Чтение онлайн

Перекатившись в сторону и подскочив, ловчий скривился от резкой боли и уже было потянулся за магазином, когда его ногу предательски подкосило. Пропуская несколько тяжелых ударов в живот, спину и в предплечья, которыми Вэнс прикрывал голову, он пошатнулся и неуклюже рухнул на землю. Бочину сдавила чья-то подошва а сверху блеснуло что-то острое и блестящее.

***

Со стороны вдруг послышался жуткий вой, а в руку атаковавшего дикаря яро вцепился спущенный с привязи пес. Варвар вскрикнул и выронил кусок грубо заточенного наконечника, которым чуть не прикончил наемника. Выскочив вслед за приятелем, ещё один пес яростно вгрызся в глотку держащего Райана психа, свалив того с ног и позволив ловчему откатиться в сторону. Распугав варваров, собаки тут же бросились в стороны, а из леса последовало краткое: «Ложись!», и толпу дикарей накрыло шквалом автоматных выстрелов.

«Овчарки? — опешил наёмник, перекатываясь в сторону и глядя, как до боли знакомые псы терзают вопящих обезоруженных варваров, пока уцелевшие разбегаются кто куда. — Да ладно!».

Он бы наверняка увернулся от очередной арматурины, в отличие от железного хлыста, который в пылу битвы попросту не заметил. А вот когда началась стрельба, ловчий и сам чуть не попал под раздачу. Соображая, что предполагаемые союзники мажут круче, чем герои излюбленных журнальчиков Цербера, Райан стиснул зубы и, несмотря на жуткую боль, пронзившую ногу от лодыжки до самого колена, громко заорал хриплым, почти пропитым басом:

— Не стрелять!!!

Огонь прекратился. Горе-стрелки сняли только одного, однако успели нанести увечья остальным, чего вполне хватало для форы, поскольку собаки уже сделали крюк и со всех ног мчались обратно. Прилив адреналина и агрессия были как никогда кстати! Подрываясь с земли и игнорируя распухшую голень, Вэнс резко изменился в лице и набросился на раненого психа, который с трудом поднялся после сквозного прострела и кинулся на вёрткую псину. Перебросив через себя тучного здоровяка, Райан грубо вырвал у него из рук свой личный обрез, раненой ногой вжимая голову варвара в землю, и странно вытаращился на того совершенно пустыми, остекленевшими глазами. Слабо вздрагивая, он спокойно присоединил магазин и прицелился, словно громкие крики дикарей, вперемешку с гулким лаем помощников, не были поводом поторопиться. Отправив подстреленного дикаря на тот свет, наёмник резко повернулся в сторону истошного скулежа зажатого варваром Клыка: схватив пса за горло, самый высокий и тучный амбал раздраженно взревел и со всех сил отшвырнул его в сторону.

— Тварына такая! — гаркнул дикарь, выхватывая из кармана выкидной нож и замахнулся на раненого Клыка, пока разъяренный Лоскут удерживал оставшихся варваров, не давая тем подступиться к хозяевам и хватая за ноги.

— Прочь!!! — не своим голосом заорал Райан, кидаясь на варвара и с разворота выбивая нож у него из рук. Резкая боль опять пронзила всё тело, но ловчий уже не обращал на это внимания. Нанеся очередной боковой удар в челюсть, он рывком повалил психа на землю, фиксируя его плечи коленями, и всем весом навалился сверху, разбивая тому переносицу стальным прикладом дробовика. Безразлично глядя на то, как подрагивающий здоровяк умывается юшкой, Вэнсон закинул обшарпанный ремингтон за спину и с размаха вонзил закаленное лезвие карателя прямо в грудь варвара, попадая точно меж ребер и разрывая сердце. Переполошенные психи вдруг замерли и, наперекор лающему Лоскуту, кинулись прямо на Вэнса, а подоспевшие из укрытия собачники бесстрашно бросились на помощь бродячему.

