Чтение онлайн

Кивнув склонившемуся в поклоне министру и по-дружески обняв мадам Скаррон, Анжелика покинула гостеприимный дом воспитательницы королевских детей. Путь предстоял не близкий, и надо было хорошо подготовиться и все обдумать.

Огромная страна на востоке Европы, по количеству населения немногим уступавшая Франции, долгое время оставалась абсолютно неизвестной для французского двора. В Париже не было русского посла, в Москве никто официально не представлял Францию. В начале века Луи де Курменен подписал в Москве с русскими торговый договор. Во Франции был неурожай, и несколько лет хлеб покупали в России. Потом нужда в русском хлебе отпала. Сам же Курменен, человек молодой и горячий, ввязался в заговор Гастона Орлеанского против кардинала Ришелье и вместе с другим непримиримым врагом кардинала, маршалом Монмораси, сложил голову свою на плахе.

Русские миссии время от времени посещали Париж, но постоянной связи не существовало. Доходило до конфузов. Молодой французский король как-то написал письмо русскому царю Михаилу, а оказалось, что тот двенадцать лет как помер. В целом отношения складывались неприязненные, и все из-за того, что русские постоянно воевали с поляками, традиционными союзниками Франции. Одно посольство из Москвы прибыло в Париж как раз с целью объяснить причины очередной такой войны и прощупать отношение к этой войне в Европе. Послов, князя Константина Мачекина и дьяка Андрея Богданова, король принял, но без надлежащих почестей. Говорить с послами было затруднительно. У короля Людовика имелось два переводчика с русского языка, но один, к несчастью, умер, а другой, пообщавшись с русскими, запил и сошел с ума. Пока искали, кто бы мог перевести, посольство жило в Сен-Дени в скромненькой гостинице «Королевская шпага». Министр финансов, господин Сервьен, денег на содержание послов выделил мало, но московиты на многое и не претендовали, в праздниках и увеселениях не участвовали, заперлись у себя в гостинице, ели и пили. Как-то от скуки стали шуметь, задрались меж собой. Хозяин вызвал городскую стражу. Московиты встретили наемников-швейцарцев, как дорогих гостей, посадили за стол, поили, кормили, продержали до полуночи, и, наконец вполпьяна отпустили.

Меж тем нашелся переводчик, единственный в Париже учитель русского языка, поляк, пятнадцать лет проживший в России. Послов вызвали, вручили письмо Людовика царю, скромные подарки и, попеняв, что не надо бы воевать с поляками, отпустили в Московию.

Второе посольство прибыло через тринадцать лет, после победы русских над поляками, и послы, соответственно, держали себя победителями. Анжелика присутствовала на приеме и помнила случившийся тогда инцидент с семиградским князем. Посол, стольник Петр Потемкин, оказался человеком любезным, общительным и в какой-то мере светским. Блистая шитым жемчугом кафтаном и сафьяновыми рыжими сапогами, он появлялся всюду: в Версале, Лувре, Венсене, Тюильри, посетил мануфактуру гобеленов, несколько раз бывал в театрах. Но уезжал опять-таки со скандалом, обидевшись, что в письме к царю французский король перечислил не все царские титулы. Письмо подправили, но Потемкин заметил подчистку, расшумелся еще больше и отказался принять участие в обеде, который давала французская сторона. Документы переписали наново.

Разглядывая одетых в одни меха московитов, Анжелика решила, что в России царит вечная зима. И теперь готовилась сделать соответствующие распоряжения перед дорогой.

Как и всякий раз перед резкими изменениями в жизни, перед новым, для многих — безумным, предприятием, голова Анжелики уже была полна идей, а сердце — надежд. Она заказала себе несколько прелестных шубок, предчувствуя, что в далекой северной стране ей и летом придется ходить по колено в снегу, и изящный мужской костюм для езды верхом, серебристо-серый с бежевой отделкой. Помимо этого пришлось перебрать весь гардероб, и отобрать платья, в которых не стыдно было бы появиться при русском дворе.

К вечеру слегка утомленная, но удовлетворенная сделанными приготовлениями Анжелика велела собраться всем слугам.

— Я еду в Россию, — сказала она, оглядывая настороженных слуг. — Путь труден и опасен. Мне нужны люди, на которых я могла бы положиться. Поэтому я возьму с собой только добровольцев. Кто поедет со мной?

