Чтение онлайн

— Я сегодня похоронил сына, — наконец проговорил Альфонсо Моруцци. — Твоего мужа.

Женщина промолчала. Что тут можно сказать? Он задумчиво курил, наблюдая за ней.

— Я знаю, — заметил старик. — Я знаю про тебя и моего внука.

Марионетте показалось, что кровь застыла в жилах. Она протянула руку и схватилась за холодный металл пожарной лестницы.

— Каким образом? — прошептала она, не доверяя своему голосу.

Она видела лишь смутные очертания его лица да огонек сигары.

— Помнишь тот день, когда ты пришла ко мне? — спросил Альфонсо через несколько секунд. — Когда ты просила освободить твою семью от дедовского долга?

Она кивнула, сердце бешено колотилось.

— Вскоре после твоего ухода, — продолжил он, — ко мне пришел еще человек. Мой внук, Микеланджело. — Старик немного помолчал для пущего эффекта. — И знаешь, о чем он попросил?

Теперь женщина могла разглядеть блеск его глаз в темноте. Она отрицательно покачала головой.

— Он попросил меня о том же, что и ты. Он просил, чтобы я освободил семью Перетти от обязательств перед Моруцци. — Он сделал шаг вперед, мягко взял Марионетту за подбородок и повернул к себе. — Я не общался с Микеланджело несколько лет, — заговорил он, — и понимал, как трудно было ему прийти ко мне и просить о чем-то. А он даже не просил, он умолял. — Альфонсо Моруцци смотрел ей в глаза, его голос слегка дрожал. — И тогда я задал себе вопрос: с чего это такой упрямый и гордый парень, как мой внук, ведет себя подобным образом? Он ведь точно такой, каким был я в молодости, поэтому и понял его. — Теперь старик стоял совсем близко к Марионетте. Она даже ощущала запах его дорогого лосьона после бритья. — Он влюбился, — объяснил он, — точно так же, как и я в свое время. Он влюбился во внучку моей возлюбленной Джульетты, девушки, которую я потерял столько лет назад на Сицилии. — Альфонсо, явно взволнованный, отошел от Марионетты, дыхание с хрипом вырывалось из его груди.

Совсем некстати из темноты появилась Невата, обвилась вокруг его ног и громко замурлыкала. Кроме звуков музыки, доносившихся из клуба, это был единственный звук в тиши весенней ночи. Потом старик снова очень тихо заговорил:

— Мне нужно знать только одну вещь, — сказал он. — Ты так же к нему относишься?

Марионетта кивнула, не доверяя голосу. Альфонсо Моруцци вздохнул с горечью одинокого человека.

— В таком случае, я пришел, чтобы сделать тебе подарок. Дело тут не в щедрости или особом моем расположении, не такой я человек. Я делаю это потому, что в этом мире мой внук — единственный человек, которого я когда-либо любил, кроме твоей бабушки.

Теперь Марионетта смотрела на него с надеждой. Она даже не догадывалась, как надрывал сердце старика один ее вид, такой молодой и свежей, в лиловом платье.

— Я возвращаю тебе свободу, — проговорил он. — Я пришел, чтобы сказать, что долг чести уплачен. Ты сделала это, выйдя замуж за Барти, но теперь Барти мертв. — Его голос задрожал от гнева. — Самоубийство! — Он почти выплюнул это слово. — Мой сын совершил смертный грех и навлек на семью вечный позор! — Старик швырнул сигару на землю и растоптал ее каблуком. — Мои сыновья меня разочаровали, — произнес он уже почти ровным голосом. — Вместе они дали мне всего одного внука — Микеланджело, но и тот отверг семью. — Альфонсо плотнее запахнулся в пальто и повернулся к двери. — Уеду домой, — продолжил он, — на Сицилию, в свою деревню. Я закрываю все дела в Лондоне. Пусть мои сыновья сами ищут свои пути в этом мире.

Марионетта смотрела на него во все глаза, настолько удивленная, что не понимала всего значения сказанных им слов. Она лишь видела гордого и печального старика, потерявшего все.

