Чтение онлайн

Битый час слоняясь по уснувшему поселению, наемник выкурил несколько папирос, которыми его щедро снабжал оружейник и, угрюмый, вернулся в забегаловку. Рухнув на стул напротив дремлющего Келя, он не на шутку переполошил бармена.

— К-кто-о?! Ч-что-о?! В-в-вэнс, т-ты-ы? — спросонок залепетал тот, протирая глаза и подвигая кресло поближе.

— Рон, — Райан недовольно покачал головой, — ты слишком беспечный! Прекрати, пожалуйста, спать на посту. Это ничем хорошим не кончится. Почему ты до сих пор тут сидишь?

— З-зна-а-аю. — поник Кель. — Н-н-ич-чего н-не м-могу с соб-бой под-делать. В-всё в-время х-хочу с-сделать как л-лучше, а п-получ-чается… н-ну, с-сам з-знаешь.

— Тебя эта работа вообще устраивает? — ухмыльнулся долговязый, поправляя нашейные жетоны и постукивая пальцем по стеклу пустого граненого рокса.[2] — Кто вообще порекомендовал тебя?

— У-уолт-тер. — печально ответил тот, наполняя половину стакана крепким ирландским виски, ящик которого любовно хранил мистер Бэккман для особого случая. Рон как-то запомнил, что Райану этот напиток пришелся по вкусу, и не решился извиняться теперь, когда уже налил. Да и добра этого не очень, но всё же хватало. Хорошие связи с контрабандой и сталкерами были изюминкой деловой деятельности Бирмунда, и теперь пересчёт экспорта и импорта лежал на плечах нового бармена. Раритетную выпивку здесь любили настолько, что порой жертвовали даже хорошими пушками! Как-никак, даже самые матерые сталкеры отважились на вылазки в варварские руины всего лет сорок назад, когда дикари подозрительно затихли и затаились.

— Доанархический… — Вэнс глубоко вдохнул аромат излюбленного алкоголя, расплескивая его по стенкам стакана, и сделал небольшой глоток. — Я уже и забыл, каково это, выпивать прямо в баре. — мрачно подметил он, наслаждаясь выпивкой и припоминая «а-ля попойки» с Цербером, «пока никто не видел», в которых принимал участие скорее как контролер.

— Ты н-над-долго, В-Вэнс? Из-звини, если я т-тебя д-дос-стаю, — неуверенно пробубнил Кель, виновато опуская глаза.

— Мне всё равно, сам знаешь, — пожал плечами наёмник. — Доставай сколько влезет, главное не прикасайся ко мне. Всё просто.

— Х-хотел б-бы я з-знать, ч-что т-тебе н-не по б-бараб-бану. — меланхолично вздохнул мужчина и принялся протирать барную стойку.

— Да, я тоже, — Райан задумчиво поднял взгляд. — А хотя, знаю. Меня раздражают беспробудные пьяницы. Хотел бы я знать, как можно намеренно упиваться солодом?

— Ч-что?

— Крепкий алкоголь расслабляет, им можно дезинфицировать раны, и вообще — это вкусно. Мне интересно, в чем смысл пить его только ради опьянения? Это же невыгодно, — ухмыльнулся Вэнс, потирая тянущие от боли виски.

— Н-но в-ведь, мног-гим п-просто х-хоч-чется з-заб-быться, — задумчиво подметил Рон, по-прежнему глядя себе под ноги. — В н-наш-ше в-врем-мя это н-нормально.

— Забыться? Так делают только слабаки, — Райан пожал плечами и закурил. — Только эти своими слабостями ещё и окружающим вредить умудряются, — он усмехнулся, отпивая немного излюбленного виски.

— Н-но не у в-всех же х-хватает воли д-держаться, — Кель укоризненно нахмурился, не решаясь взглянуть в глаза собеседнику. Он точно знал, что сильные куда страшнее предположительных «слабаков» Райана, когда напьются до чертиков.

— Да нет никакой свободы воли.

— Н-не м-может же б-быть т-такого, ч-чтоб с-совсем н-ни у к-кого н-не б-было в-воли, — задумался Рон. В спокойном состоянии он заикался куда меньше обычного.

— Почему это? Только варвары, наверное, могут делать всё, что им только вздумается без страха ответственности. Но они тоже зависят от своих вожаков, так что нет, не думаю, что воля это что-то, что можно действительно возвести в абсолют. По крайней мере в окультуренном обществе, — безразлично ответил Вэнс, осушая стакан, после чего удалился на второй этаж.

