Чтение онлайн

После допроса обслуги прошел разговор с Гарсиа и их друзьями – сеньором Рафаэлем и сеньоритой Адель. Сеньор Рафаэль все время твердил, что во всем виноват Йон, потому что вчера он спокойно разгуливал по берегу с пистолетом в руке. На вопрос, откуда у Йона взялся пистолет, ответила донья Канделария:

– Я сама дала этот пистолет сеньору Гарсиа.

Детектив, конечно, уже слышал от обслуги, что Йон теперь принадлежит к этой семье и все дивился:

Надо же, один день не появлялись в отеле, а тут уже официант стал сеньором Гарсиа.

Но у сеньора Гарсиа было алиби – сеньорита Адель, донья Канделария и несколько официантов подтвердили, что во время того, как раздался звук выстрела, он был в отеле.

Сеньор Гарсиа прочел детективу целую речь по поводу того, что Иван никак не может быть убийцей, и Монтойя с ним согласился. На самом деле, он и сам уже не был уверен, что этот юноша может быть как-то связан со всеми этими страшными преступлениями.

Допрос семьи Гарсиа прошел быстро, потому что те сегодня шли на похороны дона Хавьера, и детектив решил не загружать их вопросами. К тому же они сами охотно рассказали все, что видели и что знали. Когда допрос был закончен, детектив и агенты отправились осматривать окрестности. На скалистом берегу был такой сильный ветер, что капли воды с моря пролетали несколько метров и орошали побережье. Но смыть кровавые следы они не смогли – некоторые камни были помечены красными пятнами, как будто их заклеймили, и благодаря им можно было обнаружить то место, где было совершено нападение. Полиция долго ходила меж острых камней, пытаясь отыскать что-то, что помогло бы в расследовании. Этот убийца очень хорошо заметал свои следы, и никто ничего подозрительного обнаружить так и не смог.

Хотя эти безалаберные агенты вряд ли бы увидели что-то странное, даже если бы оно лежало прямо у них под носом, – недовольно думал Монтойя, смотря на своих подопечных с нескрываемым презрением. Некоторые из них даже не могли стоять твердо на ногах – все время поскальзывались на камнях и падали, и детектив сделал вывод, что они провели вчерашний вечер в таверне с несколькими стаканами рома. Монтойя не мог понять, как таких людей вообще могли взять работать в полицию, и мысленно их всячески проклинал.

И вот тогда, когда он уже отчаялся что-то найти, кто-то прокричал на весь берег:

– Детектив!

Это был агент Сиприано, который старательно пытался что-то вытащить из-под камней.

Монтойя за несколько секунд добежал до него и склонился над огромным ящиком с надписью «Edison Electric Light». Значит, не все агенты тут безалаберные. Нашелся один, который выполнял свою работу добросовестно. Жаль, что только один…

– Смотрите, там какие-то вещи. – Сиприано потянул за тряпку, которая лежала сверху. То, что оказалось под ней, привело детектива в настоящий шок.

Нож, пустой шприц, маленькая стеклянная баночка и утюг.

– Утюг! – радостно воскликнул Монтойя. – Я же говорил! Это орудия убийства!

Он не верил такому везенью. Все орудия убийства, собранные вместе и запрятанные в ящик, словно новогодние подарки под елкой. Только эти подарки были под камнем, но радости они принесли ничуть не меньше.

– Не трогайте их, Сиприано! – детектив ударил агента по руке, которая уже потянулась к предметам, чтобы к ним прикоснуться.

– Но почему? – искренне не понял мужчина.

– Вы слышали об отпечатках пальцев?

– Нет, – покачал головой агент.

– Каждый человек оставляет отпечатки пальцев на предметах, к которым прикасается, – начал рассказывать Монтойя, радуясь возможности блеснуть своими знаниями. – У всех эти отпечатки разные. Если мы снимем отпечатки с этих предметов, то найдем убийцу. В больших городах давно пользуются этим методом, и благодаря ему удалось раскрыть несколько преступлений. Пошлите, Сиприано, в наш кабинет, я научу вас снимать отпечатки пальцев!

