Чтение онлайн

Он достал из поясного кошелька перстень с довольно крупным бриллиантом и протянул Анжелике.

— Как дойдешь до какого селения, покажи первому встречному и скажи: «Баба». Глаза у него загорятся, но он тебя к старшему отведет. Старшему сразу отдавай перстень и говори: «Кафа». И дай ему еще несколько монет, — при этих словах Мигулин подал Анжелике небольшой, но тяжелый кошель. — Сомнительно, конечно. Воры они страшные. Но бывает, что и честные встречаются. Как он тебя в Кафу доставит, ищи ваших, что тебя встречают…

— Откуда ты знаешь…?

— Слыхал краем уха, как ты с тем влохом разговаривала.

Все оборачивалось лучше, чем представлялось недавно Анжелике.

— Это твой перстень? — спросила она Мигулина, разглядывая рассыпающий огоньки камень.

— Чей он только не был…!

Анжелика почувствовала некоторую растерянность. Ей просто так отдавали бриллиант в пять тысяч ливров.

— Как я могу отблагодарить тебя? — спросила Анжелика, не поднимая глаз.

— Э-э, мне доброе дело на небесах зачтется, — усмехнулся казак. — Жива останешься, сочтемся. Как-нибудь…

Глава 19

В полной темноте казачья флотилия неслышно поплыла к крымскому берегу. Корабль бросили на плаву. Зажечь его Самаренин запретил, чтоб дым и пламень не встревожили пребрежное население, а использовать его казаки не могли из-за отсутствия ветра.

Перед тем, как тронулись в путь, на думбас, где сидели Мигулин и Анжелика, пришел незнакомый угрюмый казак со шрамом через все лицо, разместился на носу и теперь тихо командовал, куда править.

Впереди показался крошечный огонек, второй, третий… По команде казака со шрамом думбас взял правее, оставляя огоньки за левым бортом. Когда они остались далеко в стороне, опять свернули к югу, к берегу.

Приближались осторожно, бесшумно, так же, как плыли когда-то мимо башен и Азова по ерику и речке Каланче. Казак со шрамом первым прыгнул в воду. Нос думбаса вытащили на каменистый берег. Оставили около судна несколько человек, а все остальные, неслышно ступая, пошли за провожатым вверх по извилистой тропинке. Мигулин, приотстав от остальных, вел за руку Анжелику. Перед отплытием, в каюте корабля они общими усилиями соорудили для Анжелики что-то наподобие азиатского костюма из разноцветных шаровар, безрукавки, теплого плаща и немыслимой сложности тюрбана. Так, по мнению Мигулина, должна была выглядеть знатная азиатка.

— Ты, главное, лицо завесь, вроде как от жары, — наставлял Мигулин. — Лицо открывать у них — грех. Да так и безопаснее, когда лица не видно, — раздумывать будут, что за человек.

Теперь Анжелика довольно проворно поднималась по тропинке. Просторная одежда не сковывала движений, лишь легкие туфли без задников постоянно спадали и доставляли Анжелике массу хлопот.

Они выбрались на крутой обрыв. Слева и внизу на морском побережье опять открылась россыпь огоньков.

— Деревня татарская, — пояснил Мигулин.

— Двоих оставим здесь, — сказал где-то впереди казак со шрамом. — Отсюда и до селения — тропка узкая.

Два казака, шедшие в цепочке перед Мигулиным и Анжеликой безмолвно ступили в сторону. Остальные продолжали путь. Узкая тропинка петляла меж утесами. Они шли долго. Откуда-то со стороны моря долетел приглушенный расстоянием выстрел, и казаки заторопились.

— Далеко еще?

— Не далеко…

Зашуршали и покатились камни. Передние казаки стали спускаться на открывшуюся впереди между скал узкую и неровную дорогу.

— Здесь, — тихо сказал казак со шрамом. — Перекрываем…

Казаки стали готовить оружие и размещаться с обеих сторон дороги. На уровне головы всадника протянули веревку.

— А вы двое — вперед, — продолжал распоряжаться казак со шрамом, видимо, бывавший в этих местах. — Там, за горой, шагов с полтыщи, еще тропка есть.

Мигулин отвел Анжелику в сторону.

— Иди по этой дороге на запад. Как горы закончатся, с дороги сворачивай. Ищи другую. А дальше — как договорились. Топот сзади услышишь, не пугайся.

Анжелика медлила. Мигулин подтолкнул ее легонько:

— Иди, время дорого.

— Я…

— Быстрей, быстрей… Долгие проводы — лишние слезы.

Анжелика повернулась и быстро пошла по дороге. Дорога сразу же свернула за скалу, и недавние спутники исчезли из виду. Тьма обступила Анжелику со всех сторон. Чуть белела дорога. Тьма густела у подножья скал, нависавших над дорогой. Еще один поворот, еще… Анжелика ощутила себя совсем одной. Тьма и тишина… Она невольно ускорила шаги, почти побежала. Она бежала бы еще быстрей, но спадающие постоянно туфли заставили ее перейти на быстрый шаг. Иногда ей казалось, что она слышит какие-то звуки, долетающие со стороны моря, но уверенности не было. Побережье было отрезано горной грядой.

Скалы, как показалось Анжелике, стали ниже, склоны выглядели более покатыми. Она с облегчением вздыхала, поднимая глаза к небу, усыпанному звездами. Звезды здесь сияли ярче и казались больше и ближе, чем где бы то ни было.

Сзади послышался неясный дробный звук. Анжелика насторожилась и даже сошла с дороги. Это был топот. Она вспомнила слова Мигулина, но все же отступила в тень. Топот приближался. Лошадь бежала рысью и срывалась на галоп. Всадник показался из-за поворота. Он придержал лошадь и стал всматриваться в темноту, где прижималась к скале Анжелика.

— Мигулин…? — шагнула она вперед.

— Бери лошадь, — спрыгнул он на землю.

— Где ты ее взял?

— Сама прискакала… Садись, она без седла. Торопился татарчонок, не успел… Ничего. Сразу поднимай в галоп и скачи. Как устанет, переводи на шаг. Ну, с богом…

Он подсадил Анжелику на спину лошади, хлопнул животное по крупу и прощально махнул рукой.

Звонко цокали по дороге копыта. Малорослый татарский конек иногда упрямился и пытался укусить Анжелику за колено, но подгоняемый ударами пяток бежал бодро. Анжелика старалась не думать о том, что творится и творилось сзади. Казаки напали на деревню и перекрыли все пути бегства. Может быть, что этот конь — единственное живое существо, оставшееся после казачьего налета на татарское селение…

Дорога спустилась на равнину. Горы отступили и чернели справа и слева своеобразным частоколом. Дорога вилась меж голых холмов, пересохших, поросших тростником озер. Вдали несколько раз показывались огоньки, но куда-то исчезали. Помня совет Мигулина, Анжелика свернула с дороги влево и, пустив коня шагом, предоставила ему самому искать и выбирать путь среди засохших озер.

Стало светать. Ранний летний рассвет разгонял тьму. В сером полумраке Анжелика наткнулась на какую-то отару. Впереди послышалось рычание. Анжелика задохнулась от ужаса, но, придя в себя, разглядела большую сторожевую собаку. Пришлось взять в сторону. Собака не поднимала лая, удовольствовалась, что испугала и прогнала незнакомку.