Чтение онлайн

— Неужели у нас нет шанса?

— Боюсь, что нет. Но отчаиваться мы не будем, если все сложится хорошо, Клауса свои же разорвут. Я пока весь план четко не вижу, я пока думаю, но шансы у нас есть. И подставить, и забрать малыша… и жить здесь.

— А ничего, что вы драконы?

— Ничего. Переедем поближе к местам, насыщенным магией, а остальное детали. И вообще, мой сын потом наверняка захочет вернуться на Ардейл. А я останусь тут.

— М-да. Знаешь, я примерно половину не понял, а вторую половину не осознал, но одно ясно. Срочно надо зарабатывать. А то с двумя бэбиками на съеме — повесишься. Скажи, а у вас есть такое — компенсация за моральный ущерб?

— Чего? — не поняла уже Далина. Послушала Костины пояснения, и кивнула.

— Отличная идея. Я на это дело половину родового запаса выгребу. У черных.

— Вот и правильно. И свяжись с этими своими… как их? Ланами? Танами?

— Тандиларами.

— Долго на скороговорках тренировалась?

— Годами.

— Вот, с ними надо будет связаться. Если ты этого, Дуба пришьешь, кто-то ж должен будет власть взять в свои лапки?

— Тогда они ее моему сыну не отдадут. Нет, нужен кто-то другой. Я подумаю.

— Блин, как все сложно!

Далина развела руками. А жизнь вообще штука сложная и противная. И с этим ничего не поделаешь.

Ардейл, замок Ланидиров

— Долго ты еще валяться будешь?

Клаус смотрел на своего капитана с возмущением. С его точки зрения, через неделю после порки дракон уже обязан встать и мухой летать по замку! А он валяется, словно так и надо!

Беннет мог бы встать. И магией мог бы все ускорить, и дорогими лекарствами мазаться, но… не хотелось. Драконы не знают слова «депрессия», но у Беннета была именно она.

Далины нет.

И он связан клятвой.

И все темно, и пусто, и тоскливо… можно жить без крыльев, но как выжить, когда нет надежды?

— Что-то не так?

— Ты мне нужен!

— Зачем?

Клаус аж поперхнулся.

— Зачем?! Да ты… ты что — с ума сошел?

Беннет посмотрел на своего… да что уж там! Хозяина! Посмотрел тоскливо и с явным отвращением, так, что Клаус едва удержался, чтобы не добавить раненному. Остановило лишь одно соображение — выздоравливать будет дольше.

— Мне нужна твоя работа!

— Понимаю. Вот, как встану, так сразу, — согласился Беннет. Он даже не издевался, просто потерял интерес к жизни. Тоска накатывала, аж дышать не хотелось. Мог бы и не дышать, драконы и так могут.

— Скоро ты встанешь?

— Не знаю.

— Что лекарь говорит? — пока еще спокойно поинтересовался Клаус.

— Не спрашивал, — отозвался Беннет.

Клаус рыкнул вовсе уж зло, и пошел срывать гнев на лекаре. Ридола Гарм, которая об этом визите знала, дождалась, пока Дубдраган ушел, а лекарь уполз лечить свои синяки и ссадины, и встала у кровати Беннета.

— Хватит разлеживаться.

Беннет не удостоил ее даже взглядом. Ридола покачала головой.

— Вот так и уйдешь? И бросишь ее сына?

Ответом стал тоскливый взгляд. Мужчины! У женщины инстинкт требует защитить вот это маленькое-слабенькое, а мужчины частенько к детям равнодушны. К чужим детям

И то, что Далина — мать маленького Леонидаса особо ничего не меняет. Отец-то Клаус!

— Что ты от меня хочешь? — шевельнулись бледные губы.

— Приходи в себя. Тогда расскажу.

— Не хочу.

Ридола притопнула ногой.

— Хочешь, чтобы последнюю ее памятку убили?

— Не убьют, Клаус позаботится.

— О чем? Он своей бабе доверяет, а у той глаза, как у кошки. И сало сожрать, и тряпкой не получить! Дорвется она до малыша, ничего хорошего не будет!

— Не дорвется.

Звучало это вроде бы безжизненно, но… Ридола усилила нажим.

— Я старая. Ты мне помоги, сынок, а потом хоть крылья складывай! Я тебе даже яд достану, если захочешь!

— В чем помочь?

Самоубийство Беннету клятва запрещала, но ведь ее и обойти можно. Если эта драка понимает, насколько ему плохо… он ей поможет выжить, а она ему — умереть. И неплохо получится!

— Мне мальчишку нужно до третьего посвящения довести, а там уж он сам разберется. Это лет пятнадцать, но куда торопиться?

— Пятнадцать?

Драконов к алтарю представляли трижды. Первый раз — как можно скорее после родов отец и мать. Второй раз глава рода, примерно, лет в десять — двенадцать, как начиналось взросление, третий раз — когда дракон обретал свой второй облик. Или первый?

Дракон делился кровью, алтарь делился силой.

Далина, кстати, и второе и третье представление алтарю прошла сама. Родители ее со счета списали, это уж потом, когда жениха нашли, хотели дочь к алтарю привести. Только Далине уже не нужно было…

— Пятнадцать лет — это рано.

— Далина даже раньше второй облик приняла, ей четырнадцать было.

Беннет вспомнил рассказ библиотекаря, и кивнул.

— Понимаю…

— Ты вот, во сколько перекинулся?

— В двадцать шесть.

— А Клаус?

— В двадцать два.

Беннет помрачнел, вспоминая кое-что, и Ридола выругала себя. Рано сказала… попробуем повернуть.

— Далина сына любила. И понимала, что планы Клауса — это химера. Такого быть не может.

— Почему? Ну, будет он править двумя кланами, что такого?

Ридола качнула головой.

— Где ж вы растете-то, такие незнающие? А?

Беннет вздохнул.

— Вот, и так бывает.

— Расскажи, хоть знать буду — как?

Беннет пожал плечами.

Рассказать? А что тут рассказывать? Среди драконов, как ни странно, самые плодовитые синие, а самые любвеобильные — черные. И плевать чернышам, кого под себя грести. После боя, в горячке, они кого угодно вылюбят. И частенько после такого появляется потомство.

Только вот не все дети нужны родителям.

Печально? Но факт. Очень часто дракончик, когда рождается, забирает жизнь матери. Если она человек, если обычная, не слишком одаренная… дракон же магический, он просто высасывает несчастную. И получается, что одного родителя у дракончика сразу нет, а второй… да хорошо, если он вспомнит, с кем спал!