Чтение онлайн

– - Невелика угроза, -- фыркнул Магнан, -- у нас, как известно, хвостов все равно нет.

– - У меня такое ощущение, что они найдут, что отрезать, -- резко парировал Оскар.

– - Должен ли я так понимать вас, Магнан, что вы добровольно вызываетесь доставить мое приглашение?
– - ласково осведомился Гвоздуодер.

– - Я, сэр?
– - Магнан заметно побледнел.
– - Господи, я бы с наслаждением... но я именно сейчас прохожу медицинское обследование, сэр, в связи с подозрением на шоколадные ожоги четвертой степени.

– - Ожоги четвертой степени?
– - громко удивился полковник Седел-Мозол.
– - Интересно было бы взглянуть. Мне приходилось слышать о первой, второй и третьей степенях, но...

– - Для непрофессионального глаза симптомы неразличимы, -оборвал его Магнан.
– - И к тому же, на большой высоте у меня обостряется астма.

– - Вот как Бог свят, -- прошептал, обращаясь к соседу, полковник Седел-Мозол, -- я бы с радостью ухватился за возможность потолковать с этими парнями...

– - Тогда вам лучше надеть доспехи, -- ответил его конфидант.
– - Все сообщения сходятся в том, что они весят под три сотни фунтов и не расстаются с шестифутовыми абордажными саблями, причем стоит им слегка возбудиться, как они тут же начинают ими махать. А сильнее всего они, как говорят, возбуждаются, завидев землянина.

– - ...но долг требует, -- я как раз собирался сказать вам об этом, -- чтобы в обозримом будущем я не вылезал из своего кабинета, -- закончил полковник.

– - Вы сказали "абордажные сабли"?
– - навострил уши представитель Экономического отдела.
– - Хмм. А здесь может образоваться неплохой рынок для сбыта нескольких зиллионов единиц ручного оружия, -- разумеется, исключительно для использования полицией.

– - Весьма резонное, Депью, -- с одобрением кивнул представитель Политотдела.
– - Ничто так не выявляет врожденного миролюбия населения, как небольшая стрельба.

– - Прошу вас, джентльмены, давайте не будем провозглашать каких-либо антилиберальных доктрин, -- сурово произнес Гвоздуодер.
– - Давайте все-таки помнить: единственное наше намерение состоит в том, чтобы дать освобожденному населению возможность свыкнуться с политической реальностью, в данном случае, с очевидной необходимостью человека с ружьем, -- или мне следовало бы сказать "громиля с дубьем"?
– - и посланник Земли улыбнулся, утешенный причудливым каламбуром.

– - У меня вопрос, господин Посол, -- сказал Ретиф.
– - Раз уж мы находимся здесь для того, чтобы руководить свободными выборами, то почему бы не предоставить оберонцам возможность создать собственную политическую реальность?

На лице Гвоздуодера появилось озадаченное выражение.

– - Как, интересно, вы это себе представляете?
– - поспешил на помощь Послу встревоженный представитель Политотдела.

– - Почему бы нам не позволить им выдвинуть, кого они сами хотят, и голосовать за того, кто им нравится?
– - пояснил Ретиф.

– - Советую вам, молодой человек, избавиться от радикальных воззрений подобного рода, -- твердо сказал Гвоздуодер.
– - Свободные выборы на этой планете будут проведены так, как всегда проводятся свободные выборы. И далее, после всестороннего рассмотрения нашей проблемы я пришел к заключению, что предполагаемый визит к Его Неистовству может обогатить вас ценным опытом. Такой визит, надо полагать, позволит вам лучше освоиться с тонкостями дипломатического протокола.

– - Но сэр, -- сказал Магнан.
– - Господин Ретиф необходим мне для составления Сводного донесения по сводкам о донесениях касательно подростковой преступности и...

– - Боюсь, Магнан, вам придется управляться с ним в одиночку. А теперь, джентльмены, назад, к разгулу демократии! Что касается вас, Ретиф...
– - и Посол пронзил последнего кинжальным взором, -- советую вам вести себя среди громилей сколь возможно скромнее. Мне не хотелось бы получить донесение о каком-либо прискорбном инциденте.

– - Приму все возможные меры, сэр, чтобы подобное донесение до вас не дошло, -- весело ответил Ретиф.

3

Зеленое утреннее солнце Оберона изливало теплый свет, когда Ретиф, оседлав выносливого битня -- несколько менее крупного и более смирного сородича свирепых топтунов, приручаемых громилями, выехал из городских ворот. На вершинах дерев заливались веселыми трелями желтые и синие смеюки, осторожные струйники шебуршились в траве. Мерное посвистывание безрогих жуков, сзывающих свой молодняк, придавало всей этой идиллии нечто убаюкивающее.

Ретиф миновал район опрятных маленьких ферм, где коренастые пейзане-дубусы, завидев его, разевали рты и застывали на пашне. Дорога, виясь, стала забираться в холмы, лес обступил ее. После полудня Ретиф спешился, стреножил битня, присел вблизи водопада, и основательно перекусил бутербродами с паштетом, запивая их "Черным Бахусом" из фляжки. Он как раз доканчивал эклер со взбитыми сливками, когда над ухом его просвистела и на шесть дюймов вонзилась в плотный синий ствол дерева нюню, стоявшего прямо за ним, двухфутовая стрела.

Ретиф неторопливо поднялся, зевнул, потянулся, извлек из кармана наркотическую ванильную палочку и подпалил ее, не переставая все это время обшаривать глазами подлесок. Что-то мелькнуло в кустах шутихи, вторая стрела пронеслась мимо, едва не зацепив его за плечо, и с шелестом исчезла в подлеске. Ретиф, притворясь, будто он ничего этого не заметил, лениво шагнул в сторону дерева нюню и тут же скользнул за него. Здесь он быстро согнул гибкую ветку, выросшую из двухфутового пня и достававшую Ретифу до поясницы, и воткнул конец ее в мохнатую пористую кору, использовав в качестве клина тлеющую палочку, величиной не превосходившую спички. Затем он поспешно ретировался, стараясь, чтобы дерево оставалось между ним и невидимым лучником, и укрылся в густом кустарнике.

Прошла минута; треснул сучок. Неподалеку от дерева возник здоровенный татуированный громиль, -- крупное, кряжистое тело его обтягивали грязные шелка, кулак величиной с хороший валун сжимал короткий, толстый, изогнутый самострел с оттянутй тетивой и стрелой, держащейся на зарубке. Охотник за черепами на цыпочках подобрался поближе к дереву, затем прыжком обогнул его и, обнаружив, что добыча упорхнула, повернулся, вглядываясь в подлесок.

В этот миг согнутая ветка, освобожденная сгоревшей наркотической палочкой, стремительно распрямилась и долбанула изумленного лучника по отвислому заду, обтянутому зеленым вельветом. Лучник подскочил (стрела, смачно чавкнув, вонзилась в сырую землю у его ног) и замер.

– - Не бейте меня больше, господин!
– - печальным тенором взмолился он.
– - Это меня большие мальчишки подучили...

Ретиф неторопливо вышел из укрытия, кивком поприветствовал громиля и вытянул самострел из его ослабелой руки.

– - Неплохая работа, -- сказал он, разглядывая оружие.
– Это гроачи тут торговали такими?

– - Торговали?
– - с оттенком гневной обиды сказал громиль.
– - Думаешь, раз твой напарник уткнул мне в спину кинжал, так ты можешь надо мной издеваться? Я отнял его у пятиглазых в открытом и честном бою, хочешь верь, хочешь нет.