Чтение онлайн

– Извините, за столь ранний звонок. Но у меня к вам дело, которое не требует отлагательства. Я лечащий врач Ангелины Алаевой. Она проходит реабилитацию в нашей клинике. Звоню по её поручению, она очень просит вас навестить её, у неё к вам разговор, который касается Сергея Воробьёва…, – мой крик, не позволяет завершить фразу.

– Не смейте больше меня беспокоить, если не хотите проблем. Если я сообщу Архангельскому о вашем звонке, то вы точно лишитесь своего места и это, в лучшем случае, – яростно сбрасываю звонок и начинаю учащённо дышать.

– Вот сука. Ну какая сука, – срываются ругательства с моих уст. – Нет, она окончательно «слетела с катушек». Никого инстинкта самосохранения не осталось.

– Разговор, касающийся Сергея Воробьёва, – отойдя от гневных размышлений, проговариваю я.– Нет, неважно кого касается разговор, – вступаю в спор сама с собой. – Нельзя вестись на глупые манипуляции этой женщины. Она на всё пойдёт. Да и к тому же какой информацией она может обладать, находясь в психушке, – слегка передёргивая плечами и прикрывая обнажённое тело тонким одеялом, поднимаюсь с кровати.

Внезапно дверь в ванную комнату распахивается и, интенсивно вытирая голову полотенцем, выходит Алексей, который, весело поднимая щёки, делится своими невоплощёнными фантазиями, – милая, жаль, что мне нужно убегать, а то бы…, – речь его замедляется, он косит на меня встревоженный взор и с негодованием прерывая прежнюю речь, спрашивает, – что-то случилось?

– Лёша, а когда назначена дата судебного заседания по делу Сергея? – неосознанно вопрос срывается с моих губ.

Мимика Архангельского незамедлительно меняется на глазах. Холодная непроницаемая маска отражается на его лице, он сурово сводит брови и, сверкая убийственными глазами, цедит сквозь зубы, – Наташа, почему тебя волнует этот вопрос? Мы же договорились, что я организую тебе встречу с Воробьёв, а ты взамен навсегда забудешь о его существование.

– Банальное любопытство, – утаивая истинные мотивы, произношу я.– Интересно сколько лет получит Сергей за убийство Сизого. Не надо не ищи скрытого интереса, в моём наивном вопросе.

– Если узнаю, сообщу. Но специально ничего делать не буду. Я теперь не особо вхож в определённые круги, поэтому обширной информацией не обладаю, – Архангельский торопливо натягивает джинсы и тянется за футболкой.

– Да, конечно, понимаю. А у тебя встреча носит неофициальный характер, думала ты пойдёшь в костюме, – пытаюсь разрядить обстановку и сменить тему разговора.

– Неофициальная, – на ходу отвечает Архангельский и уже в дверях, добавляет, – мой водитель отвезёт тебя домой.

– Нет, – непроизвольно выкрикиваю я, что вызывает неподдельный интерес со стороны Архангела, который возвращается в комнату и окидывая меня подозрительным взглядом, любопытствует, – и позволь узнать, почему ты отказываешься ехать с моим водителем? – У тебя какие-то планы, о которых мне не стоит знать?

– Нет, конечно, – строю недоумевающий вид и смущённо начинаю выдумывать, – хотела съездить в салон свадебных нарядов. – Позвать Настю с собой, а в присутствии твоей охраны, это как-то не очень правильно. Пусть о нашей свадьбе сначала узнают близкие люди, а всех остальных поставим перед фактом. Боюсь спугнуть счастье. Я суеверна.

Снова ловлю на себе влюблённый взгляд Алексея, на губах появляется тонко-ироничная улыбка, он несколько секунд смотрит заворожёнными глазами, а затем подойдя ко мне, прижимается лбом к моему виску и виновато шепчет, – прости за мой подозрительный тон. – Нервы ни к черте. – Без проблем, езжай как тебе удобно. Его мягкие губы касаются моей головы, и я слышу те самые слова, – люблю тебя.

– И я тебя, – признаюсь, когда мужчина закрывает за собой дверь. – Люблю, но не доверяю, – беру телефон и набираю номер такси.

– Здравствуйте, откуда и куда едим, – слышу голос оператора.

– Здравствуйте, – произношу я и диктую адрес своего местонахождения.

– Поняла вас, а теперь скажите адрес пункта назначения и время, когда нужно подать машину.

– Машину на текущее время, а адрес…, – глубоко вздохнув и высоко подняв подбородок, озвучиваю, – психиатрическая больница «Преображение», к сожалению, точного адреса нахождения, не знаю.

– Ничего страшного, место общеизвестное, у нас в программе имеется адрес расположения данного объекта. Транспортное средство уже выехало за вами. Ожидайте. До свидания.

– Ожидаю, – сильно сжав телефон, отвечаю я. – С превеликим «удовольствием» ожидаю встречи, – отключив вызов, злобно проговариваю я слова, которые исходят из глубин самого сердца.

– Твою мать! – восклицает, возмущается и негодует моё сознание. – Почему именно сейчас у Наташи возник вопрос, связанный с этим конченным пид…м. Проклятие, как же всё не вовремя!

Тяжело задышал, с горечью и обречённостью осознавая, что нашему хрупкому миру может прийти конец! И всё по вине этого ублюдка. Надо было нажать на курок и выбыть ему мозги. Только после его смерти мы смогли бы с Наташей нормально жить.

Чёрт! Это невыход. А определённо тупик…Наташа бы меня не простила. Если бы убил эту тварь, то доказал бы ей, что совершенно не изменился.

Спешной походкой спускаюсь с лестницы, застёгивая куртку на ходу, распахиваю входную дверь и на пороге меня ожидает приятный сюрприз. От внезапного появления Тамары Львовны, выкрикиваю, – что за чёрт! Вы же должны ещё находиться в больнице. Сбежали?

Грозно осматривая строптивую старушку, которая совершенно не беспокоится о здоровье. Как можно быть такой беспечной?

– Ну, спасибо, сынок, – пробубнила, женщина и небрежно махнув рукой, вынудила меня отойти в сторону и пропустить сварливую старушку в дом. – Вернулась, называется из больницы, а он меня с чёртом сравнивает. И как это называется? Вот эта встреча.

Дама игриво покачала головой.

– Я значит на всех парах лечу к ним, а они мне и не рады. А я между прочим безумно по вам скучала.

Лукаво кривлю лицо, и снисходительно улыбаясь, возражаю, – Тамара Львовна, не уходите от темы. – Я задал вам, конкретный вопрос. Почему вы сбежали из больницы. Вы должны находиться под присмотром. Взрослая женщина, а ведёте себя хуже ребёнка. Ну что за капризы? Своё здоровье беречь надо.

Женщина с высокомерным видом, расстёгивает пальто и, отбрасывая его на диван, присаживается рядом и громко произносит, – не сбежала, а выписалась. Десять дней провалялась там. Чуть с ума не сошла от безделья. Нет, сынок, уволь. Я лучше дома. Знаешь, как говорят, дома и стены греют.

Дама усмехнулась и закатила глаза.

– Дома даже стены помогают, – тактично поправила она саму себя. – И я совершенно не нуждаюсь ни в какой помощи. У меня всё здесь есть. Тем более я же на необитаемый остров перебралась. Хотя, – она игриво помахала ресницами, – временами меня посещает такая мысль.