Чтение онлайн

Певцов. Наоборот! Почувствовал облегчение! Все забыто! Когда это было? Я уже месяц, как вернулся.

Сухарев. Нельзя забыть то, что хорошо помнишь!

Певцов. Послушай, ты, доморощенный философ!.. Хватит Бима и Бома!

Отворяется входная дверь. Марина, как обычно, пришла не одна.

Марина (кому-то невидимому). Чего ты таишься? Выпрямись! Иди открыто!.. Что значит «привычка»? Ты теперь вечно будешь красться ко мне, как вор?.. Бред какой-то!

Сухарев (Певцову). Посочувствуй, приятель. У нас отбирают директора куда-то наверх. В кои веки назначили стоящего директора. Но мы будем за него бороться!

Марина буквально врывается в кабинет.

Марина. Я навещала маму, знакомила ее, в общем, не важно с кем… И там увиделась с Валей. Валя красочно рассказала, как ты, папочка, раздевался, оголялся и отказался подписать!

Певцов (поглядел на Сухарева, явно взывая о помощи). Видишь ли, Павел, дети составили за меня завещание, чтоб ничего не досталось совсем посторонней тете! Обрати внимание, как взбудоражена младшая дочь!

Марина. Да, я возмущена до предела!

Сухарев (растерялся). Написали завещание?

Певцов (роется в письменном столе). Где же оно? (Нашел.) Вот! (Передает Сухареву.)

Марина. Я не могу в это поверить!

Сухарев. Я тоже! (Пытается выиграть время.) Мой директор напоследок послал в заграничную командировку талантливого, но совершенно отпетого сотрудника. Он не ведет общественной работы и был женат шесть раз. И директор написал в характеристике: «Морально устойчив, запятая, разведен».

Марина. При чем тут эта чушь?

Певцов (К Сухареву). Может, подписать: чтоб потомки оставили меня в покое? И заявить нотариусу, что я подписываю в здравом уме, твердой памяти и добровольно?

Сухарев. Марина, лучше уйди, я уже теряю самоконтроль!

Марина. Я тоже! (Вырывает у Сухарева завещание и рвет на клочки.)

Никто не заметил, как появилась Валя.

Валя. Марина, не сори у отца в кабинете!

Марина. Как ты посмела это сочинить, да еще от общего имени?

Сухарев (наконец-то перевел дыхание). Когда между детьми конфликт, для отца еще не все потеряно!

Валя (Марине, ядовито). Что тебя больше коробит и распаляет – то, что я это написала, или то, что от общего имени?

Марина. Ты – оторва!

Мужской голос (издалека). Марина, куда ты пропала, я есть хочу!

Певцов (оглядывается по сторонам). Что бы сейчас ему кинуть?

Марина исчезает.

Валя (отцу). Да, чуть не забыла – мама просила тридцать пять рублей.

Певцов (роется в кармане). Почему постоянно такая странная цифра? (Отдает деньги.)

Валя. Расходы по борьбе за бывшую молодость – массаж плюс тренер.

Сухарев (изумился). Она завела тренера?

Валя. По гимнастике – для приведения фигуры в божеский вид. Папа, ключи от дачи!

Певцов. Махоньков внизу?

Валя. Еду одна, собраться с некоторыми мыслями…

Сухарев. На твоем месте, Олег, я бы не давал ей ключи.

Певцов (К Сухареву). Но я же сам вырастил эту оторву!

Звонок в дверь.

Валя. Зря вы меня так. Просто я откровенная. (Продолжает вполголоса.) Но как вы мне все надоели – моралисты и проповедники! С вашими красивыми потертыми словами! Кричите про высокие материи, а сами-то думаете про личные блага и привилегии! (Поглядела отцу в глаза.) Ну и, конечно, про баб! Идите вы все к черту!

Снова звонок.

Певцов. Открой и заодно исчезни!

Валя идет, отпирает дверь. Это пришел Махоньков.

Валя (удивилась). Ты зачем явился, отпетый?

Махоньков. Извини, я не к тебе.

Валя ушла, Махоньков проследовал в кабинет.

Прошу прощения!

Сухарев. Пожалуй, я наконец, пойду?

Певцов. Ну, что ты все время пытаешься бросить меня одного?

Сухарев. По-моему, вас остается двое?

Певцов. Не убежден.

Сухарев садится в кресло.

Махоньков. Олег Никитич, сам не могу в это поверить. (Неожиданно смеется). Я – такой цельный, такой литой, такой правильный…

Певцов. Молодой человек, высказывайтесь внятно!

Махоньков (по-прежнему со смехом). Я оказался несостоятельным, тлетворное влияние Запада, оно сильное, я за один день влюбился в иностранку, в гречанку, капиталистку, у ее отца под Афинами какая-то маслобойня, и я на ней женюсь!

Сухарев. На маслобойне?

Махоньков. Да, я не выдержал экзамена на политическую зрелость!

Певцов (сообразил). Вы пришли за чернильницей? В Европе старина в цене.

Махоньков. В ответ я возвращаю вам белую руку дочери.

Певцов (отдает сувенир). Чернильницу вручите ее отцу, прямо на маслобойне!

Сухарев. Только не испачкайте в масле!