Ронда натравила пса на воинственно визжащего варваренка и принялась палить с упора прямо на ходу, добивая того беспорядочной стрельбой. Тилль вовсе порвал свою максу, сходу пристрелил одного из оставшихся безумцев и едва не получил нож в селезенку, если бы не оклемавшийся Клык, который яростно бросился на защиту хозяина, свирепо навалившись на нападавшего со спины. Намертво впившись зубами в холку несчастного и перегрызая шейные позвонки, пес принялся трепать шею варвара до тех пор, пока тот окончательно не перестал сопротивляться.

— Мамочки! — завопила Ронда, закрывая голову руками и кидаясь прочь от направления автоматного ствола брата.

— Говорил же, плохая идея! — возмущенно завопил кудрявый собаковод, который всё же надеялся, что Райан управится сам.

— Тилль, всё! Всех повалили! — вскрикнула припавшая к земле девушка, когда переполошенный мужчина начал испуганно палить в сторону уже давно упокоенных ею безумцев. Слегка приподняв голову, она неуверенно перевела взгляд в сторону Вэнса и с ужасом распахнула глаза. — Господи…

Истекающий кровью амбал безвольно распластался под весом сидящего сверху наёмника. Его грудная клетка превратилась в безобразное месиво, а лицо было исполосовано до неузнаваемости. Захлебываясь собственной кровью, он уже не видел Райана, вернее сказать — не мог. Стараясь зажмурить продавленные до кости глаза, дикарь беспомощно лежал пластом, слабо подрагивая, в надежде быстрее отмучится, пока забрызганный кровью ловчий с остервенением наносил тому удар за ударом, уже ни на что не обращая внимания.

— Ты чего творишь?! — завопила Ронда, закрыв лицо и съежившись в полуприсяде.

— Эу! Ты! Эу, parastasu mati! — опешил Тилль, кидаясь к Вэнсу. — Он труп! Труп! Да стой ты уже! Стой!!!

Искаженное злобой лицо долговязого внезапно приняло очертания сначала смирения, а потом искреннего удивления. Непонимающе глядя на окровавленного дикаря, Райан только сейчас сообразил, что напал на того самого вожака, которого видел во время жестокой расправы над неугодной невестой.

— Извините… — неуверенно прохрипел Вэнсон прочищая горло и отрешенно вытаращился на затухающего психа.

— Да ты просто!.. — возмутился было кинолог, но тут же обратил внимание на застывшего не моргающего наёмника и с опаской заглянул тому прямо в глаза цвета ртути. — Эй, ты тут, мужик?

— Чего? — он резко обернулся и непонимающе покосился на Тилля. Его выражение лица было, мягко говоря, странным. Разжав рукоять окровавленного карателя, Вэнс слегка наклонил голову набок и удивленно глядел на собачника, как только маленькие дети смотрят на взрослых.

— Он труп, говорю, — негромко ответил мужчина. — Ты чегой это, гаврик? — неуверенно добавил тот, припоминая нездоровый блеск и животную ярость в глазах у наемного минутами раньше.

— Понятия не имею, — Райан пожал плечами и схватился за ребра, сгибаясь в три погибели и припоминая нехилый удар под дых тяжелым брусом. Спина ныла пуще прежнего, а ноги затекли настолько, что он даже не чувствовал боли в передавленной икре. Аве — жизненно важные органы остались целы, а переломов, по ощущениям, не было. Вэнс прекрасно чувствовал различия между сломанными и ушибленными костями, особенно после того, как в десять лет ему сломали ребро и бросили в карцер на целую неделю за какой-то мелкий проступок.

— Райан?

— Это я, получается, его?..

— Да ты его с минуту мутузил, — задумчиво сказал Тилль и неуверенно покосился на мертвого варвара, уже порядком усомнившись в адекватности Вэнса. — Мда, ну ты животина, чувак! Давай так больше не делай, хорош? Я уж думал, ты и нас сметешь! — буркнул он, убирая назад спутанные черные волосы.

— А ты не помнишь? — подала тихий голос Ронда, срывая маску с кукольного личика и поправляя растрепанные рыжие кудри по затылок. — Ты ж только шо, как маньяк, его наклепал!