Чтение онлайн

— Ох, Саша, — она даже не пыталась скрыть иронию в своём голосе. — Как же многого ты не знаешь…

Как оказалось, я действительно многого не знал. Точнее не так. Скорее я не учёл один привычный для этого мира факт.

Но это забегая вперёд.

Остаток дня до обеда прошёл в относительном спокойствии. Мы просидели в отделе, немного покопались в бумагах по последнему делу, чтобы подготовить их к сдаче в архив, и на этом рабочий день, по сути, для нас закончился. Как бы мой внутренний трудоголик не вопил от досады, но больше делать банально было нечего. Всё равно Настя права, и с нашим новым клиентом мы сможем встретиться только на следующей неделе.

Так что после обеда мы забрали вещи, предупредили Романа и направились к лифтам. Я ещё немного надеялся на то, что Лазарев скажет, мол, нечего дурью маяться в рабочее время, и никуда нас не отпустит.

Эх, надежда, злая ты сука. Роман покивал на заявленную сестрой причину, с умным видом заявив, что выглядеть надо презентабельно. А я сделал вид, будто не удивлён тому, что он не удивлён тому, что я вообще на этот приём иду.

А вот заметила ли это Настя… Ну, как я уже говорил, она умная.

А вообще, есть что-то преступное в том, чтобы уходить с работы до того, как закончится твой рабочий день. Даже если ты это делаешь на законных основаниях. Уж не знаю почему, но я отчего-то ощущал вину, хотя, по идее, не должен был.

Наверное, профдеформация. Просто не привык я бездельничать. А в поездке к портному я видел именно безделье. Одно дело — поехать, чтобы нарыть информацию по делу или договориться с кем-либо, и совсем другое — ехать за шмотками.

И, как оказалось, на этом сюрпризы сегодня не закончились.

— Гараж? — удивился я, когда Настя нажала кнопку на лифте.

— Ага, — с довольной мордочкой улыбнулась она.

При этом эмоции были такие, будто она была ребенком, подготовившим сюрприз, и едва сдерживала себя от того, чтобы не подпрыгивать в ожидании.

Заинтригованный, я дождался момента, когда кабина лифта спустилась вниз, и вышел вслед за Настей из лифта.

— Решила сегодня взять машину с водителем?

— Решила, что сегодня я тебя покатаю, — отозвалась она, доставая из сумочки очень знакомый мне брелок с ключом.

Слишком хорошо знакомый. Точно так же, как и машина, к которой мы подошли.

— С чего это Роман дал тебе свою машину? — спросил я, глядя на то, как Настя открыла ту кнопкой на брелке и направилась к водительской двери.

— Потому что это теперь моя машина, — даже не пытаясь скрыть своего триумфа, заявила она.

Это с какого вдруг перепуга?

Тут я вспомнил слова Романа, сказанные им вечером у него же в квартире. О том, что моё согласие пойти на приём будет стоить для него куда больше, чем для меня.

Похоже, теперь я понимаю, что именно он имел в виду.

— Давай, садись. У нас не очень много времени…

Чёт мне это как-то не нравилось.

— Слушай, Насть, а ты вообще водить-то умеешь? — с некоторой опаской в голосе поинтересовался я у неё, открыв пассажирскую дверь, но всё ещё не торопясь забраться внутрь. — Ты не подумай, что я…

— Я ещё в восемнадцать экзамен по вождению сдала, — забурчала она. — Давай залезай, чего застыл?

— Да как-то за жизнь свою переживаю…

— Только не говори, что веришь в эти тупые стереотипы! — моментально нахмурилась Лазарева. — Я нормально вожу…

— Да не то чтобы сомневался, — протянул я. — Скорее это здоровая доля предосторожности.

Она так на меня посмотрела… Смесь возмущения и обиды. Даже тут её характер брал верх, едва только стоило мне лишь немного усомниться в её способностях.

Перекреститься, что ли?

Не, я, конечно, не шовинист. Знаю… Точнее знал в прошлой жизни женщин, которые водили получше любых мужчин. Но не машины, у которых под капотом как минимум за три с лишним сотни лошадей. Скорее даже больше.

— Ладно. Чему быть того не миновать, — вздохнул я.

— Что ты сказал?

— Ничего, — буркнул я, сев на пассажирское сиденье, и как-то очень некстати подумал о том, что не зря это место называют «креслом смертника». По статистике процент выживания в авариях среди пассажиров этого места был самым низким из всех других мест в автомобиле.

Что-то не о том я думаю.

Забегая немного вперёд, скажу, что боялся я зря. Водить она и правда умела. Не так размеренно и спокойно, как её брат, но и до безумной яростной манеры Браницкого ей как до луны. Видно, что машина ей немного непривычна и она к ней только-только начала привыкать. Но в остальном выглядела за рулём она весьма уверенно.

— Слушай, может ты уже перестанешь вести себя так, будто каждую секунду ждёшь, что я в ближайший столб въеду? — спросила она через пять минут.

— А что? Так заметно?

— Ну, как бы обидно немного…

— Перестану, если ты пообещаешь никуда не врезаться.

— Обещаю, — покладистым тоном послушной девочки произнесла она. — Никуда не врежемся.

Сильно спокойнее, конечно, не стало, но уговор есть уговор.

— Слушай, как так вышло, что его машина теперь принадлежит тебе?

— Он мне спор проиграл, — с довольным видом заявила Настя, остановившись на светофоре.

— Опять спор? Тебя что? Ничему жизнь не учит?

— Это сейчас что ещё за намёки?

— Да ни на что я не намекаю, ты лучше за дорогой следи.

— Я слежу! Лучше скажи…

Что именно я должен был сказать, я так и не узнал. От необходимости не только выслушать вопрос, но ещё и отвечать, меня спас звонок телефона.

Достав смартфон, глянул на экран.

— Алло?

— Здравствуйте, Александр, — произнёс из трубки смутно знакомый мне женский голос. — Простите, это…

— Ольга, добрый день, — улыбнулся я, несколько удивлённый её звонком.

Услышав мои слова, сидящая рядом Настя тут же повернула голову в мою сторону.

— Что за Ольга? — тут же поинтересовалась она.

При этом спросила это таким голосом, будто ей было абсолютно неинтересно, с кем именно я говорил. Будничный вопрос и ничего более. Но эмоции оказались несколько более красноречивы.

— По фамилии «не твоё дело», — отозвался я. — Ты за дорогой следи, а не чужие разговоры подслушивай.