Чтение онлайн

Отчетливее всего возвращение брата отразилось на Сансе Старк. Привыкшая быть настоящей благородной леди, девушка, начиная с раннего детства, подражала матери, которая, в понимании юной Старк, была примером и эталоном леди. Что отразилось и на отношениях со старшим братом-бастардом. Раз леди Кейтилин ведёт себя подчёркнуто холодно — значит такая линия поведения является единственно правильной, что подтвердилось церковными наставлениями и поучениями родителя. Такой линии поведения Санса и придерживалась, а вот тот факт, что на самом деле она не питает к брату негативных чувств, она осознала и приняла не сразу.

Появление красивого, бравого, благородного рыцаря, прославленного своими деяниями и подвигами, да ещё и с настоящим дорнийским лордом в качестве оруженосца, сломали привычный шаблон возможных ожиданий почти полностью. Хорошие манеры, вежливость и тёплые чувства, проявленные к семье, лишь помогли в этом. Ну, ещё подаренные платья… они тоже сыграли свою роль.

Медленно, но верно Санса Старк осознала, что Джон точно не отродье греха. Он её старший брат, равно как и Робб, пусть и со своими недостатками, но и хороших качеств было немало. Шальная мысль о том, что мать может быть не права, лишь подтвердилась с появлением в замке лорда Эдмара. Он оказался не прав в своем мнении о Джоне, равно, как и её леди-мать, сами боги подтвердили это.

Финальным же аккордом стала помолвка с Уилласом Тиреллом, далеко не последняя роль в которой была сыграна Джоном. Бастард, тот, кого девушка должна была презирать и избегать, исполнил её мечту. Тот, от кого не следовало ждать ничего хорошего, сделал то, что не смогли родители. А Джон поступил так лишь из-за того, что Санса была его сестрой. Юная Старк не сразу приняла для себя тот факт, что взрослые могут быть не правы в своих мнениях. Но факт, что за месяцы с момента возвращения Джона Сноу она стала более зрелой, чем за годы под покровительством матери, был неоспорим.

Вторым наиболее заметным проявлением возвращения Сноу домой стало медленное, но верное преображение юной волчицы Арьи в настоящую леди, пусть и северную. Дерзкая и свободолюбивая, всегда говорящая то, что взбредёт ей в голову, девочка была скорее противоположностью леди, чем оной.

После возвращения из Белой Гавани у Арьи начались регулярные уроки фехтования под присмотром нового учителя из браавосской семьи Форель, далеко не простого поединщика-брави из Вольных Городов, а настоящего Первого Меча Морского Владыки Браавоса, пусть и в недавнем прошлом. Северный стиль боя был слишком сложен в освоении для худенькой Арьи, а вот эссосский стиль фехтования, делающий основной акцент на скорости и колющих ударах, ей вполне подходил. Лишь один нюанс изредка портил настроение девочки — уроки фехтования были наградой, наградой за проявленные успехи и должное рвение в освоении дисциплин настоящих леди.

Именно таков был уговор Старк с отцом и братом. Если она отлынивала от шитья, уроков манер, танцев и всех прочих, то могла не рассчитывать на завтрашний урок фехтования, а у её учителя появлялся свободный день. Джону удалось найти верный подход к сестре, ведь именно у этих двоих были самые близкие отношения. Эддард иногда ловил себя на мысли, что Джон является для Арьи большим авторитетом, чем родной отец, он бы даже не удивился, если бы это было действительно так.

Не обходилось и без казусов с конфликтами. Кейтилин тосковала по старшей дочери и сыну, который повзрослел и больше не проявлял к матери привычную детскую теплоту, а "презренный бастард" делал из младшей дочери дикарку. Это всё вылилось в гиперопеку, проявленную к младшим детям. С каждым днем Арья получала от матери больше придирок и наставлений, а Кейтилин пользовалась любым поводом, чтобы наказать дочь и лишить ту уроков «недостойных внимания леди». Но уговор работал в обе стороны, так что, ведомая стремлением к справедливости, Арья, после отмены матерью честно заслуженного урока по фехтованию, не присоединилась к той за шитьём.

