швеции тоже неоднозначно относились к готам. Прошлое готов было славным, но они были язычниками.
79
Ingmar Stenroth, p. 70.
В Библии есть пророчества, которые указывают на то, что корень зла находится на Севере, оттуда же придёт и наказание божье. [80] Когда готы напали на христианский Рим, нападение было проинтерпретировано в этих терминах. Готы считались силами хаоса и силами тьмы, но также и инструментом в руках божьих, которым он наказывает народы и приближает наступление Судного дня. Во время Реформации готов называли народом, который наказал Рим и грешную католическую церковь. Ранние отцы церкви считают готов и другие северные народы орудиями бога. Стенрот пишет:
80
См. кн. Иезекииля 38:39 «…и пойдешь с места твоего, от пределов севера, ты и многие народы с тобой, все сидящие на конях, сборище великое и войско многочисленное», также др. упоминания о Гоге и Магоге. Вопрос крайне запутанный (некоторые даже понимали под «землей Рош» Русь) и не имеет прямого отношения к обсуждаемой теме. — Прим. ред.
Древние рассматривали Римскую империю как центр богоданного мира, а нападение готов на империю — как знак того, что конец света близок. В «Иудейских древностях» (80 н. э.) иудейский историк Иосиф уже пытается связать угрозу с севера с исполнением пророчестве Иезекииля. [81]
В XIV веке один из отцов церкви, Амвросий, заявил: «Gog iste Gothus est», то есть бог Библии идентичен Gothus'y. [82]
81
Ingmar Stenroth, p. 47.
82
Ingmar Stenroth, p. 48.
В эпоху Возрождения готы связывались с упадком культуры в Средние века. Готическое представлялось антиподом древней цивилизации и классических идеалов красоты. Конфликт между классическим и готическим постоянно развивается в культурной истории западного мира. Классические идеалы основаны на ясности, разуме, свете и постоянстве. Готические идеалы метафизичны, они основаны на архаических видениях, снах, на тёмном и неясном, на вдохновении и одержимости. В поэзии классицизм определяется правилами и мастерством, в то время как готическое сливается с метафизическим поэтическим видением, в котором содержание важнее формы. [83] В архитектуре «готический» стало ругательным термином для того типа архитектуры, который характерен для соборов Кёльна, Страсбурга и Парижской Богоматери. Эти грандиозные здания устремлены ввысь. Несмотря на то, что этот стиль архитектуры зародился во Франции около 1100 года, он называется немецким или готическим. Готическая архитектура с её острыми вертикалями ассоциировалась с дикой природой. Эти структуры казались похожими на сосульки, огромные древние деревья, пещеры со сталактитами и сталагмитами. С классической точки зрения готика была безвкусной и чрезмерной, угрожающей и пугающей. Однако с приходом Гердера и Гёте готическая архитектура получила признание, которого заслуживала.
83
Mats Malm, p. 29ff.
Несмотря на всё это, слово «готическое» стало синонимом дикого и страшного. В начале XVIII века в искусстве развилось течение, связанное с руинами, где кладбища и развалины готических церквей при свете полной луны становятся местами, в которых неприрученная природа проявляет себя. Каспар Давид Фридрих — один из основных представителей этого направления романтицизма. Руины стали настолько популярны, что приходилось строить новые, потому что настоящих руин было недостаточно. Готический идеал объединялся с романтической идеей возвышенного. Возвышенное — это то великое, что вызывает ужас и очарование одновременно.
Слово «возвышенный» (англ. «sublime») происходит от латинского «sublimis», что значит «высокий, возвышенный, высокого порядка или величины». Возвышенное — важная категория классической эстетики. Труд о возвышенном, который ошибочно приписывался греческому философу III века Лонгинию, был переведён на французский в начале XVII века. Он вызвал множество дискуссий о том, что такое возвышенное в искусстве и как искусство воспринимается. Эдмунд Берк и Иммануил Кант посвятили много времени размышлениям о возвышенном и внесли значительный вклад в определение концепции. Возвышенное затрагивает тот опыт, который находится за пределами рационального мира. Оно напоминает опыт, который Кадинский называл «das Unheimliche», нездешнее. Для Берка возвышенное и красивое столь же отличны друг от друга, как и другие формальные качества: красота округла, мягка, приятна, часто изображается в пастельных тонах, возвышенное же — острое, твёрдое, великое, изображается тёмными, контрастными цветами. Классические идеалы связаны с представлениями о красоте, готическое — связано с возвышенным. Стенрот следующим образом описывает разницу между классицизмом и готицизмом:
…классицизм — это простая имитация природы, где в основу положен «сад» геометрических фигур. С этой точки зрения иррациональные идеалы готицизма представляют собой плохой вкус. Когда изменяется взгляд на природу, когда человечество начинает исследовать дикую растительность, обнажённые утесы и вершины гор, тогда снова приходит принятие готического… Архитекторы дворцов отходят от геометрического порядка, чтобы освободиться от правил. Подстриженные деревья разрастаются, газоны превращаются в дикие луга, а дорожка в саду становится извилистым путём одинокого философа, по которому он идёт, погружённый в меланхолию. [84]
84
Ingmar Stenroth, p. 148ff..
Среди английских готических романтиков говорили об «энтузиастическом ужасе», пытались уйти от чистых, светлых, упорядоченных идеалов классицизма. Вместо богов привлекательными становились демоны, ад, духи, человеческие души, заклинания, магия, гром, штормы, чудовища, пожары, война, эпидемии и голод. [85] Возвышенный ужас также позволил бы человечеству воспринять целостную реальность, которая непознаваема в границах разума. Примеры произведений искусства такого рода: «Ночные мысли» Эдварда Янга 1742 года и стихотворение Роберта Блэра «Могила» 1743 года.
85
Mattias Fyhr, «De m"orka labyrinterna. Gotiken i litteratur, film, musik och rollspel» (2003), p. 36ff.
Для этого жанра характерна связь романтики ужаса и готической литературы, с одной стороны, и готическими, залитыми туманами, тёмными землями Севера. Говард Филлипс Лавкрафт, известный автор готической литературы, писал:
В душе я презираю эстетов и предпочитаю воинов. Сам я тевтонец и варвар, бледнокожий северянин из влажных лесов Германии или Скандинавии, родственник гигантским, ослепительно белым завоевателям проклятых женоподобных кельтов. Сын Одина и брат Хенгиста и Хорсы. Ррр… Дайте мне выпить горячей крови из кубка, сделанного из черепа кельта! [86]
86
H. P. Lovecraft, «Selected Letters I» (1911–1924) (ed. August Derleth and Donald Wandrei, 1965).