Чтение онлайн

– Шы што шут шелаешь?

Было не понятно, то ли я тут, то ли я шут, но какая разница, если перед вами возникает возможность хоть что-то узнать о сильных мира сего? Так что я, очень обрадовавшись, затараторил:

– Да я по ошибке влетел к вам в мир, а теперь не очень разберу, как отсюда выбраться.

– Не мельшеши, - чавкнул свин, и повернулся на брюхо, так что дрогнул весь холм, а собиратели червяков испуганно прыснули в сторону волка, забыв, кто тут враг, а кто покровитель. Разглядев меня двумя маленькими глазками, слоносвин продолжил допрос. – И шо шы ша шип?

Я напряг все свое воображение и, кажется, догадался, что это не шиш с шипом.

– Я – не тип, я – ангел, вроде тебя. Просто с астрала влетел прямо сюда.

– Не мошет быть! – хрюкнуло внутри огромной пасти. – Шуда прошто так не влешают и не вылешают.

Кажется, свин начал лучше проговаривать слова. Поэтому я уже вовсю атаковал его просьбами:

– А я не просто так. Ты лучше подскажи, как отсюда выбраться, а если не знаешь, то хоть намекни, как найти тех, кто знает.

– Ну, для душ путь один, - хряк довольно чавкнул. – Помереть, а шам они наверняка в другом меште окашутся. Но шы же не душа…

При этом я каким-то образом уловил немного расстроенные нотки в его голосе.

– А что так грустно? – переспросил я.

– Так был бы ты душой, я бы тебя сейчас шъел, и все дела! А так… - свин грустно хрюкнул.
– Мало што нешъедобный, так еще вернешься и будешь тут мне мштить, коллега хренов.

Судя по всему, моя защита сработала как-то так, что после некоторого недоразумения черт все-таки принял меня за своего, а не светлого ангела. Я не стал его разубеждать и продолжил совещание:

– Ну и что мне тогда делать?

– Ишкать главного бешполежно, ешли он припрется, никому не пождоровится. Неконсшруктивный тип. Все под себя гребет. Единштвенно, кто реально тебе мошет помочь, это снуфы…

– Опять снуфы! – досадливо воскликнул я, припоминая волчьи байки про них. – Но как их найдешь?

– Эт верно, - хрюкнул довольно свин. – Они ше все норовят мешду миров, да по второму уровню мотаться.

– Так, может, и мне на второй уровень? – я вдруг сообразил, что сам могу такое попробовать.

– Не шоветую. Ешли никогда там не был, то не шуйся! Шъедят, как муху. Одно оштается: добрые дела делать! – и тут чудо-юдо расхрюкалось. Я сообразил, конечно, что это оно так засмеялось, но мне от этого было не легче – хорошо хоть в сторонку успел отскочить, чтобы не попасть под летящие сопли.

Уже со стороны я крикнул:

– Спасибо, придется самому искать!

– Не ша што! Шам бы ш тобою прогулялся, да лень… Кштати, помоги этим головастикам, а то кашется я шкоро без них оштанусь. А кто меня кормить тогда будет? – Гигант тяжело мотнул в сторону человечков, жмущихся к волку.

«Ага, это он намекает, чтобы я начал провоцировать снуфов добродетелями» - сообразил я и, оставив свинозавра лежать в прежней позе выменем кверху, подошел ко всей остальной компании.

– Остается самое последнее: совершать хорошие дела! – резюмировал я волку наши бесовские переговоры. – Между прочим, это и для тебя шанс выйти в верхние миры.

– Тебе хорошо болтать, а я скоро от голода с ума сойду. Так бы и сожрал сейчас кого-нибудь из этих сереньких, - волк натурально пустил слюну.

– Ты погоди! Может, найдем какое нейтральное решение, - затараторил я, а сам, догнав побежавших к своей свиноматке человечков, крикнул. – Стойте, что это ваш покровитель говорил об угрожающей вам опасности?

Самый большой и самый смелый человечек остановился и пояснил, что рядом завелась компания разбойных обезьян, которые уже сожрали одного члена общины. Но, поскольку тот и так был лишний, его не было жалко. Однако теперь они боятся ходить к болоту, так как безопасно только здесь. А добывать корм нужно дважды в день, иначе свин проголодается и может слопать их вместо червей.

«Ну и перспективка! – подумал я с содроганием: Как же тонко изощряются здесь в издевательствах!» А сам повернулся к волку и предложил:

– Ну что, не желаешь защитить малых, да сирых от грозящей им опасности?

– Если там еще найдется, чем перекусить, то с удовольствием, – ухмыльнулся Шерман.

Однако пришлось еще немного подождать, пока стайка серых человечков соберется с силами на второй поход к болоту. На этот раз мы решили не светиться: я отстал от всей группы, а волк и вообще двинулся стороной, одному ему известными тропами.

А я шел и думал думу горькую: где-то там сейчас моя ласточка, заботливая и ласковая Люся? С одной стороны, надо было выбираться из этой преисподней, но с другой – что я там найду? Мертвое Женино тело? И Люся теперь для меня останется миражом на изнанке реала на долгие, долгие годы. Она найдет себе другого, заведет семью, и когда вернется сюда седой старушкой, все равно не узнает во мне того приятеля, который так неосторожно нанес ей душевные раны и смылся в астрал…

И все-таки нельзя распускать нюни. Сначала выбраться отсюда, а уж потом принимать от друзей упреки за свое разгильдяйство. А чтобы это получилось, надо, во что бы то ни стало, найти снуфов или сделать так, чтобы они нашли меня.

Мое расслабленное рефлексирование прервал дикий звериный вопль, раздавшийся немного впереди. Я запоздало выругал себя, но несильно, так как было нужно немедленно начинать действовать. Пулей вылетев вперед, я увидел, что наших подопечных атакует сразу три гориллоподобных существа: к счастью они были размером не больше меня. С настоящими гориллами ни я, ни Шерман не справились бы. Но и такого размера им было достаточно, чтобы совладать с маленькими существами.

Положение было непростым, так как у меня на вооружении была только моя храбрость и кулаки. Да еще хорошая глотка, которая, в конечном счете, и сделала самый решительный вклад в потасовку. Нападавшие были явно сбиты с толку неожиданно выскочившим на них типом, который орал благим матом на всю округу, пуча глаза и размахивая руками, как ветряная мельница.

Пока мы так угрожающе сближались, на поле боя появился наш главный наступательный аргумент в лице, а вернее, шкуре волка. Мелькнула только серая тень и одна из нападавших горилл упала с разорванным горлом. Оставшиеся две обезьяны не дали так легко себя в обиду и, встав спиной к спине, начали отражать нападение.

Сообразив, что атакующие в мгновение ока превратились в защищающихся, я понял, что не смогу на них напасть по гуманным соображениям, и остановился на мгновение. Это дало возможность горилле откинуть от себя одного, самого настырного человечка, и они вдвоем кинулись на Шермана. При этом, одна обезьяна основательно того достала. Я опять почувствовал настоятельную потребность в защите раненого компаньона и кинулся с воплем в бой.