Чтение онлайн

Тогда ей казалось, что все эти мысли о растущей угрозе — выдумка, что на самом деле всё в порядке, а демоны расплодились из-за экспериментов Фируза. В это и впрямь было легко поверить, глядя на все четыре стороны света и не видя никаких следов чужого мира. В это хотелось верить, ведь тогда Орден будет спокойно продолжать бороться с демонами, латать дыры в мироздании — заниматься своим делом, которым занимался не первую сотню лет.

Но математика оставалась неумолимой. Всякий раз Ситилла вспоминала записи наблюдателей, собственные расчёты — и с трудом отбрасывала липкое желание верить в лучшее.

А ещё какую-то часть мыслей занимал Магнус. Орден принимал в свои ряды всегда добровольно, но это не значило, что братья не искали людей. И особенно — таких, как джумарские маги высших звеньев Цепи. Ценный опыт борьбы с пустынными демонами, ценные знания. Магнус ими обладал, и Проклятая не желала отдавать его ни Красному королю, ни тем более его противнику.

Впрочем, он никуда не денется. В этом она была почти уверена.

Ещё больше Ситилла уверилась в этом, когда, в очередной раз спустившись с башни, увидела у двери в свою комнату Рону.

Девушка заметно ожила с тех пор, как Проклятая общалась с ней в последний раз. Ситилла не могла сказать, какой та была до их встречи, но вряд ли пережитое не оставило глубокий след в её душе. И чёрные камни вместо глаз говорили сами за себя.

— Приветствую, госпожа палач.

— Доброй ночи, — с интересом ответила Ситилла. Она не сомневалась, что эти странные протезы — не просто украшения, и ещё меньше сомнений было в том, что это работа Магнуса Эриксона.

— Можно с вами поговорить? — она спрашивала осторожно, будто ожидая какой-то каверзы.

— Ты уже говоришь, девочка.

— Я… — Рона вздохнула. — Не знаю, как сказать. Хочу спросить совета. У меня нет пути в жизни, после того, ну, — она пожала плечами. — Этелинг Гирт предлагал помощь, но я не хочу ему служить.

— Понимаю, — усмехнулась Ситилла. — Ты узнала, что люди везде одинаковы, и неважно, под чьим знаменем они ходят.

— Не везде.

— Да, те, кого отвергли другие, это либо Багровые, либо Проклятые. Ты хочешь в Орден? — она спрашивала, уже зная ответ.

— Я не знаю, — голос Роны упал почти до шёпота. — Больше всего я хотела бы остаться с Магнусом, но так не выйдет. Он одиночка. У него нет привязанностей, нет друзей… а я так не хочу. И не смогу.

О да, Орден давал всё это неофиту. В большинстве своём туда шли именно такие — люди, оказавшиеся на распутье и не знающие, куда идти. Люди, потерявшие семью из-за демонов, люди, столкнувшиеся с тварями из чужого мира и навсегда изменившиеся под влиянием скверны. Не той, что текла в крови демонов, а той, что владела умами людей.

Так уж вышло, что человек — сам себе лютейший враг, и люди убивают друг друга куда чаще, чем это делают демоны. Пришедший в дом с оружием может выглядеть жутко, но он всё же остаётся человеком. Демоны же — иные, не звери и не люди, слишком чужие, чтобы быть принятыми, пусть даже как враг. Демоны были чистым злом, и однажды повстречавший их человек уже никогда не становился прежним.

Но и Рона была другой. Перекрёсток её дорог не был связан с демонами. Если бы её лишил глаз какой-нибудь лакерт, Ситилла первая сказал бы «да», но увечье нанёс человек. Более того — палач, тот, кому было дано разрешение это сделать. Ситилла не знала, чего ждать от девушки, и не знала, что сказать.

— В Орден приходят многие, похожие на тебя, — наконец сказала она. — Но скажи, что ты можешь предложить? Я слышала, ты вернула себе свет?

— Да. Пока не полностью, но Магнус сказал, с этими глазами будет лучше, когда они приживутся.

— Ты прошла через то, что не пожелаешь и лютому врагу, — задумчиво проговорила Ситилла. — Быть может, из тебя вышел бы неплохой палач. Но так сразу ответить я не могу.

— Понимаю, — Рона вздохнула. Чёрные глаза не двигались, оставшись абсолютно безучастными, и всё же Проклятая поняла, что на неё смотрят. Края её губ дрогнули в улыбке.

— Считай, что ты взята в неофиты, — сказала она.

* * *

Этот вечер ничем не отличался от других. День медленно уступал, солнце снова садилось чуть-чуть раньше — настолько, что без точных часов едва ли можно было это заметить. По-прежнему стоял лёгкий мороз, такой, что северяне даже не застегивались, выходя из помещения.

Но именно этим вечером прозвенел колокол, сжигая последние мосты.

— Завтра утром выступает корпус моих рейтар, — сказал Гирт. — Я хотел бы, чтобы вы отправились с ним, мейстер Эриксон.

— Надо думать, не просто так, — усмехнулся некромант.

— Да. Их задача — взять один небольшой форт, перекрывающий выход из Андредского леса. Это единственная прямая дорога из Ранкорна, если Тостиг захочет выбрать другую, ему придётся либо спускаться к морю, либо идти через предгорья, и в обоих случаях он застрянет до весны. Я хочу, чтобы вы помогли им.

— Я не смогу ничего гарантировать.

— Понимаю, — вздохнул Гирт. — Понимаю и то, что мы даже не заключили с вами никакого договора, но время не ждёт. Мой брат — оба брата — не станут ждать. Я могу лишь обещать, что ваши старания не будут забыты.

«О да, — подумал некромант. — Никем не забыты, и неважно, кто победит — это уж точно».

Он не очень-то хотел ввязываться в чужую войну и тем более выходить на поле боя. Причин тому было много: в первую очередь Магнус считал себя учёным, а не солдатом, хоть и умел убивать самыми разными способами. Помимо того, он всё ещё был в глазах Тостига официальным посланцем Джумара, что могло вызвать вопросы — впрочем, Хельвег был достаточно далеко, чтобы архагет Джахандар заинтересовался ими. К тому же у него был лишний ферзь: уничтоженная людьми короля экспедиция.

Наконец, некромант просто предпочёл бы потратить время на что-нибудь более интересное.

Но отступать было поздно — он с самого начала прекрасно понимал, к чему всё идёт, и раз уж приехал сюда, то идти придётся до конца. Оставалось лишь надеяться, что Гарольд одержит победу и действительно не забудет «старания». Хотя уж в этом Магнус не сомневался — выбор у Чёрного короля был небольшой.

— Рона поедет со мной, — сказал он.

Гирт не спорил. Зато у Альмы предстоящий отъезд наставника вызвал глубочайшее разочарование.

Её можно было понять — она только начала перестраивать мировоззрение, только коснулась новых знаний, и вот опять приходится остановиться. Более того, одна за другой в Дейру приезжали уже её собственные подопечные, на которых приходилось тратить время, и это злило ещё больше.

Но она тоже понимала, что дороги назад нет.

Оставалось лишь поговорить с Ситиллой, но та, как оказалось, уже всё знала. Вряд ли Гирт потрудился бы сообщить ей, так что, скорее всего, постарались шпионы Багровых. А может, палач и сама была не промах.