— Выходи замуж за моего внука, — сказал Альфонсо, взявшись за ручку двери. — Выходи за него замуж и нарожай много сыновей. Может быть, когда-нибудь вы навестите меня на Сицилии. Моя семья не будет вас больше беспокоить. — Он что-то сунул ей в руку.

Поток теплого воздуха, яркий свет и смех, и вот Марионетта осталась одна в темноте. Она подняла глаза к темному небу Сохо. Потом взглянула на то, что держала в руке, — маленькую деревянную куклу в бумажной вуали.

«Выходи замуж за моего внука, — сказал он. — Нарожай много сыновей…»

Она не знала, где искать Микки, но понимала, что он в Сохо, играет на пианино в каком-нибудь маленьком клубе. Она выбежала на улицу, все еще сжимая куклу, не замечая холода. Марионетта промчалась по Олд-Комптон-стрит через толпу припозднившихся театралов, пьяниц, игроков и усталых проституток, дрожащих на углах. Неожиданно она заметила знакомую фигуру, прислонившуюся к косяку двери казино «Лондон». Это был одноногий карточный фокусник, обычно обретающийся у дверей кондитерской мадам Валери. Он показывал фокус с тремя картами группе туристов-немцев, наблюдающих за его манипуляциями с открытыми ртами.

— Странно, ведь еще несколько лет назад мы с этими ребятами воевали, — с усмешкой заметил он, — а теперь берем их деньги!

— Вы не знаете, где сегодня Микки Энджел? — спросила Марионетта, переводя дыхание.

— Который играет на пианино вместе с Питером Трэвисом, ты об этом парне?

Она кивнула. Он показал себе за спину.

— Мерд-стрит. Клуб «Кошечка». Рядом с «Горгульей». Во всяком случае, на той неделе был там…

Она рванулась, поблагодарив на оегу, но он уже вновь углубился в работу.

— Видите эту карту? Даму червей? Я кладу ее между этими двумя картами, вот так…

Когда Марионетта добежала до Мерд-стрит и увидела вывеску, то поняла, что уже была здесь. Разумеется. Тут когда-то был клуб «Черная кошка», там она впервые встретилась с Микки. Она поднялась по лестнице с бьющимся сердцем, все еще сжимая в руке куклу. На мрачной лестничной площадке стоял крупный мужчина, курил сигарету и наблюдал за ней. Его она тоже видела в тот, первый, раз.

— Вы ведь Медведь Билли? — спросила женщина. Она так спешила, что даже не смутилась.

Он задумчиво затянулся, изучая ее лицо, и заметил:

— А вы та, кого они зовут Ангельским Личиком… — Потом прибавил: — Он там. Играет последний номер. — И кивком показал на дверь клуба.

Марионетта перевела дыхание, толкнула дверь и вошла. Сначала она ничего не могла рассмотреть в полумраке. Облако табачного дыма, висевшее над танцевальной площадкой, скрывало от нее музыкантов, хотя она слышала звуки пианино и хрипловатый голос Вики, которая пела «Тайную любовь», стараясь подражать Дорис Дей. На танцевальной площадке толпились пары, да и за столиками вокруг было много народу. Атмосфера тихая, спокойная, как будто все задремали перед закрытием. Марионетте была знакома эта обстановка по их клубу: люди собирались уходить домой, согретые алкоголем и любовными песнями. Она медленно пошла вперед и остановилась, прижимая куклу к сердцу и наблюдая, как Микки Энджел заканчивает играть. Когда его руки застыли на клавишах и голос Вики смолк, он поднял голову и увидел ее в освещенном круге с другой стороны танцплощадки.

Пока она ждала его реакции на свое появление, ей казалось, что сердце вот-вот остановится. Но тут Микки неожиданно улыбнулся ей той самой знакомой улыбкой, осторожно закрыл крышку пианино и встал. Сказал что-то Питеру Трэвису и Вики, которые тоже взглянули на Марионетту и улыбнулись. И вот он рядом и уже берет ее под руку.

— Все в порядке, — услышала Марионетта свой голос. — Твой дедушка… все в порядке.

Микки смотрел на нее, стараясь осознать, что она говорит.