Чтение онлайн

— Ах, соотечественников! Да-да, очень интересно! И кто же этот юный педераст?

Из горла шевалье де Монвилье вырвался сдавленный хрип. Граф покивал ему, как будто хрип служил приветствием.

— Вы, насколько мне помнится, — любовник господина де Помпона? Вы избрали скользкую дорожку, молодой человек. Впрочем, у вас еще есть время исправиться… Лишь вы, мадам, неисправимы, — вновь обернулся он к Анжелике. — Ваша красота — преступление перед скромностью, и здесь вы, поистине, неисправимы… Позвольте мне еще раз поцеловать вашу ручку…!

Шевалье де Монвилье и господин Вельварт выскочили из комнаты Анжелики как ошпаренные.

— А теперь я хотел бы прогуляться с вами, мадам, — посерьезнел граф. — И у стен есть уши. Надеюсь, что шум морского прибоя заглушит наши слова.

— Сию минуту, граф. Подождите меня внизу.

— Охотно…

Через полчаса Анжелика и граф уже катили в крытом экипаже берегом моря.

— Как вы сюда попали, граф? — спрашивала его Анжелика. — Как ваши дела? Как вы нашли меня?

— Мои дела далеки от совершенства, но мне кажется, что они немножко лучше ваших… Война закончилась. Турки взяли Каменец, лучшую нашу крепость. Начались переговоры. Есть такое место — Бучач. Это в Галиции. Похоже, что отдадут всю Украину султану… Ну а в таком случае я больше не считаю себя на службе и приехал сюда по своим личным делам. Я знал, что встречу вас где-то здесь, и искал вас. Но сегодня ночью ко мне заявился Мигулин…

— Мигулин?! — воскликнула Анжелика.

— Да. А что тут удивительного? Вы помните, у нас с ним были кое-какие счеты…

— Он защищал меня…

— Вот именно. Но вернемся к нашему казачку. Он поднял меня среди ночи… Он был пьян или с жестокого похмелья. Да-с… Но рассуждал он вполне здраво.

— И что же он вам рассказал?

— Наверное все… Впрочем, монолог его был несколько сумбурным, многого я не понял. Сначала я, естественно, схватился за шпагу. Но он твердо обещал дать мне удовлетворение потом… там где-нибудь, в России, в Польше… Пока же… «Я обращаюсь к вам, граф, как рыцарь к рыцарю», — сказал он мне и поведал о том бедственном положении, в котором вы, мадам, к несчастью, оказались. Он не мог больше оставаться в Крыму, так как прирезал тут кого-то, но душа его болела из-за вас… В общем, он поручил вас мне и просил сделать все возможное. Он, конечно, благородный человек, но я и без него искал вас именно с такой целью…

— С какой целью? — переспросила Анжелика.

— Да с этой же — сделать все возможное, чтоб вы покончили, наконец, с этим затянувшимся бредом…

— Что вы имеете в виду?

— Все эти поиски, секретные инструкции…

— Да! Секретные инструкции! — воскликнула Анжелика. — Вы подозревали, что я должна их кому-то передать, и самозабвенно преследовали меня. Инструкции действительно были переданы маркизу Нуантелю, но вез их некий Жирарден под конвоем трех военных кораблей. Как вы ошиблись, граф!

— Очень может быть, — усмехнулся граф.

— Вы все никак не можете понять…

— Что вы ищете своего горячо любимого мужа, — закончил за нее юный граф. — Право, в это трудно поверить…

— Но почему?!

— Оставим этот разговор, милая маркиза, — вздохнул юноша. — Поговорим о делах насущных. Что вы собираетесь делать в ближайшем будущем, и чем я могу вам помочь?

— Я собираюсь сесть на первый же корабль, уходящий к берегам Турции, найти в Стамбуле маркиза Нуантеля, передать ему рекомендательные письма от Марселиса, чтобы он помог мне разыскать мужа… Для этого мне нужны деньги…

— Я с удовольствием займу вам, сколько вам будет нужно, — твердо сказал граф, помолчал и добавил. — Не требуя ничего взамен…

Анжелика вспыхнула и отвернулась к окну экипажа.

— Здесь очень мило, — сказал граф Раницкий, проследив ее взгляд. — Когда-нибудь мы или русские отвоюем Крым у татар…

— И что тогда?

— Тогда я построю дом на берегу моря. Вон там, на краю скалы…

— Красиво… А как же татары? Они так сильны!

— Они сильны, пока мы слабы. Все это время мы дрались с русскими или между собой и всякий раз приглашали татар в качестве союзников, разрешая им грабеж и захват рабов. Как только мы помиримся с русскими и казаками, приток рабов прекратится, и за татар я не дам и ломаного гроша.

— Когда это еще будет…

— Да, вы правы. Дом придется строить моим детям или внукам.

Экипаж катился по каменистой дороге. Окрестности, ранее казавшиеся голыми и безжизненными, из его окон иногда выглядели даже живописными. Приоткрывавшееся из-за скал море играло неповторимо яркими красками.

— Что же вы делали все это время, как мы расстались? — спросила Анжелика, чтобы нарушить молчание.

— «Как мы расстались», — повторил граф и расхохотался. — Когда-нибудь мы будем вспоминать те события и смеяться. Еще бы! Настоящее приключение! Мне же было не до смеха…

Он внезапно замолчал, видимо, вспоминая и переживая вновь все прошедшее. Взгляд его слегка затуманился.

— Собесский чуть не повесил меня, — вздохнул он, наконец.

— И поделом вам, — парировала Анжелика. — Устраивать такую охоту на женщину, единственная вина которой в том, что она все еще любит собственного мужа…!

— Которого? — саркастически усмехнулся юноша, но вовремя сдержался. — Извините меня, маркиза. Я вовсе не хотел вас обидеть.

— Почему вы все не верите, что мой муж жив? — обернулась к нему Анжелика.

— Вы сами-то в это верите?

— Верю.

— Ну, и как?

— Что «как»?

— Нравится вам это?

— Я вас не понимаю.

Граф с безнадежным видом развел руками.

Анжелика чувствовала, что граф сдерживается, как когда-то сдерживался Исмаил-ага, но сдержанность его была иного рода. «Что он еще выкинет?» — думала она, вспоминала все выходки графа в России, Малороссии и на Украине.

— У меня к вам есть дело, — решился граф. — Почему бы вам не смириться с потерей ваших мужей и не выйти замуж за меня?

— За вас?!

— Черт возьми…! — граф был явно обижен ее возгласом.

Установилось неловкое молчание.

— Простите мой невольный порыв, граф, — заговорила Анжелика. — Я все же верю, что мой первый муж жив. Но дело даже не в этом… Я очень благодарна вам за ваше предложение. Однако задумывались ли вы, что предлагаете руку женщине, которая старше вас по крайней мере лет на десять?

— А что здесь такого? Вас-то что здесь смущает?

— Да нет, ничего… Судя по вашим рассказам о вашей семье…

— Перестаньте, маркиза, прошу вас, — со смехом перебил ее граф. — Неужели вы думаете, что вся семья Раницких — шайка каких-то дегенератов и извращенцев? Я это все придумал…

— А как же Эльжебета и ваш дедушка, который…

— О! Эльжебету я подобрал в одном из германских притонов, и за те деньги, что она получила, она готова была подтвердить все, что угодно, даже лишение девственности посредством костыля. Впрочем, она действительно дворянского рода, но захудалого, хотя и возомнила о себе черт-те чего…