Чтение онлайн

— То есть теперь мы не сможем жить вместе? Будем только встречаться?

— Да, — вопреки ожиданиям серьёзно произнёс Хеджун. — Я медийная личность и должен транслировать невинный чистый образ.

— Эй, тебе сколько лет, медийная личность? — шутливо ткнула я его в бок.

— Ладно. Продвигать традиционные нравственные ценности, — поправился парень.

— А что насчёт работы?

— Ты останешься моим помощником. Но придётся переехать на служебную квартиру. Я договорюсь о месте в общежитии компании.

— То самое общежитие, где живут трейни? — оживилась я.

— Чему ты радуешься? — посуровел Хеджун.

— Насколько знаю, айдолы перед камбэком тоже туда переезжают. Будет интересно посмотреть на них в обычной жизни.

— Чего там смотреть? Прыщи, пот и слёзы, — попытался напугать меня тот самый айдол.

— Прыщи? Откуда?

— От обилия косметики или её отсутствия.

— Это как?

— Я, пожалуй, тоже туда перееду, — медленно надвигаясь на меня, вкрадчиво произнёс Хеджун.

— А у меня есть подарок! — воскликнула я, ловко извернувшись и вскочив на ноги. — Не зря же мы гитару притащили.

Вернувшись с музыкальным инструментом, я без лишних предисловий начала играть и петь:

— Кажусь я недосягаем,

Как в небе тёмном звезда.

И кажется между нами

Пропасть будет всегда.

Но без тебя как без крыльев

Мне не взлететь никогда.

Ты мне силы даёшь

И вперёд ты ведёшь.

Вместе мы навсегда…

Я благодарен, поклонник, тебе

За путь, который прошли мы вместе.

Ты поддержал и поверил в меня.

Ты — моя звезда…

Я здесь стою для тебя.

Вернусь знакомой мелодией.

Вернусь поэзией слов.

Отзовусь той самой эмоцией.

Буду рядом с тобой.

Ты мне дороже алмазов

И драгоценнее звёзд.

Наши чувства всерьёз.

Море лиц, море слёз.

И бьются наши сердца в унисон.

Мы половинки единого целого.

И даже, погаснув, оставит свой след

Любая звезда в необъятной вселенной.

Я благодарен, поклонник, тебе

За путь, который прошли мы вместе.

Ты поддержал и поверил в меня.

Ты — моя звезда…

Я здесь стою для тебя.

— Я назвала её «Алмазное небо». Когда писала, думала о вас и ваших отношениях с поклонниками. Как тебе?

Задумчивое выражение лица Хеджуна казалось непроницаемым, чтобы понять, что он чувствует. Хоть немного понравилось или совсем нет? Конечно, материал сырой, нуждается в доработке, но я вложила в него всю душу.

— Сумасшествие, — пробормотал Хеджун, отворачиваясь и ероша волосы на затылке.

— Ты чего? — я попыталась поймать его взгляд. — Так ужасно?

— Дурочка, — парень обхватил мою голову ладонями и чмокнул в макушку. — Не ужасно, а прекрасно. Не зря тебя нанял.

— Отпусти! — возмутилась я, безуспешно отбиваясь от чужих загребущих конечностей.

— Подожди ещё немного, — айдол продолжал прижимать мою голову к своей груди, словно пытаясь что-то скрыть.

Я расслабилась и тихо напомнила:

— Забыл, кем меня нанял?

— Ты о чём?

— О правильном носовом платке, который ты можешь использовать прямо сейчас, чтобы вытереть слёзы.

— Как догадалась? — Хеджун выпустил меня из объятий и позволил увидеть блестящие от солёной влаги глаза. — Сам не знаю, что на меня нашло. Вся эта красота вокруг, ты и слова твоей песни…

— Значит, понравилась? — обрадовалась я.

— Да. Доработаем и включим в последний альбом.

— Правда? — переспросила недоверчиво. — Это вовсе не обязательно.

— Ну-ка, наиграй первый куплет…

Мы засиделись допоздна, подъели все припасы и дождались, когда тёмно-синий бархат неба украсила алмазная россыпь звёзд. Нам не хотелось уходить. Завернувшись в пледы, мы болтали, фотографировались на память, целовались и просто дурачились. В следующие несколько недель у нас вряд ли найдётся на это время. Хеджун присоединится к остальным демонам в подготовке к камбэку. Меня тоже, скорее всего, под завязку нагрузят работой, которой станет невпроворот после ухода Муджина и Сокхо. Нет, конечно, главным менеджером не сделают (у меня для этого ни опыта, ни знаний, ни характера), но и расслабиться не позволят. Впрочем, я сама соскучилась по плотному рабочему графику и разнообразным, иногда совершенно непредсказуемым обязанностям.

Как не пыталась я этого избежать, мы пересеклись с Муджином в день его ухода. Сокхо уволился раньше — без возражений написал по собственному желанию. Однако с главным менеджером не обошлось без проволочек. Он искренне недоумевал, почему руководство компании потакает капризам своего артиста, пускай даже топовой знаменитости, давил на жалость (типа семья большая, кредит на заграничную учёбу детей не выплачен), угрожал (но тут его юристы быстро к ногтю прижали), а когда сдался, столкнулся со мной в коридоре. Я как раз выходила из лифта и, увидев приближающегося господина Го, чуть не нырнула обратно, но быстро опомнилась и, вежливо поздоровавшись, хотела пройти мимо, однако была остановлена рывком за рукав джинсовки.

— Мелкая дрянь! — прошипел мужчина, пользуясь тем, что рядом никого нет. — Проблемы начались, как только ты появилась! Мне надо было избавиться от тебя раньше.

Окончательно обезумев, Муджин схватил меня за ворот куртки и грубо встряхнул как детскую погремушку.

— Отпустите! — не менее яростно возмутилась я в ответ. — Вы сами виноваты в случившемся. Перестали видеть в Джуне человека. Он был для вас лишь средством к обогащению. Но даже вещи нуждаются в бережном обращении и своевременном ремонте. Если бы не я, неизвестно, насколько бы ещё хватило Хеджуна.