Ангел, право выбора
Шрифт:
Парень поставил весь рюкзак ей на колени, щедрым жестом приглашая:
– Выбирай!
Она тут же занырнула внутрь и стала копаться, достала по шоколадке в обеих руках и демонически рассмеялась в небо. Максим ухохатывался с неё, а потом обнял за плечи, прижал к себе и поцеловал в висок, шепча на ухо:
– Ты прелесть.
И не отпустил. Она улыбалась и молчала, он гладил её по плечу, ещё раз осторожно поцеловал и тихо спросил:
– Я лишнего не делаю?
– Нет, - еле слышно прошептала Света, вернула шоколадки в рюкзак, осторожно сняла его с коленей и поставила на лавочку, улыбнулась и взяла Максима за руку.
– Лишнее началось давно и тормозить сейчас нет смысла. К тому же, у меня сегодня праздник.
– С днём рождения, - улыбнулся Максим и поцеловал её по-настоящему.
Я закрыл лицо руками и отвернулся от них, сел на асфальт, вытянув ноги и глядя в синее небо, пытаясь не слышать ничего и не обращать внимания на качающие всё тело волны восторга. Этот адреналиновый мандраж первого свидания в моей памяти уже давно припал пылью, я не понимал, завидовать им или убраться подальше, чтобы не видеть. Или расслабиться и получить удовольствие, воспринимая это как изысканный деликатес из эмоций, или пойти повидать Светку... хотя, не стоит — видеть её такой, какой она стала к олимпиаде, сразу после вот этого всего будет выше моих сил, не надо.
Я обернулся через плечо и ускорил время — голубки целовались как сумасшедшие, он расстегнул её куртку и вытащил из волос шпильку, как будто пытался таким образом хотя бы частично удовлетворить желание её раздеть, она что-то говорила, смеялась. Потом они успокоились и я опять запустил время с нормальной скоростью, развернувшись к ним боком, чтобы если что, сразу отвернуться.
– Макс, - она обнимала его за пояс одной рукой, прижавшись щекой к его плечу и играясь застёжкой на воротнике его свитера, - мне почему-то кажется, что мой репетитор перенесла занятие не просто так. И что это как-то связано с тем, что ты в первый раз взял с собой на клуб еду. Развей мои сомнения — ты это всё подстроил, чтобы организовать мне классный праздник, да?
Он усмехнулся, погладил её по спине:
– Какая тебе разница? Главное, что праздник состоялся.
– Ну скажи, мне интересно.
– Да, я всё подстроил. Хотел вытащить тебя из зоны комфорта и позволить немного расслабиться.
– Моя зона комфорта заканчивается в метре от тебя, - улыбнулась она, он засиял, обнял её крепче и загадочно добавил:
– А ещё, я долго думал, каким образом подписать тебе открытку, чтобы тебе не пришлось её прятать или оставлять у меня...
– Придумал?
– хихикнула Светка.
– Ага, - он усмехнулся и закатил рукав, - можешь прочитать и запомнить.
У него на запястье было написано «поздравляю», тем же витиеватым шрифтом, что и на прошлой открытке. Светка радостно заулыбалась, а он кивнул на второй рукав, под которым она нашла следующую надпись «с днём рождения».
– Ещё есть?
– она подняла на него жадный взгляд, он задумчиво протянул:
– Не знаю...
– пожал плечами со шкодной улыбкой, - поищи, может, найдёшь.
Она захихикала, с энтузиазмом бросаясь искать под воротником. Нашла. Там было написано «желаю», чуть ниже «всегда»... дальше было не видно. Света взялась за застёжку молнии и посмотрела на довольно ожидающего продолжения Максима:
– А сколько вообще надписей?
Он пожал плечами с таким видом, как будто понятия не имеет и писал не он. Светка медленно потянула молнию ниже, читая в столбик «побеждать с удовольствием. Ты». Свитер был расстёгнут до середины груди, а Светка по цвету лица сравнялась с эмэндэмсиной, но ей всё ещё было интересно.
– О чём задумалась?
– как ни в чём не бывало спросил парень.
– О том, что ты замёрзнешь и простудишься.
– Она осторожно застегнула молнию под горло и опустила голову.
