Багровая судьба
Шрифт:
Когда мы движемся по причалу к лодке, я замечаю Энтони в тот самый момент, когда он замечает нас.
— Ты, блядь, шутишь? — ревет он, сопровождая слова зловещим смехом.
— Извините, сэр, мы нашли этих троих, крадущихся там, у воды, и все они были довольно неплохо вооружены, — объясняет незнакомый мужчина.
— Уверен, что так и было, — самодовольно замечает Энтони.
Моя челюсть сжимается, когда я встречаюсь взглядом с Энтони, ненависть между нами искрит.
— Ты совершаешь большую ошибку, Энтони, — рычу я, и в моем голосе сквозит презрение.
Энтони делает медленный шаг вперед, направляя на меня свои холодные мертвые глаза.
— О, разве? — с усмешкой говорит он, — просто с того места, где я стою, похоже, что именно ты облажался.
Он прав. Я не уверен, как мы выберемся из этой ситуации, и как спасем Еву, но в любом случае я это сделаю. Я должен.
— Что ты хочешь, чтобы мы с ними сделали? — спрашивает Мэтью.
— Тебе не обязательно их слушать, Мэтью, — говорит Марко, — ты понимаешь, что мы найдем выход из этой ситуации, и когда мы это сделаем, любой, кто помогал Энтони, будет мертв.
Незнакомый мужчина бьет Марко пистолетом, напоминая ему, что он уже однажды велел ему заткнуться.
— Это действительно меняет дело, — хвастается Энтони.
— Что ты имеешь в виду? — спрашивает человек, который ударил Марко.
— Это означает, что вместо того, чтобы сбегать, похоже, наступила моя очередь надеть корону, — объявляет Энтони.
— Мне понравится убивать тебя, — предупреждаю я, не сводя глаз с Энтони.
Тон Энтони мрачный и зловещий, а взгляд не отрывается от моего лица.
— Ты всегда был немного наивным. Когда твой отец умер, ты действительно верил, что сможешь управлять этой семьей. Я понимаю, почему он в тебе сомневался.
Из меня вырывается горький смешок, а в глазах сверкает ярость.
— По крайней мере, я не боялся потерять свою власть так сильно, чтобы мне пришлось предать собственную семью. Ты просто хренов трус, и это ты заблуждается, если думаешь, что кто-то из других капо когда-нибудь преклонит перед тобой колени.
Энтони фыркает.
— О, я тебя умоляю. Ты даже близко не представляешь, на что я способен. Тебе следует сосредоточиться на собственном выживании, Винсент, и меньше беспокоиться о моем будущем.
Я усмехаюсь в ответ, но слова — это не то, что мне сейчас нужно. Мне нужно выждать удобный момент.
Глава 31
Доски скрипят под моими ногами, а соленый воздух обволакивает легкие, когда люди Энтони загоняют нас в лодку, как скот, идущий на убой. Рядом со мной, в напряжении стиснувший челюсти Нико, а глаза Марко мечутся по сторонам в поисках спасения или преимущества в этом замкнутом пространстве, в которое мы ступаем.
— Держите себя в руках, — шепчу я им, надеясь, что мой голос не выдаст ледяной страх, свернувшийся в моем нутре, — нам необходимо найти Еву.
— Винсент, — я поворачиваюсь и вижу Джию, выглядывающую из-за спины отца, — ты обещал, что не придешь сюда.
Энтони усмехается, качая головой.
— Я должен был догадаться, что ты не сможешь удержаться и расскажешь ему, где мы находимся.
Я тяжело сглатываю.
— Джиа, ты должна понять, что у меня не было выбора. Я не мог допустить, что бы Ева пострадала из-за ее связи со мной.
— Я предупреждала тебя. Я сказала, что если ты придешь сюда, я не смогу защитить ее, — отвечает Джиа, подходя ближе, и я вижу боль, запечатленную на ее лице, — чтобы с ней ни случилось, с этого момента ответственность за это лежит на тебе.
— Может быть, в следующий раз ты послушаешь своего отца, — насмехается Энтони над Джией, прежде чем повернуться к мужчинам-солдатам.
Джиа бормочет в сторону отца себе под нос что-то, что я не могу разобрать.
— Изменение планов! — восклицает он, и все головы поворачиваются к нему. — Все возвращаются в грузовики. Благодаря высокомерию молодого Винсента появилась новая возможность.
— О чем бы ты ни думал, это не сработает, — огрызаюсь я.
Леденящий душу страх оседает в моем животе, такой, который приковывает тебя к месту, даже когда твой разум кричит, что пора бежать.
— Посмотрим. Вы трое, держите руки вверх и направляйтесь туда, — инструктирует нас Энтони, указывая на раздвижную дверь на палубе яхты. — Джиа, почему бы тебе не быть полезной и не проводить их.
Марко, Нико и я проходим мимо Энтони и следуем за Джией. Мэтью и человек, которого я не узнал, но слышал, как Энтони называл его Джеки, следуют за нами сзади, направляя нам в спины пистолеты. Я слышу, как Энтони передает дополнительные инструкции оставшейся команде.
— Правильно, я хочу, чтобы всё до последнего было погружено обратно в грузовик и доставлено обратно на склад.
Очевидно, мы изменили его планы, и, судя по самодовольной ухмылке на его лице, он чувствует, что это было только к лучшему.
Мы входим внутрь, и я вижу ее — Еву, развалившуюся в кресле в неестественной позе. Ее запястья и лодыжки связаны веревками, а голова наклонена набок.
— Ева! — мой голос становится хриплым, когда я спотыкаюсь, увидев в каком она состоянии. Каждый инстинкт восстает против этого зрелища. Я падаю рядом с ней на колени, проверяя ее с головы до ног. — Что ты с ней сделал?
— Расслабься, Винсент, — Джиа кладет руку мне на плечо, удерживая на месте, а ее голос звучит до ужаса спокойно, — ей вкололи транквилизатор. Это ради ее собственной безопасности, чтобы она не навредила сама себе.
— Вы двое, сядьте там, — командуют люди Энтони, подталкивая Марко и Нико на диван.
Они делают то, что им говорят.
— Ее безопасности? — спрашиваю я, глядя на Джию, — я чертовски ошибался на твой счет, — я буквально выплевываю эти слова, каждое из которых наполнено отвращением и неверием.
— Очевидно, мы оба ошибались на счет друг друга, — огрызается она.
Взгляд Джии снова возвращается к Еве, и я вижу, как в ее глазах бушуют противоречия.
Энтони заходит внутрь и приказывает Мэтью и Джеки помочь остальным.
— Вы уверены, что вам не потребуется моя помощь, босс? — спрашивает Джеки, явно сомневаясь по поводу беспрекословного исполнения приказа своего босса.
— Вы забрали у них оружие? — спрашивает Энтони уничижительным тоном.
Джеки и Мэтью утвердительно кивают.