Чтение онлайн

– Ну, на такой подвиг и любой местный житель способен. Вообще-то получается, что меч – хорошее средство от запора.

– Как, впрочем, и от вшей. Ладно, полетели! – заметив, что Шерман навесил на себя все, что можно и нельзя, я с сомнением прикинул свою грузоподъемность. – И хватит на себя цеплять пожитки. Возьми только меч и одежду, а то я себе уже напоминаю аэробус дальнего следования.

Немного попрыгав по лужайке, отчаянно хлопая своими крылами, я наконец оторвался от земли и стал набирать высоту, удивляясь, как только вчера за несколько секунд взмыл из под тигриных когтей? Взлетев-таки над лесом, я понял, что непроизвольно выбрал самое удачное время для похода в гости. А у меня еще было сомнение, что лучше выждать до полуночи, когда все должны спать, но кто же спит ночью в этом мире? А сейчас луна еще только всплыла над кромкой леса, и замок скрывался в тени горы. Так что у нас были неплохие шансы подлететь к нему незамеченными. Чем мы и воспользовались. Силы мои были далеко небезграничны, поэтому я, набрав высоту, быстренько зарулил в тень горы и уже оттуда влетел прямо куда-то в середину темной громады замка. Легкий ориентир давали редкие и слабые отсветы окон, да пара фонарей на внутреннем дворе.

Уже тормозя, чтобы не размозжить Шермана о что-то черное, приближающееся в темноте, я сообразил, что мы не договорились даже о самом маломальском плане похода в гости. Когда друг загремел башмаками по покатой крыше, я отпустил его и, приземлившись рядом, выдохнул:

– Сперва попробуем культурно зайти в гости, а там посмотрим, насколько это нам понравится.

– А как мы вниз спустимся? – шепнул приятель.

Я замер, пытаясь отдышаться, и стал разглядывать колодец двора. В темноте будет нелегко сделать вираж вниз, а суматошно хлопать крыльями означало созвать всех постояльцев на свое прибытие – охрана явно не будет в восторге от своего упущения. Нам же предпочтительнее было беседовать с хозяином, а не с вооруженными до самых своих страшенных зубов крокодилами. Пока мы топтались по карнизу, как воркующие голуби, где-то сбоку, в темноте немного скрипнула ставня, и нас осветил мягкий огонь свечей, льющийся из небольшого окна. Прикрыв глаза, я пытался рассмотреть, кто держит подсвечник в руках, но знакомый голос рассеял все сомнения:

– Что же вы как-то неловко приземлились? Так ведь и покалечиться можно. Прошу, заходите сюда, в окно. Во двор отсюда, если только камнем упасть можно…

Ничего не оставалось делать, как последовать совету, и мы с Шерманом, словно пойманные с поличным мальчишки, понурясь, поковыляли по откосу крыши к открытому окну.

– О-о! А Шерман, оказывается симпатичный мужчина! – подбодрил Девон моего бескрылого и бесхвостого напарника, ползущего впереди.

– Не зря столько прихорашивался да напомаживался, – буркнул я сзади, ехидно припомнив тому долгие сборы перед полетом.

Проделав короткую пробежку на четвереньках, мы влезли в окно и предстали перед все таким же молодым и вежливым ночным путешественником. Девон с самым невозмутимым видом сделал широкий жест рукой и произнес:

– Гостиная уже готова для принятия гостей.

– А как… откуда Вы… - попытался я начать разговор, но никак не мог решить с какого вопроса это сделать.

– Не волнуйтесь, я вас почти ни в чем не обманывал, – улыбнулся хозяин. – Меня действительно зовут Девон. Девон Шираз. Правда, надо признать, что у меня еще с десяток имен найдется. И я действительно путешественник, только не на очень дальние дистанции.

– Да, примерно от ворот замка до леса и обратно, - немного обиженно усмехнулся я.

– Ну, в этот раз так уж получилось, не обессудьте! Но и вы многого о себе не рассказывали…

Пришлось признать, что и мне строить из себя ангела было не с руки. Мы двинулись по узкой винтовой лестнице вниз внутри сторожевой башенки, ориентируясь на светильник в руках идущего впереди Девона. Я обратил внимание на внутреннюю отделку: она была на высшем уровне дворцового искусства. Потолки были покрыты лепниной, а стены – гобеленами, сама лестница тоже была как будто из розового мрамора.

А когда мы очутились на относительно свободном пространстве внутренних переходов, передо мной предстала пышность, сравнимая только с императорскими дворцами. Как ни тяжело признавать, но у этого темного ангела был неплохой вкус: интерьеры настолько красивы и гармоничны, что роскошь не била в глаза вульгарностью, а представляла собой явное достижение искусства.

