Чтение онлайн

Радимир повернулся ко мне и некоторое время задумчиво разглядывал, как будто пытаясь понять, что у меня на душе. А я же, не выдержав его взгляда, опустила голову, и предательские слёзы всё-таки покатились по щекам.

Молодой человек встрепенулся и порывисто обнял меня, прижав лицом к своей широкой груди. В тот же миг воздух заискрил между нами, но, взволнованные, мы не обращали на это внимания.

– Нет, ты не думай, Искра, я больше не влюблён в неё! Предательство выжгло все чувства. Все, кроме отвращения и ненависти, – воскликнул он. – Это было после того злополучного нападения. Я лежал в военном госпитале, полностью обессиленный и лишённый магии. Никто не мог дать гарантий, что я выживу. Весть об этом моментально разлеталась по княжеству, да и немудрено…

Радимир на время замолчал, как будто обдумывая, что сказать дальше, но вскоре продолжил свой рассказ:

– Моя невеста… Точнее, та девушка, что я считал своею невестой… Она приняла предложение от другого, даже не сообщив мне об этом решении. Я узнал позже, уже после официального объявления их помолвки. Причём от посторонних людей. Ни письма, ни записки, или каких-либо объяснений я не получил. А ведь он, Богдан Ивинский, был моим другом.

Я притихла в объятиях молодого человека, лишь иногда тихонько всхлипывая. После всего услышанного я возненавидела эту мерзавку Милану ещё сильнее. А ведь такие высокопарные фразы писала в своём послании! Восторгалась Радимиром, можно было подумать, что она испытывала к нему искренние чувства.

– То предательство я с трудом смог перенести. Да, да, так и есть! Боль от ран на поле сражения не идёт ни в какое сравнение с болезнью разбитого сердца.

Я подняла глаза и с сочувствием посмотрела в лицо молодому человеку. До недавнего времени мне не доводилось познать безответной любви. Но сейчас, отведав горечь ревности, отравляющей душу, я отлично понимала, что чувствовал тогда Ярогорский. Если мне больно лишь от нескольких строк, написанных в старом письме, то какова же должна быть глубина страданий молодого офицера, преданного любимой и другом!

– Я… Я не знаю, что сказать… Это они встретились нам в парке, верно? – мне трудно было подобрать слова утешения, совершенно ничего не шло на ум.

Радимир кивнул и продолжил:

– Понятно, что у Миланы дар, ей нужен настоящий чародей княжеской армии. А я? Что я мог ей дать? Разве что обеспеченную жизнь с любящим её человеком. Но женщинам этого мало! Княжеский бал, положение в обществе! Всё это важнее. Вы ведь тоже попрекали меня этим балом, не так ли?

Я смутилась, но только на одно мгновение. Вывернувшись из тёплых мужских объятий, я отодвинулась на скамейке и воскликнула:

– Зачем вы сравниваете меня с ней? Здесь не одно и то же! Я готова выйти замуж за учителя или лавочника и стать ему верной и любящей женой. Но содержанкой быть не желаю, даже у князя! Как вы это не возьмёте в толк!

– Ну, будет, – успокаивающе произнёс он и, протянув руку, коснулся моего плеча. – Опять ты выкаешь и держишь дистанцию. Прими меня, Искра, я не прошу, я униженно умоляю. Ведь другого выхода нет. Я не отпущу, никогда не отпущу тебя.

Принять своё положение мне всё равно было безумно трудно. Мало того что оно и так угнетало, так судьба подбросила мне новые переживания. Ведь теперь всякий раз, находясь рядом с ним, я буду сравнивать себя с черноволосой Миланой, и сравнение будет явно не в мою пользу.

А Радимир между тем, продолжил объяснять мне свою позицию:

– Потому я решил никогда не искать отношений. Точнее, не так. Мне нужны такие отношения с женщиной, в которых она будет принадлежать мне целиком и полностью. Будет только моя, только моя, понимаешь? Не избалованная дочка любящих родителей, которые бросятся вызволять из лап отставного офицера своё чадо, коль я ей надоем.

– Жена в любом случае не сможет так легко избавиться от мужа, – бросила в ответ я. – Вы прекрасно знаете, что сменить одного поклонника на другого, совсем не одно и то же, что развод. На него нужны очень веские обстоятельства. Да и кто захочет позорить своё имя таким образом?

Радимир ухмыльнулся.

– А кто говорит о разводе? Большинство девушек вполне смогут сбежать от меня к родителям, и те примут их с распростёртыми объятиями. Я не смогу силой удерживать такую, как Милана.

Я вскинула глаза на своего собеседника. Тот сидел в напряжённой позе, глядя прямо перед собой. Его рот был сжат в тонкую нитку, а в зелёных глазах застыла боль.

– А меня, значит, можешь? – тихо произнесла я.

Радимир повернулся ко мне и несколько секунд внимательно разглядывал моё лицо.

– Опять на «ты», – улыбнулся краешком губ.

– Нет уж, ответь! Почему именно я? Зачем ты решил так унизить меня, девушку, воспитанную в приличной семье? Ведь ты знаешь, что с младенчества нам прививают определённые ценности, и статус содержанки никак не вяжется с ними! Ты не можешь не знать, что мужчины заводят любовниц в других кругах, среди актрис, танцовщиц, дочерей мелких лавочников, которые считают за счастье пожить в шикарных условиях, пусть даже и расплатившись за это собственным телом.

Зелёные глаза впились в меня взглядом. На секунду на лице молодого мужчины промелькнуло сомнение, но он тряхнул головой, как будто отгоняя его.

– Почему? Да потому что я влюбился в тебя! Что в этом непонятного! – закричал Радимир и, схватившись за голову, вскочил со скамейки.

Я изумлённо захлопала ресницами. Чего-чего, а услышать признания в любви я никак не ожидала.

– Да, Искра, да! Я влюблён в тебя. Ты совсем другая, ты не похожа на избалованных дочерей аристократов! – говорил он, взволнованно шагая туда и обратно вдоль лавочки, на которой я сидела.

– Не буду врать, изначально план был другим. Я действительно хотел купить девушку из обнищавшего рода и просто использовать для удовлетворения своих потребностей. Узнав об этом, «добренькие» папаши потянулись в мой дом косяками. Ты даже не представляешь, сколько в столице желающих поживиться подобным образом! Так вот, я начал присматриваться к их дочерям. Точнее не так… Стрелы Перуна! Что я говорю! – Радимир пришёл в ещё большее волнение.

Я же совершенно неожиданно успокоилась. Возможно, именно признание в любви подействовало таким образом или, видя смятение Ярогорского, я начала ощущать свою власть над ним. В любом случае душевная боль немного отступила и ко мне вернулась способность здраво мыслить.

– Продолжай, Радимир, – попросила я. – Давай прямо сейчас выясним все недомолвки раз и навсегда. Не нужно щадить меня, говори как есть. Я перед тобой как на ладони, так давай и ты, откройся мне, позволь понять, что двигало тобой. Возможно, тогда мне будет проще принять своё положение.

Молодой человек остановился, его зелёные глаза вновь впились в моё лицо долгим взглядом. Подумав несколько мгновений, он кивнул.

– Ты права.

Радимир вернулся на скамейку и, обняв меня одной рукой, притянул к себе. А потом, как будто не выдержав этой близости без более тесного контакта, наклонился и поцеловал в висок. Молния моментально прошибла моё тело, но я постаралась не обращать на это внимания. Сейчас мне нужно было услышать правду.