Чтение онлайн

С самого начала «суда» Серсея не обратила внимания на один интересный факт. С каждой минутой в зал входило всё больше гвардейцев: Тиреллы, Мормонты, Болтоны и синие плащи Кошмарного волка со взведёнными арбалетами, последние встали около стен. Прочие стояли у каждой двери, каждой колонны и окна. В то же время из зала тихо вывели почти всех леди и детей младше десяти. Даже если посчитать алых плащей вместе со штормовиками, то их всё равно почти в четыре раза меньше, чем гвардейцев Севера и Простора.

Без сомнений, в столице Серсея обладала почти безграничной властью, но она забылась. Сейчас королева была не в столице, она была на Севере, она была гостем и северяне словно макнули её в собственное дерьмо со словами: «Ты не будешь диктовать свои условия здесь!». Теперь положение дел начали замечать и все прочие. Расклад сил в зале поменялся.

— Кто будет представлять твои интересы? — спросил король у Эдрика.

— Если принцу хватит смелости драться со мной, когда в моих руках не палка, я сражусь с ним лично. Хоть насмерть.

— Наш сын ранен, любовь моя, — с уст королевы эти слова звучали более чем фальшиво. — Интересы принца будет представлять Королевский гвардеец Джейме Ланнистер.

Серсея отказалась верить в свой проигрыш, отказалась принимать тот факт, что заигралась и пора отступить. Она могла выставить Сира Барристана и тот бы точно принёс победу, но она хотела показать превосходство дома Ланнистер над теми, кто посмел обидеть её первенца.

— Лорд Дейн? — спросил король. Эдрик обернулся и увидев кивок, поспешил ответить.

— Мои интересы будет представлять мой кузен.

— Герольд Дейн мёртв, — ухмыльнулась Серсея.

— Я говорил о Джоне Дейне, Кошмарном Волке!

Глава 43

Винтерфелл, Север, за два дня до приезда королевской делегации

Любой лорд, безо всяких исключений, является человеком занятым, что уж говорить, если этот лорд — глава великого дома. Дни праздника, в которые нужно показывать себя радушным хозяином, повседневная рутина с управлением вотчиной и урегулированием споров между другими лордами, подготовка к Зиме, сбор податей для короны, воспитание детей, проведение судов и помощь Ночному Дозору. Все это лишь малая часть тех вещей, которыми изо дня в день занимается Эддард Старк.

Казалось бы, времени на всё остальное у человека столь занятого просто не остается, но даже так Старку удавалось выкроить хоть немного времени, чтобы провести его с внуками. Чаще всего в компании их нянек: уже знакомой кормилицы и женщины, о которой уже немолодой лорд думал все чаще.

— Значит, вы уже больше года не делите постель со своей благоверной? — абсолютно беспардонно поинтересовалась Лемора, покачивая на руках малышку Дианну. Эддард вздрогнул.

— Довольно… прямолинейный вопрос, Лемора, которая не леди, — ответил он.

— Я уже долгое время на службе у вашего сына и научилась общаться с северянами. Проще спросить прямо, чем юлить и заходить с другой стороны. Проще и гораздо быстрее.

— Да. С некоторого времени леди Старк утратила мое доверие, — ответил на нескромный вопрос Эддард. — К тому же мои вассалы ее не любят. Они не одобряли брак с южанкой после окончания восстания, и они не одобряют его сейчас.

— Мне казалось, ситуация несколько иная.

— Какая же?

— Лорды были готовы принять любую леди Старк, но проблема в том, что даже двадцать лет спустя леди Кейтилин так и осталась Талли.

— Ее трудно осуждать. Люди нашего положения редко выбирают себе пару сами. Такого выбора не было и у Кейтилин, уверен, она предпочла бы стать женой южанина, чем выйти замуж за незнакомца, которого увидела чуть ли не впервые на своей собственной свадьбе, — попытался оправдать супругу Старк.

— Тем не менее, остаться южанкой был исключительно ее выбор.

— Ее, — вздохнул Старк. — Знаете, Лемора, впервые за долгое время я чувствую себя комфортно в компании женщины. Не сочтите это за флирт или ухаживание…

— Не буду, — перебила его Лемора, хихикнув. — Ваши слова и тон слишком официальны, чтобы воспринимать их за флирт, тем более — за ухаживание. Так что я спокойна.

— Вы даже не боитесь оставаться с посторонним мужчиной наедине? — юношеская игривость неожиданно пробудилась в Старке.

— Я слишком стара, чтобы интересовать мужчин, — отмахнулась Лемора. — А уж если верить слухам о вашей чести и благородстве, то мне ничего не угрожает. По крайней мере, вы не станете изменять законной супруге в вашем же общем доме или звать меня в свою постель, пока женаты.

* * *

В солярии Хранителя Севера сегодня было только два человека. Чтобы не мешать долгожданной встрече лучших друзей после долгой разлуки, в комнату не пустили ни слуг, ни стражу. Лишь Королевский гвардеец одиноко стоял по ту сторону двери, оберегая монарха от возможных опасностей. Говорили они о многом, и после разговора об основной цели визита темы менялись одна за одной.

— Сколько лет мы не виделись, Нед? Пять? Восемь? — весело вопрошал Роберт, разливая вино по кубкам.

— Десять, — ответил Старк.

— Десять лет я не видел лучшего друга! А по приезду к нему узнаю, что его вместо Тихого Волка нужно было прозвать Хитрым Волком.

— С чего вдруг? — искренне удивился Эддард.

— Он тут еще и святую наивность из себя строит! — засмеялся Роберт. — Как же я мог упустить момент, когда мой друг, который так бы и остался девственником вплоть до свадьбы, если бы я силой не затащил его в бордель, стал тем еще соблазнителем?! Это ж надо — заполучить одну из красивейших девушек во всех королевствах и заделать ей бастарда! Еще и под носом у ее старших братьев, лорда Звездопада и Меча Зари! Признаться, я просто в восторге!

— Роберт.

— Интересно, насколько хороша была Эшара Дейн… Но он о ней не говорит, а лишь повторяет: "ее звали Вилла", — не унимался Баратеон. — Ха! Да и о бастарде этом теперь слышал каждый! Вот тебе и сын рыбачки!

— Роберт! — повысил голос Старк, что заставило Баратеона успокоиться.

— Клянусь, не будь я королем, ты бы ударил меня.

— Ударил бы, но с этим минусом твоей коронации я давно смирился. С чего ты вообще об этом заговорил?

— Мне интересно, почему столь прославленный рыцарь до сих пор носит эту кличку “Сноу”. Поверь, я получал прошение об узаконивании ублюдков в ситуациях гораздо более худших. После восстания Грейджоя мы с Джоном ждали такое и от тебя, но его нет и до сих пор.