Чтение онлайн

— Эффекты от использования?

— Объект сохраняет базовые навыки, интеллект и способность выполнять прямые приказы, но полностью лишен собственных желаний, инициативы и способности к сопротивлению.

— Зачем ты собирался применить его на Екатерине Дмитриевне?

— Временно подчинив объект «Шалава», планировал дать ей команду заняться со мной оральным сексом с целью запечатлеть это на видео для использования записи для шантажа в виде аргумента возможной дискредитации.

Услышав, как именно ее назвали, привычную невозмутимость Екатерина сохранить не смогла, на несколько секунд стала похожа на разъяренную рысь, буквально оскалившись — приподняв верхнюю губу и белые зубы показав.

— Дискредитации перед кем? — уточнил я.

— Перед Акселем Алексеевым, к которому объект неравнодушен и судя по оценке его психоэмоционального профиля подобная запись…

— Что вы планируете делать с Эрикой? — перебила вдруг Григория заметно побледневшая Екатерина, отчего шрам на ее лице выделялся гораздо ярче обычного.

— Маргарита Воропаева по плану должна путем аргументации убедить субъект «Наследница» отдать в мое ведение ответственное управление активами. При отказе субъекта «Наследница» стоит цель превращения ее в послушный объект путем применения специальных средств.

— Каких?

— Планируется использование препаратов «Куратор» и «Табула».

— Принцип действия, эффекты?

— «Куратор» — умный препарат, в котором применены не подавляющие личность наноагенты, являющиеся «тихим советчиком» в подсознании. Они усиливают внушаемость к словам назначенной властелином личности, приглушают критическое мышление в нужных областях и мягко подталкивают к «правильным» решениям, при этом объект уверен в действиях по своей собственной воле. При отсутствии видимого успеха согласовано применение препарата «Табула», временно стирающего кратковременную память и переписывающую долгосрочную.

— У тебя с собой эти препараты?

— Данные препараты являются средствами четвертой категории, к выносу за пределы закрытых лабораторий запрещены.

— Как вы планировали доставить Эрику в лабораторию?

— Под предлогом планового медосмотра, необходимого в связи с неординарностью обстоятельств перерождения.

— Акс, время, — отвлек меня от расспросов Анри.

— Раздевайся, — освобождая Григория, скомандовал я ему.

Раздевался ставший послушным консультант совершенно не обращая внимания, что у него рука сломана — даже не морщился. Действительно объект, подчиняющий препарат сильно по мозгам дает, напрочь выключая волю. Так, а если проверить?

— Похрюкай, — попросил я Григория и тот послушно хрюкнул три раза.

— Ты дурак? — спросила меня Екатерина.

— Я проверил гипотезу.

— Какую?

— Если бы он снимал компрометирующее видео, он бы наверняка дал тебе команду быть естественной и тоже издавать самые разные звуки. Я просто проверил реальность подобного уровня подчинения.

Было видно, что задумалась — мгновением позже даже плечами передернула, представив перспективу. Забрав одежду консультанта — благо, у нас почти одинаковый размер, я отправился в спальную комнату переодеваться, оставив Екатерину и Анри продолжать допрос Григория, сидящего на стуле теперь в одном нижнем белье и носках.

В комнате меня уже ждали — здесь давно было готово оборудование и напечатана лицевая маска — которую мне нужно было только надеть, хотя процесс небыстрый вместе с подгонкой. Бартез оставался вниманием в мониторах слежения, а Сатрап помогал преображению — и минут через десять, закончив двумя каплями препарата для изменения цвета глаз, я появился в гостиной с лицом Григория и в его одежде. Увидев меня, Екатерина заметно вздрогнула — маскировка удалась на славу.

— Скажи что-нибудь, — попросила она.

— Что-нибудь, — своим голосом произнес я. Взгляд Екатерины прояснился, наваждение развеялось.

— С голосом надо что-то делать, — произнесла она привычно холодно.

— Конечно, — кивнул я, пшикнув в рот специальный препарат. — Так нормально? — мгновенно севшим голосом сипло прохрипел я.

— Так нормально, — согласилась Екатерина, пока я похлопывал по карманам пиджака консультанта. Помимо документов и носового платка нашлась еще плоская фляжка с коньяком, к которой я приложился.

— Для запаха, — прокомментировал я взгляд Екатерины. — С этим что? — спросил я, показывая на Григория. Консультант уже сидел безвольно, склонив голову и глядя в одну точку, по подбородку стекала ниточка слюны.

— Время действия препарата от десяти до тридцати минут, после глубокий обморок. Ты ж ему весь инъектор закатал, он быстро вырубился.

— Что узнали?

— Сейчас сюда подъедут Маргарита и Элеонора. От глобалов у них полный карт-бланш на действия.

— Кто инициировал медикаментозное вмешательство в сознание Эрики?

— Сообщить отказался, — пожала плечами Екатерина.

— Ментальный блок стоял, его после вопроса выключило, — пояснил Анри.

— Ну то есть не я виноват, закатавший полный шприц?

— Вопрос определений, — пожал плечами наш штатный психолог. Мог бы сказать, что не я, но похоже уже опасается Екатерину, заметно посверкивающую глазами.

— Это обратимо? — еще раз показал я на пускающего слюну Григория.

— Думаю как повезет. Если сознание крепкое, может и придет в себя.

— Хорошо. Упаковывайте пока, — просипел я и двинулся на выход.

Волга у дома оказалась не репликой, а самой настоящей старой техникой — машине лет семьдесят, наверное. Восстановленная в оригинале — никаких помощников водителя, голая механика. Хорошо, что я учился ездить на грузовике с ручной коробкой передач, так что проблем не возникло — включил заднюю передачу и с подвыванием коробки передач развернулся, подав машину к дому задом.

Екатерина оставалась у себя дома. По измененной легенде после препарата ей спать предстоит, быстрый отъезд наверняка вызовет подозрения, так что будет ждать моего возвращения. Она пока заняла место в гостиной за столом, я же вынес упакованного — руки, ноги, кляп, Григория и погрузил в багажник. Вот ему точно нельзя в доме оставаться, лишнее это. Дополнительно Анри по моей команде вколол ему дозу снотворного, чтобы в багажнике не очнулся.

— Он не испортится? — только и спросил участливо наш психолог, воткнув иглу в консультанта.

— Если он очнется и начнет суету в багажнике наводить, тогда испорчусь я, — захлопнув крышку, я вернулся за руль. Машина старая, хлопать приходится с силой — двери не с первого раза закрывать получалось, так что жахал я уже от души.

Сел за руль, но на улицу выкатиться не успел — неподалеку появилось три машины, заставив напрячься. Они остановились на дороге рядом с домом, захлопали двери — команда Григория, внешне одинаковые бойцы в классических костюмах. К крыльцу они не пошли, открывая двери Маргарите и Элеоноре — дамы уверенно направились в дом.