Чтение онлайн

— Кто здесь?

Нос с небольшой горбинкой, припухшие от сна раскосые темно-серые глаза, чуть впалые щеки, резко очерченные скулы и подбородок, щетина. Легкая небритость помогла Алестии определить в нем человека.

— Аль, че орешь над ухом, — сонно пробормотала блондинка, поворачиваясь к парню и подставляя губы для поцелуя.

Тот с энтузиазмом ответил на призыв, нагло опустив ладонь на девичью грудь.

Алестия еще больше покраснела.

— Выключай! До чего развратный простолюдин, — с негодованием сообщила она своему отражению.

— Почему ты решила, что он простолюдин?

— Ты что, не заметило, в какой нищете он живет? — презрительно скривила губки Алестия. — А это значит, что за золото он будет готов принести мне не только кристалл, но и свою худосочную подружку.

— Ты даже это успела рассмотреть? — ехидно поинтересовалось отражение.

— Мне ведь нужно было изучить его пристрастия, — попыталась оправдаться Алестия, выбегая из кабинета. — Сейчас я его призову, и он как миленький согласится помочь всего за несколько черных бриллиантов!

Она влетела в лабораторию, где на полу была выложена кроваво-красными рубинами огромная пентаграмма призыва. Быстро расставила алые свечи, черным мелом нарисовала по кругу символы и буквы, облегчающие перемещение объекта, зажгла благовония, произнесла громким шепотом формулу переноса, вздохнула. Осталось лишь окропить символы кровью. Алестия взяла в руки черный стилет, которым еще ее прадед вскрывал жертвам грудную клетку, чтобы достать живое трепещущее сердце, и …

Раздался грохот, ругань, стены затряслись. Алестия оступилась и нечаянно стерла хвостик в одной из меловых букв, превратив пентаграмму призыва в пентаграмму изгнания.

— Тия! — рык Сириса заставил пламя свечей подпрыгнуть. — Тия! Прибыли великаны!

— Чтоб вас! — в сердцах прошептала владычица и перенеслась в зал приема.

После встречи с великанами Алестию перехватил Бурнак, вручив ей стопку договоров, затем прибыли представители общин троллей, следом за ними привезли ткань для обивки нового трона... Поэтому призыв распущенного простолюдина владычица решила провести с утра, когда никто не будет дергать ее по пустякам.

Эльф

— Тия, я выполнил твое поручение. — Сирис встретил девушку на ступенях в подземелье. В руках волколак крутил огромный ключ. — Начнем ревизию с тюрьмы? Пленников у нас немного, зато какие... Но для тебя я подготовил лучшего!

— За что его арестовали?

— Да кто его знает, по какому принципу твой батюшка собирал коллекцию пленников, — Сирис пожал могучими плечами. — Может быть, в жертву хотел принести, а может, на опыты какие. Ты лучше скажи, чего это тебе захотелось проведать тюрьму?

— Честно?

Волколак кивнул.

— Я сбежала с приема, чтобы почитать в тишине. А где тише всего? В темнице! — шепнула Тия и улыбнулась той самой улыбкой, против которой не мог устоять ни один ее наставник.

Рано осиротевшую Алестию растили советники ее отца, трое немолодых мужчин, естественно, они оберегали ее от всего, и так получилось, что книги заменили ей друзей. Вместо любви — романтические истории, вместо прогулок под луной — приключенческие романы, вместо дружбы — исторические хроники. Когда они это поняли, было поздно что-либо менять. Ну кто же знал, что растить девочку — это так сложно!

Сирис открыл перед Алестией дверь, и девушка оказалась лицом к лицу с распятым на кресте пленником. Темная Владычица сморщила изящный носик, в камере попахивало чем-то приторно-сладким.

— Отвяжи его, надень кандалы и посади за стол.

Сирис моментально выполнил распоряжение. Алестия с отвращением смотрела на изящного парня. Вытянутое нежное лицо, огромные зеленые глаза с густыми ресницами, пухлые губы и остроконечные длинные уши, выглядывающие из-под светло-золотых волос. Типичная внешность для представителя этого племени.

— Светлый эльф!

— Вы тоже прекрасны, таинственная незнакомка, — не растерялся эльф. — К сожалению, я не могу предложить разделить со мною ложе, здесь присутствует это волосатое чудовище — ваш телохранитель, но я сразу заметил, какая у вас прекрасная налитая грудь, бархатная кожа, томный взгляд очаровательных глаз…

Алестия покраснела и с негодованием стукнула ладошкой по столу.

— Молчать! — рявкнул волколак, отвесив эльфу оглушительную затрещину, от которой голова несчастного со стуком уткнулась в стол. — Тебя посетила сама Темная владычица! — Он склонился над пленником. — А если хочешь оказаться на ложе госпожи, так ты только шепни. Организую вмиг. Госпожа любит в процессе, так сказать, любовных игр спускать с партнера шкурку, говорит, что ее это очень возбуждает, — прошептал он на ухо эльфу. — Так что рот советую открывать, только когда госпожа у тебя что-то спросит, если жизнь тебе дорога!

— Ах, какая это жизнь, когда в вашей темнице нет ни одной гулящей девицы!

Эльф улыбнулся, и тут же взгляд его зеленых глаз стал холодным и жестким, а от расслабленности не осталось и следа.

— Животное, если ты еще раз распустишь руки, я убью тебя, — с кривой усмешкой процедил он, натягивая цепи, словно пробуя их на прочность.

— Попробуешь, — согласно кивнул Сирис. — Я помню, кем ты был раньше.

Оборотень оскалил крупные белоснежные клыки и жадно облизнулся.

В этот момент гоблины внесли в пыточную два огромных пышных торта.

Алестия улыбнулась.

— Что это такое? — с отвращением глядя на торты, спросил эльф.

— Мой подарок для узника подземелья, — мило улыбаясь, произнесла Темная владычица, откидываясь на спинку кресла.

— Так, парни, мест в тюряге нет, так что придется вам пока на нарах рядком париться, как морковкам на грядке, — Сирис сделал приглашающий жест. — Да вы не серчайте, госпожа отходчивая, глядишь, к вечеру сменит злость на милость да пригласит в опочивальню. А пока в этой комнатушке посидите, заодно помощь ее постояльцу окажете. Животом он мается, — волколак нахально заржал и, впихнув несостоявшихся наложников Темной владычицы в камеру, с лязгом захлопнул железную дверь.

— Ох, простите, господа, что не могу принять вас по этикету, но … после ужина с ее злобностью … — раздался судорожный, а затем булькающий звук, который ни с чем нельзя было спутать.

Тролль — лохматый двухметровый амбал с длинным, сломанным в нескольких местах носом, глубоко посаженными зелеными глазами и жесткой темной волнистой копной волос, переходящей в короткую гриву на спине — потер рукав новенькой кожаной куртки и с любопытством вылупился на хозяина камеры.

— Э-э-э-э, — пробасил он, — ты это, не обращай на нас внимания, ты, главное, с обратного конца фонтанировать не начни.