Мы шли, непринужденно болтая или, по крайней мере, делая вид, что непринужденно болтаем. Я под это дело выяснил-таки, что большинство украшений создано самим Ширазом без использования рабской силы, и это меня расположило к этому, в высшей степени странному темному коллеге. В конце концов, мы оказались у большого стола, великолепно сервированного на три персоны.

При виде этой роскоши у меня мелькнула мысль, что неплохо бы встать сейчас кренделем и заявить, что не буду, ни есть, ни пить за одним столом с рабовладельцем, пока страдают в нищете его подданные. Но любопытство взяло верх: ужасно хотелось узнать, что тут и как, а если честно, еще ужасней мне хотелось есть. Поэтому, быстренько успокоив себя мыслью, что все это совсем на чуть-чуть и, конечно, «во благо» нашего предприятия, я не стал чваниться и плюхнулся на предложенный мне стул.

Хозяин с ходу предложил выпить за знакомство и, надо признать, вино у него было просто отменным. Быстренько закусив так, чтобы желудок больше не мешал выяснению отношений, я спросил, что же в конце концов о нас знает Шираз? Он потребовал откровенность за откровенность и поведал, что узнал о гостях, когда на его плантациях началась брожение народа. На данный момент ему было почти все ясно на счет Шермана – поднимающейся снизу души, а вот на счет меня он терялся в догадках. Понимая, что мы с ним одного поля ягоды, Девон расценил мою деятельность, как явно противоестественную, если только не предположить, что я вознамерился захватить его замок и обмануть всех рабов.

После изложения всех соображений на этот счет, он добавил, что о себе ему особо нечего рассказать, кроме того, что он темный ангел, контролирующий свою часть этого мира преисподней. Затем замолчал, внимательно смотря мне в глаза, и напомнил, что теперь моя очередь поведать, почему я мутил народ и почему превращаюсь в темного ангела.

Я молчал, выдерживая паузу, и думал, что мог бы сделать для тех несчастных душ, которые остались за стенами замка? Убить Шираза и взять на себя правление? Но я светлый ангел и долго в инферно, даже со всей своей защитой не протяну. К тому же местные «верхи» явно не одобрят мою деятельность и, рано или поздно, прикроют всю лавочку. Все-таки решил не скрывать, кто я, и высказать князю все, что о нем думаю:

– Я – светлый ангел, случайно оказавшийся в мире, примерно на один уровень ниже этого.

– Но позвольте? – было видно, что Девон сильно изумлен. – Это же невозможно! Вы же должны мгновенно среагировать с нашей энергетикой. Даже боюсь предположить, что тут будет, если это произойдет!

– Лучше предположить, чего тут не будет после такой аннигиляции, - усмехнулся я. – Но не беспокойтесь, я прикрыт надежной зеркальной защитой, из-за которой и провалился в такую глубь. Из-за нее же и выгляжу серым и пушистым, отражая образ, гармонирующий с инферно.

– Да, честно сказать, белые и пушистые, как-то инфантильно выглядят – не мог сдержать легкой брезгливости князь. – Теперь мне ясно, отчего Вы, Буль не можете вполне контролировать свои превращения.

– Не могу, но силы, отстаивать свои убеждения, найдутся, - я попытался придать своему голосу уверенный и спокойный тон. На самом деле я не был уверен ни в своих силах, ни в возможностях князя.

– Неужели Вы, ангел, предполагаете, что я буду биться с Вами за влияние? Как бы то ни было, но самоубийцей никогда не был. Не хватало еще, чтобы мы с Вами уничтожили друг друга при чересчур тесном контакте.

Поняв, что боя насмерть, скорее всего, не будет, я попытался вызвать князя на откровенный разговор:

– Хорошо, Девон, раз драка у нас пока не получается, то не прояснить ли нам свои взгляды на жизнь? Меня интересует, что движет Вами и вашими коллегами в этих мирах? Ведь не любовь же к ближнему?

– Ну почему? Любовь к ближнему не исключается, но заметьте: к ближнему, а не дальнему! – охотно пошел на возможность пофилософствовать мой коллега-антипод. – Мы считаем, что инферно, это единственная жизнеспособная система, отражающая реальное взаимодействие душ в процессе выживания. Все эти ваши сюсюканья о сочувствии или взаимопонимании яйца выеденного не стоят, когда наступает критический момент. Есть только два настоящих движителя душ: борьба за выживание и борьба за власть. Все остальное только детский лепет. В этой борьбе каждый приобретает себе сторонников и врагов. Сторонников может объединять любовь, дружба, ревность и так далее, но самым надежным объединением является выгода и расчет. Если душа или ангел сильны, то они правят миром, как я, например. Такие личности реализуют себя, формируя окружающую среду под свои потребности и вкус. Так что не обессудьте – ваши наивные мечты о равенстве, любви и свободе, не более чем выдумки небожителей.