Чтение онлайн

Я немного шокировано рассматривал её лицо, по которому пробегали блики от фонарей и смешанные эмоции — иногда раздражение, иногда грусть, иногда задумчивая ностальгия. Света на секунду посмотрела на меня, чуть улыбнулась уголками губ и опять опустила глаза:

– Пока мы жили рядом с бабушкой, я ездила плакать к ней, потому что она была для меня кумиром и я считала её вообще самым сильным и мудрым человеком в мире. Потом мы уехали в другой город и я стала её видеть очень редко, а там никого подходящего не нашла. В следующем городе у меня была одна учительница, пожилая уже, но очень... такая, знаешь, старой закалки, которая если скажет «тихо!» — заткнутся все в радиусе слышимости. Я иногда оставалась у неё на дополнительные занятия и мы пили чай, разговаривали...

Светка чуть улыбнулась и опять задумалась, а я в это время размышлял над тем, что я, по этой логике, тоже супермен, при котором можно реветь. Не знаю даже, льстит ли мне это. Пауза затягивалась, я тихо прочистил горло и спросил:

– Ну а Дёмин каким краем сюда относится?

– Я при нём плакала, - тихо сказала Светка.
– Это был первый раз с момента нашего переезда, много времени прошло, я думала уже, что никого здесь не найду. И он вообще первый мужчина, при котором я плакала, - она нервно поджала губы, натянуто улыбнулась и бросила на меня короткий взгляд, - Гавриил второй, ты третий. Ну, при Гаврииле я только раз ревела, совсем чуть-чуть, а когда ты прилетел, вообще раскисла, со мной давно такого не было.
– Она смущённо замялась и прошептала, - ты очень на него похож. Мне кажется, вы бы подружились.

Да, мне тоже так кажется. Я попробовал вернуть её философию ближе к реальности и спросил:

– И что, ты прямо в трамвае ревела?

– Ага, - с лёгким удивлением качнула головой она, - сама в шоке. И он не пытался что-то выспрашивать или утешать, промолчал всю дорогу, я была ему так благодарна за это...
– она шмыгнула носом, вытерла глаза и нервно хохотнула.
– Блин, опять. Это ты на меня так действуешь.

– И ты из-за этого в него влюбилась?
– поспешил сменить тему я, - вот так сразу?

– Не сразу конечно, это постепенно происходило. Он мне с самого начала был очень приятен, он милый и весёлый, с ним легко общаться, время пролетает... Но после того случая я поняла, насколько сильно он мне на самом деле нравится, я просто помешалась на нём, это было что-то нереальное.
– Света распахнула глаза, глубоко вдохнула и улыбнулась.
– Я с ума сходила, постоянно о нём думала, честно, я просыпалась и засыпала с мыслями о нём, и это не иносказание. Постоянно представляла, что он рядом, что я разговариваю с ним, думала, как бы он отреагировал на что-то, что сейчас со мной происходит. Мы уже достаточно долго общались и я могла предсказать его реакцию, так что это было несложно.
– Она улыбнулась, окатив мою душу теплом, от которого я успел отвыкнуть, запрокинула лицо к небу и иронично фыркнула.
– Я мечтала, чтобы трамвай сломался по пути и нам пришлось ждать, чтобы провести с ним ещё немного времени... Потом спустя какое-то время, - она чуть замялась и смутилась, - так получилось, что мы обменялись телефонами и стало ещё круче. Я каждую минуту ждала, что он мне позвонит и постоянно сдерживалась, чтобы не позвонить самой. Он мне снился... короче, блин, это было настоящее помешательство!
– Она тихо рассмеялась, потёрла лицо, опять уставилась под ноги, рассеянно улыбаясь.

«Что ж ты тогда его отшила, если он такой весь классный?»

Я этого не сказал, решил не портить ей вечер, и так много вытянул в этот раз. Мы дошли до большого фонтана, сейчас отключенного на ночь, Света села на бортик и зачерпнула в ладонь воды.

– Так что ты говорил по поводу будущей жизни?

– А, это, - я на секунду застопорился, а потом широко улыбнулся и развёл руками.
– Ландшафтный дизайн не интересует?
– она пожала плечами и осмотрелась, я хлопнул её по плечу и улыбнулся.
– Ты пока думай, а мне пора, я попозже прилечу.