***

Ближе к вечеру Иван решил навестить Йона. Весь день он думал о том, что говорила Викки, и понял, что девушка была права. Нужно было поговорить с ним без посторонних, но вот как начать такой непростой разговор, Иван не знал. Однако надеялся, что когда он встретит друга, то слова найдутся сами собой.

Иван постучал в дверь новой комнаты Йона, но оттуда раздался совсем не воодушевляющий ответ:

– Убирайтесь к черту!

Однако ответ этот не стал помехой для Ивана. Он вошел в комнату без разрешения и закрыл за собой дверь, и на этот раз плотно, чтобы никто из коридора не мог услышать их разговор.

– Я же сказал… – раздраженно начал говорить Йон, но умолк на полуслове, когда увидел Ивана.

– Я просто хотел спросить, как ты.

– Извини, я думал, что это кто-то из обслуги.

– Ну так и есть.

Йон опустил голову, поняв, как прозвучали его слова. Но Иван не оскорбился и прошел в комнату к столику, где сидел друг.

– Ты что, пьешь? – спросил он, указав на начатую бутылку коньяка.

– Если хочешь, можешь выпить со мной. Садись. – Йон указал на креслице, и Иван без лишних слов сел напротив друга.

– Ты сегодня был на похоронах?

– Давай не будем об этом.

Йон достал с серебряного подноса второй стакан и налил другу золотистую жидкость, которая имела такое чудесное исцеляющее свойство, что за несколько глотков смогла притупить бушующее внутри неприятное чувство отчаяния.

– Я все думал о произошедшем, – неуверенно начал Иван, но дальше подобрать слова не смог. Он решил осушить стакан, чтобы набраться смелости, но пока пил, Йон уже стал говорить сам.

– Я тоже думал. И знаешь, мне не кажется, что это большая проблема. В смысле, не проблема, что мы теперь в разных кругах. Да какая к черту разница! Я наследник отеля и имею право дружить с тем, с кем хочу. Мы с тобой вместе выросли, ты мой брат, и ничто этого не сможет изменить. А насчет Марги… Я просто был на нее зол. А когда я зол, могу совершить и не такое. Ну, ты видел тогда, в таверне. Когда я стану владельцем отеля, все изменится. Я много что хочу поменять. Сравнивая эту комнату и комнату внизу, я теперь понимаю, что обслуга живет в каких-то нечеловеческих условиях. Жесткие кровати, старое постельное белье, которое все в дырах и пятнах, грязные полотенца, а еда… Да не еда это вовсе. Мы же доедали то, что не было съедено клиентами! Как свиньи, черт возьми. Но вскоре все будет по-другому. Я этого добьюсь.

– Мне очень отрадно это слышать.

– Надеюсь, ты на меня не сердишься за вчерашнее. Паршиво мы с тобой поговорили.

– Уже не сержусь, – улыбнулся Иван. – Кстати, насчет вещей мамы. Их не выбросили. Они стояли в кладовой. Я унес их к себе в комнату, и если ты хочешь, то можешь их забрать.

– Ну хоть одна хорошая новость за этот чертов день! Конечно, хочу, пошли!

Йон и Иван отправились к комнатам обслуги, обсуждая что-то свое и совсем не стесняясь косых взглядов сеньоров, которые прогуливались по коридорам. Йон понял, что принадлежность к разным мирам вовсе не была помехой для их дружбы. Помехой стал он сам, когда начал обращаться с Иваном, как с прислугой. Никакое общество не сможет нам диктовать, как обращаться с человеком – как с другом или как с чужаком. Это решаем только мы сами.

***

После того как Иван поговорил с Йоном, на душе стало намного легче. Он бы еще посидел с ним в его комнате и попил коньяка, но как бы Йон к нему ни относился, Иван все еще был официантом, которому нужно было работать.

На кухне дон Мигель активно командовал, и когда Иван услышал «Мартин, ужин в двести пятую», то поспешил взять этот заказ на себя, перехватив Мартина в коридоре.

– С чего это вдруг ты хочешь взять на себя мою работу? – с подозрением спросил Мартин, но все-таки передал поднос с ужином Ивану и скрылся в ресторане.