Настроение было дерьмовое. Райан никак не мог смириться с появлением гончей в его единственном доме и не желал признавать собственную несостоятельность в наёмных делах. Он не обладал ни лидерскими качествами, ни широким словарным запасом, а необходимость командной работы в грядущем задании была чересчур обременяющей ношей. Ещё солдатом Вэнс хорошо усвоил симбиоз бестолковости и необходимости своего существования в роли самого обычного инструмента. Бирмунд всяко следил за его передвижениями, даже во время псевдо-ссылки, а вместе с грядущим заданием по отмывке репутации — и вовсе издевался над Вэнсоном! Очевидно, одного бы его точно не отпустили, но почему Цербер так быстро докопался до выскочки? Всё это выглядело слишком уж странно. Даже если Кристин и сумела привлечь внимание стража, он никогда бы не стал сюсюкаться с малознакомыми бродягами, даже такими, по его меркам, «крутыми». Цербер вообще не интересовался теми, с кем не имел чести побеседовать с глазу на глаз.

Сидя на кровати и лениво прочищая обрез, Райан никак не мог выбросить из головы воспоминания о недавнем ночном кошмаре.

«Идиотизм! — скривился он, глядя на непроизвольно подрагивающие ладони. — Глупо жертвовать собой ради вещей, в которых нет никакого смысла!» — про себя заметил наёмник, достав из рюкзака какую-то старую книгу, которую Чарли как бы невзначай запихнул ему вместе с пайком.

«Экзистенциальный кризис? А это что за чушь?» — удивился долговязый, вчитываясь в каждое слово и даже не силясь понять, о чем именно говорится. Его всегда поражали такие понятия как страх смерти и прочие описанные здесь термины. Вэнс никогда не стремился к самоопределению. Принимая все происходящее как должное, он просто плыл по течению. В случае с Хэмом он просто дал старику то, чего тот хотел, когда, найдя мальчишку 12 лет назад, оружейник провозгласил себя названным отчимом Райана. А вот Бирмунд — совсем другое дело.

— И он называет это досугом? — вслух произнес ловчий и снова охрип из-за поступившего кома к горлу. Кажется, Нонна называла это хроническим ларингитом, из-за чего мягкий голос часто сменялся старческим хрипом.

Прочитав что-то о «личности» и «особенностях темперамента», Вэнс окончательно сдался и убрал книгу на прикроватную тумбу. Все это казалось чуждым, а единственное, что вызывало приятное ощущение безопасности — верный ствол, который никогда не подводил, особенно с учетом хорошего обращения, чего не скажешь о людях. Тратить своё время на такие «мелочи» наёмник откровенно не собирался. Завалившись на бок, он в очередной раз попытался уснуть, но вместо пустоты в голову начали лезть самые идиотские мысли, царапая эго до глубины души. «Что значит, «сгодится» С чего бы? Да кто она такая?!».

— Нихрена мы, vittu, не похожи! — взорвался ловчий, срываясь с места и раздраженно отшвыривая книгу куда подальше. — С какого хрена?! — зло прошипел Райан, хватаясь за раскалывающуюся голову и запрокидывая ее к обшарпанному потолку с яркой лампочкой, висящей на голых проводах, грубо перемотанных изолентой. Он мог понять всё, но делить своё место с какой-то там выскочкой уж точно не собирался!

Просидев так ещё минут пять, парень угрюмо шмыгнул носом и, сбросив кожаную куртку на быльце[3] кровати, устало поплелся на первый этаж. Поправляя ворот футболки, он стал неспешно спускаться по лестнице, и вдруг застыл на месте, зло сжав в кулаке деревянный поручень.

— Салют, — сухо бросила сидящая за стойкой Кристин. Затягиваясь сигаретой, она даже не глянула в сторону ловчего, потягивая крепкий "аквавит «[4] местного производства.

— Виски, двойной, — шикнул Райан и уселся на соседний табурет, недовольно затягиваясь папиросой, словно никакой выскочки здесь не было и в помине. Всё-таки, это было его «ночное» место!

«Надо будет — сама подвинется», — поморщился Вэнс, опираясь на локоть и прижимая пальцы к вискам.

— Оп-пять т-твои б-боли, В-вэнс? — раздосадовано вздохнул Рон и покорно полез за выпивкой.