***

Я катался в трамвае уже третью неделю, наблюдая за сближением этих голубков и выискивая тот переломный момент, о котором говорила Светка. Пока не нашёл, они разговаривали, смеялись, слушали музыку через хаб для наушников и вообще проводили время с большим удовольствием. Мимоходящие люди перестали толкаться и возмущаться, потому что Макс постепенно становился к ней всё ближе и проход уже не загораживал. Светка перестала смущаться от каждого прикосновения, иногда и сама от избытка эмоций хватала его за руку или в шутку хлопала по груди, они толкались стоя и пинались сидя, я умилялся прямо.

Однажды она пришла какая-то слишком напряжённая и тихая, день был солнечный и вообще под описание «того самого» не подходил, но я всё равно притормозил время и решил послушать разговор сначала.

– Привет, - Максим тепло улыбнулся и привычно протянув ей рюкзак, занял своё обычное место. Светка слабо улыбнулась и кивнула, снимая наушники:

– И вам здравствуйте. Как жизнь?

– Тихо-мирно, как обычно, - пожал плечами парень, - дни проходят в самопознании и размышлениях, почему моё тело жрёт столько кислорода.

– И почему?
– чуть улыбнулась Светка, он с недоумением поднял плечи:

– Офигело потому что. А ты чего такая невесёлая? Гнетёт несовершенство вселенной и приближающийся чемпионат мира?

– Всё-то ты знаешь, - усмехнулась она.
– Он, родимый, он всех гнетёт. Тебе Юля рассказала?

– Ага, она тоже на ушах стоит, - кивнул он, - говорит, что ты её главная конкурентка.

– Если бы, - закатила глаза Светка.
– Юля в прекрасной форме и программа у неё до последнего шага отточена, а я...
– она поморщилась и махнула рукой, Максим заглянул в её лицо:

– А ты?

– А у меня есть один элемент, - она печально вздохнула, дёрнула щекой, нервно улыбнулась на одну сторону, - мама говорит, что после чемпионата его назовут моим именем, будет в истории гимнастики «элемент Чечиной».

– Так это же круто, - улыбнулся парень, - в чем проблема?

– Проблема в том, что он у меня не получается, - неохотно ответила Света.
– Точнее, получается, но не всегда. Я там бросаю обруч очень высоко и далеко, потом быстро делаю ещё несколько фишек и ловлю его в другом конце ковра и в очень... неустойчивом положении. И в самом углу. И если я его не ловлю, то он стопудово улетает за ковёр, а это полный крах, без вариантов.
– Она тяжко вздохнула и нервно улыбнулась.
– Раньше я ловила его удачно где-то семь из десяти, сейчас пятьдесят на пятьдесят, и чем ближе чемпионат, тем хуже. Мама в панике, я... тоже начинаю бояться. Мы уже думаем над тем, чтобы вообще убрать этот элемент.

– А почему так?
– нахмурился Максим.
– Делала-делала и перестала? Так не бывает, должна быть причина. Падала в процессе?

– Да нет, не в том дело, - потёрла лоб Света.
– Там просто надо всё делать очень точно и чётко по времени. Надо бросить обруч и потом больше на него не смотреть аж до самого угла, это круче трёхочкового броска в баскетболе, тут нужна уверенность и... чтобы руки не дрожали. А у меня дрожат.

– И чего боятся твои руки?
– уже серьёзно спросил Максим, Светка нервно улыбнулась, пытаясь скрыть смущение:

– Провала. Боятся всех подвести и не поехать в Рио, а я туда очень хочу.

– Да расслабься, - фыркнул Макс, - подумаешь, проблема! Если пролетишь, я на тебе женюсь и оформлю тебя в свою олимпийскую группу поддержки, это будет даже круче — всё время в Рио будет твоё, никаких тренировок, сплошные пляжи и шоппинг!
– он вдруг нахмурился и почесал затылок.
– А сколько тебе лет, кстати, жениться уже можно?

– Семнадцать, скоро будет, - хихикнула Светка, пожала плечами.
– А на счёт можно или нет я не знаю, я как-то этим вопросом не интересовалась, у меня трояк по праву.