Архангел
Шрифт:
Лишая смысла жизни,
И выбивая дух!
В угнетающей гробовой тишине автомобили подъезжают к дому, который больше напоминает машину для жилья, состоящий из бетона и стекла.
– Дом – это полное олицетворение личности своего хозяина, – скользнула мысль в моей голове. – Величественное здание, поражающее своей масштабностью, которое сокрыто двустворчатыми воротами, изготовленными из металлических прутьев, они как верные стражники, железные рыцари охраняют покой обитателей дома и скрывают от посторонних глаз жизненные устои, правила и порядок.
Непроизвольно, по мере того как машина подъезжает к главному входу здания, находящегося в самом центре фасада, между двумя колоннами, разместившихся на устойчивых пьедесталах, память начинает воспроизводить события, давно минувших лет.
Как же сложно простить других за причиненную боль и боль отпустит. Простить себя и отпустить прошлое, чтобы наслаждаться настоящим. Отпустить обиды и негодование. Обида — это яд, который я пьёт в надежде, что отравятся другие.
Прощать — не значит забывать. Прощать — это значит помнить без обиды…
В нашей жизни случаются такие моменты, которые мы будем помнить всегда. Они потускнеют, изотрутся, пожелтеют как старые фотографии, но останутся навечно. И даже через долгое время при одном воспоминании о них внутри все сжимается, замирает, переворачивается… И вот уже бурная река памяти несет нас в прошлое, мы начинаем вспоминать людей, счастливые и горестные моменты жизни, события. И то улыбка на губах, то внезапно слезы… Наша память бездонна, душа — неизмерима, сколько всего они хранят, а тут их словно вдруг перевернули вверх дном и начали вытряхивать все, все, что есть…
– Наташа, мне тебя силой из машины выталкивать? – Грозный рык Архангельского, внезапно нарушили тишину, вынуждая меня, прекратить копаться в прошлом и вернуться в суровую реальность.
В этой жизни все зимы покажутся летами, нужно только по новой поверить в любовь. «Самое прекрасное» — это когда включаешь старую песню, и вспоминаешь свою любовь, или старых друзей, яркие моменты из жизни. И сразу появляется на лице улыбка, от того что у тебя всё это было. Жизнь коротка. И долго страдать — это слишком большая роскошь…
– Дай мне поговорить с Сергеем, – охрипшим голосом, не сводя глаз с входной массивной деревянной двери, требовательно-молящим голоском промямлила я.– Две минуты, не более, а потом я сделаю всё, что ты скажешь.
Резко перевела взор на Архангельского, в глазах которого заискрились огоньки пламени, а на физиономии появилась язвительная ухмылка.
Не следует дёргать спящего тигра за усы — трудно угадать, в каком он будет расположении духа, если проснётся…
На мою просьбу Архангел отреагировал издевательским смешком, который сменился серьёзным выражением лица.
Упорно продолжала разглядывать суровое лицо мужчины, которое выражало ненавистное отношение ко мне и моему другу.
Едва уловимо усмехнулась. Кто бы мог подумать, что всесильный, всемогущий Архангельский подвержен банальной, детской обиде.
Мужчины, в большинстве своем, очень просты и прямолинейны. Как в словах, так и поступках. Именно по этой причине, намеки и догадки — не их сильная сторона, им нужно сказать прямолинейно, что именно хотите.
В отношении своих действий мужчины также очень просты — если им не надо, они не делают, и, напротив, если они чего-то хотят, внутри просыпается «завоеватель». Женщины могут быть гибкими, подстраиваться под обстоятельства, нередко даже терпеть, мужчины же так не умеют, поэтому их действия, а также бездействия легко прочитать по их поведению.
– Ты и так сделаешь всё, что я скажу, – склонившись ко мне всем корпусом, громко произнёс мужчина. – А теперь, заткнулась и молча, покинула салон или, в противном случае, я сам выволоку тебя из машины.
Архангел был накалён до максимального предела, кожей ощущала безумную, неконтролируемую злость, какую неимоверным потоком исходила от жестокого, бессердечного мужчины.
Архангельский нисколько не изменился за все эти годы! Так и остался жестоким поддонком, который слушает лишь себя, считая всех вокруг лишь бесправными рабами.
Где-то слышала, что характер с возрастом меняется. Хотя бы потому, что меняется физиология организма, гормональный фон. Кроме того, появляется жизненный опыт, трансформируются взгляды на жизнь и жизненные приоритеты. Человек со временем усваивает нормы поведения той социальной среды, куда попадает волею судьбы. Учится контролировать свои эмоции, анализировать ситуации, в которые попадает.
Все эти утверждения разбивались о холодную стену, воздвигнутую Архангельским…
Он так и не научился контролировать своим вспыльчивые, агрессивные эмоции, само понятие как «взвешенный анализ» ему было чуждо.
– Ты садист, ненавижу тебя, – отчуждённо высказала своё мнение.
Мой взор стал неподвижным, глаза устремились на застёжку курки, которую я судорожно дёргала из стороны в сторону.
– Выходи, – и снова рык Архангельского раздался в салоне автомобиля.
Решила больше не испытывать судьбу, медленно покинула транспортное средство и шатающейся походкой, направилась к Архангельскому, искоса посматривая на автомобиль, который стоял позади.
Именно в нём находился Сергей, но Архангельским веданным только ему причинам, не позволял ни ему, ни охране покинуть машину.
– Ты узнаёшь имена людей, которые помогли мне, если дашь слово, что не тронешь Воробьёва, – решительно без доли сомнения заявила я.
В данный момент руководствовалась чувством страха за своего друга.
Сознание подсказывала, что я должна заинтересовать Архангельского, сделать предложение, от которого он не сможет отказаться.
Параллельно понимала, что нельзя спасая Сергея, подставлять Ангелину. Чёрт…Стояла на перепутье и не знала, что делать. Нервно дышала, судорожно изобретая план действий. Дура! Прежде чем прыгать в самолёт и мчаться сломя голову навстречу своей погибели, должна была всё продумать…
«Я выстою под гнетом, я выдержу вираж… Не дам, чтоб кто-то, где-то вдруг взял на абордаж… Нет, мне нельзя согнуться и голову сложить, а нужно улыбнуться и… жить… и жить… и жить!!!».
– Ты же уверен, что люди, которые стоят за похищением Соколовского, те же самые, что помогли мне сбежать. Давай, докажи, что жизнь друга превыше мести, и я рассекречу их имена.
Дерзко бросила вызов в лицо Архангельскому.
Играет без правил обычно тот, у кого в руках нет козырного туза.
Блефовала, осознавая, что у меня совершенно нечем крыть…