Баба Яга и апокалипсис
Шрифт:
Бабка вздохнула, скинула пестерь, погрозила коту – стереги, мол, и, расталкивая мелкую лесную нечисть, направилась к двери. Дверь в бункер была железная, бронированная. Яга постучала в неё сухим кулаком. Все вновь притихли. Ответа не было. Постучала ещё раз. И ещё. И тяжёлая, кованая дверь вдруг со скрипом начала отворяться.
Приумолкшая толпа отшатнулась. На пороге показалась странная фигура. Пожалуй, только Баба Яга узнала бы в ней Кощея – потому что никто другой Кощея и не видывал. Слишком редко бессмертный правитель тёмного царства выходил на поверхность.
Кощей некоторое время щурился, привыкая к свету и, наконец, рассмотрел, кто его побеспокоил.
– А, ты, Яга? Ну, здорово, клюшка, – без всякого пиетета поздоровался он с ведьмой. – А что, все собрались уже?
– Дак, как-никак, полдень ужо, – сухо ответила бабка, указав костлявым пальцем на солнце, стоящее в зените. Кощей неопределённо хмыкнул.
– Давай, рассказывай, что тебе известно, и что делать будем, – потребовала Яга.
Кощей замялся.
– Ну, чо известно… Я в инете прочитал, что нам всем кирдык. А что делать? Ну, может, в натуре, под землёй отсидимся. – Кощей как-то раз отсидел триста лет на цепи в замке Марьи Моревны, и поэтому считал себя вправе использовать в речи блатные словечки.
Конец ознакомительного фрагмента.