В дело вмешался Эддард, и после непродолжительного разбирательства уговор вновь заработал в привычном ритме. Он прекрасно понимал, что чем больше ты давишь на Арью, тем более сильный противовес вызываешь. Лучше не дожидаться пока девочка заявит, что намерена сбежать к уехавшему брату в Ров.

Гости и жители Винтерфелла всё чаще могли видеть юную Старк в платье, с красивой причёской и цветами, вплетёнными в волосы. Это сильно диссонировало с девочкой с ободранными локтями и коленками, что уже через пару часов будет махать деревянным мечом во внутреннем дворе, правда, никакого отторжения это не вызывало. Многие северянки осваивали ратное дело и даже участвовали в турнирах и битвах. Запрет на всё это для не единственной дочери может вызвать ряд нехороших вопросов от вассалов, что уж говорить об их возможной реакции на привычную для южан позицию «леди — не воины».

…

История Брана была другой — он с недавнего времени инстинктивно содрогался и прикрывал руками пятую точку, как только речь в разговорах заходила о Джоне Сноу. Это вызывало смех и подколки со стороны Арьи с Риконом и скрытые улыбки со стороны взрослых. Любимым занятием мальчика было лазанье по стенам замка, и к его девятым именинам в замке не было стены или башни, на которую он не взобрался.

Эддард провёл сыну целую лекцию об опасности этого увлечения и взял с сына торжественное обещание прекратить это занятие, чтобы его родители не терзались переживаниями за здоровье сына. Сие обещание он нарушил спустя час и даже успел упасть, благо было не сильно высоко. После этого Джон выпорол младшего брата розгами и за ухо потащил к отцу в солярий.

— Отец накажет тебя за это! — кричал на старшего брата Бран, давясь слезами.

— Пусть, но тебя он накажет тоже и сильнее, чем я, если ты ещё хоть раз нарушишь обещание. Ты Старк из Винтерфелла, и, возможно, однажды ты станешь его лордом. Как ты можешь вести за собой людей, если не способен держать слово? — бесстрастно отвечал брату Сноу, не ослабляя хватки на уже покрасневшем ухе.

— Ты злой! Ненавижу тебя! — особо громко выкрикнул Бран. Джон остановился, в серых глазах на миг проскользнула печаль, печаль, которую младший брат до этого никогда не видел, ну или просто не обращал внимания.

— А я люблю тебя, брат. Люблю, и всегда буду любить, — только и ответил Сноу, после чего взял брата уже за руку.

Бран чувствовал себя странно, когда отец с матерью кричали и отчитывали Джона. Он вроде бы должен быть рад, но чувство триумфа всё никак не приходило. Сноу лишили ужина в тот день, и сладостей на всю следующую неделю. Родрик Кассель же гонял бастарда на тренировочном поле весь остаток дня. Старк так и не заметил, как его отец подмигнул Джону и скрыл в бороде улыбку. Бран получил важный урок, за последствия которого мог злиться только на себя, ну и на Джона.

— Давай ты не будешь начинать очередную отповедь о богомерзком бастарде, — не дал заговорить жене Эддард, как только дверь за детьми закрылась.

— Мальчишка…

— Сделал всё так, как я и просил, — Кейтилин, казалось, подавилась фразой, которую хотела озвучить.

— Я… я не понимаю, — заговорила она, собравшись с мыслями.

— Сегодня Бран упал со стены.

— Как? — леди Старк побледнела.

— На спину. Больно, но не смертельно, — тяжело вздохнул Эддард. — Успей он забраться метров на десять выше, то, вполне возможно, у нас стало бы на одного сына меньше.

— Он обещал нам.

— Он всегда обещает, и каждый раз снова начинает лазать.

— Бран ещё дитя, он не понимает.

— Он Старк, — твёрдо ответил Эддард тоном, не оставляющим возможности для компромисса. — Он наш сын, который может вырасти в избалованного мальчишку.

— Всё равно бастард позволил себе лишнее.

— Так порадуйся, что наш сын теперь злится и ненавидит его, вместо нас, — спокойно ответил Эддард.

Впервые за шестнадцать лет брака излюбленное оружие Кейтилин использовали против неё самой.