Слуги переглядывались. Они готовы были сопровождать хозяйку на край света, но побаивались холодной заснеженной России. Рослые, упитанные лакеи, пожившие в отсутствие Анжелики в Париже в свое удовольствие, потупились.

— Итак, кто хочет поехать в Россию? — повторила Анжелика.

— Я могла бы попробовать… Если мои услуги понадобятся вам, мадам — проговорила робко смуглая девушка, недавно нанятая убирать отель.

— Ваше имя, милочка? — прищурилась Анжелика, внимательно изучая «волонтера».

— Жанетта, мадам.

— Вы ведь недавно здесь служите?

— Да, мадам. Совсем недавно.

— Откуда же у вас такая решимость?

— Если это возможно, я хотела бы рассказать вам все наедине, — смутилась и покраснела девушка.

— Хорошо. Есть еще желающие?

Все молчали. «Надо будет уволить хотя бы половину. Какой толк от этих дармоедов?» — подумала Анжелика, но вслух сказала:

— Хорошо. Возвращайтесь к вашей работе.

Отдав еще несколько распоряжений, она вновь обратила внимание на Жанетту:

— Ну, теперь мы наедине. Что там у вас случилось?

— Ах сударыня! Я готова бежать, куда глаза глядят, — прошептала Жанетта, заливаясь румянцем. — Все равно — Россия, Индия, Китай… Лишь бы не Париж. Я сирота, мадам. Пришла сюда на заработки, но на беду познакомилась с одним немцем, королевским солдатом. Между нами ничего не было. Почти ничего… Но Аксель влюбился в меня и преследует. Он грозится, что убьет…

— Я сегодня же сдам его в полицию, — решительно сказала Анжелика.

— О, нет, мадам! Он грозится, что убьет себя. И я ему верю. Слышали бы вы, как он жалобно поет… А я так боюсь покойников! — расплакалась девушка.

Анжелика еще раз с любопытством оглядела ее. Наивна, молода… Видимо, ничего не умеет. «По крайней мере будет кто-то, кто поможет одеться и раздеться. Кроме того, она единственная выказала хоть какую-то смелость,» — решилась Анжелика.

— Успокойтесь, милочка. Мужчины не так уж часто выполняют свои обещания.

— Ах, мадам!.. — Жанетта затрясла головой и закрыла лицо руками.

— Я беру вас. Я отправляюсь в Россию в поисках мужчины, вы бежите туда, спасаясь от мужчины. В этом что-то есть. Как у вас с теплой одеждой?

Пока шились заказанные шубки и готовилось кое-что для Жанетты, Анжелика основательно прочистила штат прислуги, проверила целый ряд коммерческих операций, которые продолжались и в ее отсутствие, собрала достаточное количество наличности и несколько векселей для получения денег в Риге, Новгороде и Москве. Доверенные люди навели справки о выходе кораблей «компании Севера» из Ларошели.

Подошел день королевского маскарада.

— Все готово, — подвела итог Анжелика, заслушав доклад управляющего. — Если сегодня де Помпон не сообщит мне ничего нового, завтра утром я выезжаю. Прикажите слугам собирать мои вещи.

Она, невзирая ни на что, надеялась дождаться визита де Помпона, догадываясь, что время назначенной встречи отнюдь не случайно совпадает с королевским маскарадом, и вовсе не из-за депеш из России.

Маркиз де Помпон, кутаясь в плащ и стараясь не попасться никому на глаза, появился перед обедом. Внимательным взглядом окинул он затянувшиеся сборы, пристально посмотрел в глаза Анжелике. Лицо ее выражало полную решимость.

— Итак, господин министр, где обещанные вами новости?

— Я немедленно сообщу их нам после маскарада. Вам надо будет показаться там. Через три часа сюда за вами прибудет специальный экипаж. Я поеду вместе с вами…

— Маскарад?! Но я совсем не готова! — воскликнула Анжелика. — Я, знаете ли, готовилась к несколько иным мероприятиям.

— Я настоятельно советую вам, маркиза, принять это приглашение. Оно очень важно для вас, поверьте. Вам просто необходимо побывать сегодня в Версале…