Чтение онлайн

— Ты прекрасна.

— Ты тоже, — не осталась я в долгу, с восхищением любуясь мятно-зелёным костюмом-смокингом, идеально сидящим на стройной фигуре моего парня.

Ехать осталось совсем немного, мы и так уже преодолели большое расстояние, но я никак не ожидала, что пунктом нашего назначения окажется съёмочная площадка, на территории которой находился двухэтажный особняк, сияющий в сгустившейся темноте золотистыми огоньками. Когда мы шли к нему по выложенной белым булыжником дорожке, по обочинам один за другим загорались фонари и обвивающие деревья светодиодные гирлянды.

У меня дыхание перехватило от красоты и романтики происходящего, а на глазах выступили слёзы. Однако, помня о макияже, я старательно сдерживалась, лишь крепче сжимая руку Хеджуна. Мы поднялись по трём ступеням крыльца, вошли в сами собой распахнувшиеся двустворчатые двери и очутились в пустом просторном зале, декорированном пышными цветочными композициями и горящими восковыми свечами в сверкающих хрустальных подсвечниках. Прямо перед нами убегала наверх на второй этаж широкая лестница. Заиграла музыка и по ней начали спускаться мемберы из «Даймондс», одетые не менее официально, чем мы с Джуном — в смокинги пастельных тонов. В руках они держали микрофоны, похоже собираясь петь. Я замерла на месте, а Данди пошёл вперёд и присоединился к парням.

Это была старая баллада о любви — поэтическое признание в нежных чувствах под музыку. На пять голосов в моей памяти она исполнялась впервые, обычно её пели сольно. Получилось ещё более трогательно, чем в оригинале, у меня чуть сердце из груди не выскочило. На последнем повторении припева Хеджун отдал микрофон Трэю, а сам подошёл ко мне, выудил из внутреннего кармана обтянутую белым атласом подарочную коробочку, открыл её и встал на одно колено. Внутри блестели два обручальных кольца с именной гравировкой на внутренней стороне.

— Дами, ты согласна выйти за меня?

А разве есть варианты? Обложили со всех сторон, скрытники. От Трэя я подобного никак не ожидала. Он, похоже, тоже, поскольку по сравнению с другими выглядел скованно и сумрачно. Может до сих пор переживает из-за назначенной ему гастроскопии? Если так, то вдвойне забавно. В кой это веки согласился помочь и сам пострадал. Создатель! О чём я думаю в такой судьбоносный момент?

— Да! Да! Да! — рассмеялась я, обхватила ладонями лицо Хеджуна и жарко целовала в губы.

Пошатнувшись, от моего бурного наскока, любимый предложил:

— Тогда, может, сделаем это сейчас?

— Что?

— Зарегистрируемся.

— Ты о чём?

— О браке. Я обо всём договорился и пригласил нужного человека, — деловито пояснил Хеджун.

Музыка стихла, и остальные тоже прислушались к его словам.

— Действительно, чего тянуть? — бесцеремонно встрял Кай, поигрывая бровями. — Между вами и так всё ясно.

— Джунни просто боится, что за время концертного турне его девушку уведут, — вторил приятелю Минге, оглаживая лацканы своего бледно-голубого смокинга.

— Не мешайте, — шикнул на расшалившихся одногруппников Онджей.

Трэй продолжал мрачно отмалчиваться.

— Неожиданно… — медленно произнесла я.

Хеджун поднялся и надел на мой палец кольцо:

— Если не хочешь торопиться, не будем. Просто для себя я решил, что мне никто, кроме тебя, не нужен. Само торжество обязательно проведём позднее, когда закончится продвижение альбома. Пригласим всех, кого пожелаешь.

Я обвела взглядом парней, притихнувших в ожидании ответа. Все и так здесь, разве что кроме мамы.

— Мне надо позвонить.

Родители Джуна давно развелись и успели обзавестись новыми семьями. Их обоих куда больше интересовала звёздная карьера старшего сына, чем его личная жизнь. Но моя мама должна знать о том, что происходит.

— Ты его любишь? — после мучительно-продолжительной паузы спросила она.

Я замешкалась, поскольку вслух ещё ни разу в этом не признавалась даже Хеджуну. Он, кстати, стоял рядом, не столько подслушивая, сколько подсматривая за разговором по выражению моего лица.

— Да, люблю, — медленно произнесла я, глядя ему в глаза.

— Передай мужу трубку…

Ну, мама!

Джун так и не признался, о чём они говорили, однако благословение на брак было получено.

Мы поженились. И первую брачную ночь провели в том же самом доме. Оказалось, это Минге договорился со своим приятелем режиссёром об аренде столь романтичного места предложения руки и сердца. Парни позаботились даже о лёгких (ибо дружно сидели на диете перед камбэком) закусках и шампанском. Последнее мы выпили чисто символически. Памятуя о врачебных рекомендациях, я попыталась отнять бокал у Трэя, однако тот решительно отстоял свою долю веселья на нашем празднике жизни.

За столом парни наперебой рассказывали, как готовили мне сюрприз. Похоже, им понравилось, но, судя по всему, отняло много времени и сил. Поэтому мы быстро отправились на боковую — разошлись по комнатам второго этажа.

Нам с Джуном досталась спальня главных героев будущей дорамы с огромной кроватью, заправленной белоснежным шёлковым бельём и украшенная алыми лепестками роз. Последние пришлось небрежно стряхнуть, чтобы для начала как следует выспаться. Отдачу супружеского долга мы, не сговариваясь, отложили на утро, и проснулась я от весьма приятных ощущений, которые с перерывом на отдых достигли своего пика аж целых три раза.

Мы долго нежились в объятиях друг друга, не желая окунаться обратно в повседневную суету, но требовательным стуком в дверь нам быстро о ней напомнили.

Через три дня «Даймондс» отправились в юбилейное мировое турне. Грандиозное, поскольку должно было стать последним. Меня не взяли, чтобы не засветить наши до сих пор тайные отношения с Данди. Прощаясь, муж пообещал, что, когда вернётся, всё кардинальным образом изменится, а ещё произнёс те самые три слова, которые иногда труднее сказать, чем доказать их правдивость.

Между тем в агентстве наконец-то определились с моей официальной должностью. Я стала младшим менеджером PR-отдела, но вскоре выяснилось, что это лишь для галочки. У руководства StarHit были на меня свои, крайне оригинальные планы.

Прошла уже неделя с отъезда «Даймондс». Мы каждый день созванивались с Джуном по видеосвязи, но, кажется, скучали от этого ещё сильнее. К тому же в наш разговор постоянно встревали другие демоны. Кай, чтобы отчитаться о лечении Трэя, ибо именно на него я возложила эту обязанность, Минге исключительно поржать и поделиться казусными ситуациями, которые происходили на концертах и между ними, Онджэй — извиниться за своих навязчивых коллег, макнэ — просто помолчать. Удивительно — когда-то я опасалась Трэя, а теперь беспокоюсь, как о младшем братишке, будто за эти два с небольшим месяца я выросла на несколько лет в восприятии окружающего мира.