– Не замёрзну, я закалённый, - он обнял её, опять целуя и шепча, - давай читай, я что, зря старался? Знаешь, как неудобно писать вверх ногами и справа налево?
– А может, ты мне так скажешь?
– помялась Светка.
– Нет, так не интересно.
– Что за эксгибиционизм в общественном месте?
– попыталась отшутиться она.
– Ты что, вообще не стесняешься?
– А чего мне стесняться — меня полмира в трусах видело.
– Я не видела, - пожала плечами Светка.
– Заодно и посмотришь, - развёл руками он, она вздохнула и покачала головой:
– Слишком стремительно для первого свидания.
– Как хочешь, - он улыбнулся и опять прижал её к себе, она заныла:
– Ну что там дальше? Ну скажи.
– Не скажу, там чем ниже, тем стремительнее. Сколько у нас ещё времени?
Она достала телефон, посмотрела:
– Двадцать минут и едем. Даже если я домашку завтра спишу у кого-нибудь, мне ещё надо съездить домой и создать видимость, что там кто-то был. Натоптать в коридоре, чайные пакетики намочить и выкинуть, часть воды вылить, книжки поперекладывать, всё такое.
– М-да, - двинул подбородком Макс.
– А ты не думаешь выходить из подполья? Я могу сам поговорить с твоей мамой.
– Не вздумай, - решительно мотнула головой она, - мама ничего не должна узнать, иначе она наплюёт на тренировочный план и увезёт меня отсюда подальше.
– Из Москвы?
– поднял бровь парень, - да ладно, отсюда не уезжают.
– Поверь, я её знаю, - Светка погладила его ладонь и невесело усмехнулась.
– Два года назад мы с ней жили в одном городе, там было очень классно — природа-погода, всякие достопримечательности, мы сняли хорошую квартиру, в спортивной школе были хорошие тренера, в обычной школе нормально относились к моим прогулам. Всё, короче, было хорошо. И там у меня появилась подружка, Жанка, я тебе рассказывала о ней.
– Угу, я помню, - кивнул парень.
– И что?
– Она отрывная такая, знаешь, из тех, которые везде найдут себе на задницу приключений, ну и я с ней за компанию тоже иногда попадалась. И мама запретила мне с ней общаться. Мы тогда придумали все эти шифры для телефона, у нас ещё система знаков была в одежде — если браслет на левой руке, значит я сегодня не смогу пообщаться, если на правой — мама вечером уходит и я буду одна, там куча ещё фишек было. И один раз Жанка меня подбила пойти с ней на концерт ночью, мама тогда была дома, но я всё равно пошла. Мы жили на втором этаже, так что я аккуратно спустилась из окна на двух кожаных ремнях, привязанных к батарее, только когда прыгала, немного ударилась. Мы сходили на концерт, вернулись, я думала, что всё прошло отлично... а на следующий день у меня напухла нога.
– Светка пожала плечами и вздохнула, - мама заметила. И логически рассудила, что если вечером было всё нормально, а утром внезапно травма, значит, всё было ночью. А ночью я могла смыться только с Жанкой. Мы поехали в больницу, там сказали, что ничего серьёзного, только чтобы больше я так не прыгала, по крайней мере месяц-два. Мама была в бешенстве. За два дня уволилась, упаковала вещи и мы уехали. Всё.
Она подняла глаза и заглянула в лицо парня:
– Я не хочу повторения. Я уже думала, каким образом её убедить перестать меня ограничивать, но вариантов нет — я несовершеннолетняя, распоряжаться своими деньгами не могу, да и у меня их не так уж много. Позвонить папе и попросить меня забрать — он заберёт, но оно мне надо? Попросить бабушку сделать внушение маме — я пробовала, эффект длился неделю, а обижается она и припоминает мне это до сих пор, хотя уже больше года прошло. Да и искать другого тренера... мама лучшая, она знает моё тело лучше всех, к тому же, она меня никогда не простит. У меня одна надежда — что олимпиада всё изменит, что если я возьму золото, она начнёт относиться ко мне с чуть большим уважением. Ну или что пройдёт время, я стану совершеннолетней и смогу куда-нибудь от неё уехать.