Чтение онлайн

Наконец, гнев королевы вырвался наружу. Кувшин с вином, отобранный у младшего брата, полетел в стену, разбившись множеством осколков и оставив на последней красный след, а на полу лужу.

— Эх, — только и успел вздохнуть Тирион. — Его везли сюда из Звездопада, а ты решила, что пусть оно лучше прольётся на пол, чем достанется мне.

— Нашего брата сделали калекой! Наш дом унизили! Северяне потешаются над нами, а ты переживаешь о пролитом вине?! — не выдержала Серсея. Она уже и дышала с трудом, пришлось даже ослабить шнуровку на корсете.

— Я переживаю о том, на что могу повлиять, — казалось, гнев сестры был ему совершенно безразличен.

— Ну да. Ты предпочитаешь ничего не делать и пить — действию.

— Я сделал в разы больше, чем ты! — вспылил Тирион. Серебряный кубок полетел в стену и попал как раз в то самое место, что и ранее кувшин. — Это именно я убедил колдуна помочь с ранами Джейме. В противном случае наш брат провалялся бы в бессознательности ещё пару недель, ходя под себя и питаясь исключительно маковым молоком! А что сделала ты?! Сказать?!

— Давай, скажи.

— Ты сделала нашего брата калекой!

— Да как ты сме…

— "Помни, сынок, ты — лев. Золотой, зеленоглазый лев, — театрально, подражая тону сестры, начал карлик. — Потомок двух могущественных великих домов. Однажды ты займёшь трон и все склонятся перед королём Джоффри, первым этого имени. Все: Старки, Аррены, Талли, Тиреллы, Грейджои, Баратеоны и Мартеллы — все они признают в тебе сильнейшего. К сожалению, твоя невеста оставляет желать лучшего, но всё можно исправить. Тебе нужно поставить на место эту невзрачную дикарку и объяснить ей правила игры в престолы. Влюби её в себя и твой отец будет счастлив", — почти слово в слово Тирион повторил наставления сестры к первенцу.

— Это ничего не значит.

— Это ты натравила этого монстра на девицу Старков. Это ты выбрала нашего брата в качестве чемпиона, имея под рукой непобедимого Барристана, мать его, Отважного. И это только твоя вина, что наш брат теперь ущербен, а Старки почти что враги.

— Обойдемся и без этих дикарей, — фыркнула Серсея, всё ещё абсолютно несогласная с доводами брата. — Есть и более достойные кандидатки для брака с Джоффри.

— Ещё неделю назад я бы с тобой согласился. Когда мы только покинули Ров, твоего сына в Винтерфелле ждала встреча с тремя девицами подходящего возраста, каждая из которых родом из великого дома и союз с каждой принёс бы пользу. Но теперь ни одна из них, ни их отцы на брак с твоим сыном не согласятся. После такого-то спектакля.

Тирион прекрасно знал характер старшей сестры. Её честолюбие, амбиции и высокомерие просто не позволили бы женить сына на девице не из великого дома, кандидатуры менее высокородные она бы даже не рассматривала.

Союз со Старками помог бы укрепить королевство и подкрепить их верность, ведь сейчас она держится исключительно на дружбе Роберта с Эддардом. Склонившиеся только перед драконами северяне могли бы и возжелать суверенитета или широкой автономии, стоит только текущему монарху отойти в мир иной. Второй Дорн был Железному трону совершенно не нужен.

Союз с Грейджоями помог бы держать этих разбойников в узде. Островитяне будут довольны, если их девица станет новой королевой. “Аша Баратеон, а что? Хорошо звучит”, думал Тирион, да и такой ценный “заложник” у короны может поумерить пыл пиратов и отвадить их от очередного восстания.

Тиреллы же были наиболее выгодным союзом. Золото, зерно и мечи Хайгардена вкупе с могуществом дома Ланнистер и властью короны могли создать монолитный и непобедимый альянс, вполне способный продолжительное время воевать против остальных королевств вместе взятых, с неплохими шансами на победу.

Теперь же стараниями Серсеи были упущены все три. Королева молчала и слово снова взял карлик.

— Только одно радует меня в произошедшем.

— Что же?

— То, что “разочарованием семьи” в этот раз являюсь уж точно не я.

* * *

Об одичалых жителям юга известно довольно мало. Но с тем, что они, несомненно, являются ворами, убийцами и работорговцами, не будет спорить никто. Вопрос людоедства, колдунства и оборотничества среди этих потомков первых людей можно было даже попытаться обсудить и оспорить, а на тему их связей с великанами или Иными можно было спекулировать сколь угодно долго.

Эти облаченные в шкуры дикари не терпят над собой никакой власти, но уважают силу в любых её проявлениях, равно как и сильных людей. Дикари воруют себе жён, и эти украденные женщины становятся самой настоящей собственностью своих мужей, что не мешает большинству из них идти в бой наравне с мужчинами, демонстрируя независимый дух, отвагу и готовность взглянуть в глаза смерти.

У большинства одичалых нет городов, обработка железа им незнакома, их оружие не назвать иначе как ущербным, а несколько десятков одичалых, собранных в одном месте, тут же начнут резать друг друга и к следующему дню в живых останется в лучшем случае половина. Однако всё это не мешает им объединяться в армии, превышающие численностью десятки тысяч воинов и вторгаться на Север.

Одичалые презирают поклонщиков и регулярно совершают на них набеги, но некоторые из них даже ведут с ними торговлю. Шутка ли, четверть пушнины и янтаря, которые продают северные торговцы южанам, как раз из Застенья.

Эти свободные и чем-то противоречивые жители диких земель даже братаются с бывшими врагами. Многие из дезертиров Ночного Дозора бегут за Стену и становятся частью того или иного племени, достаточно лишь доказать свою преданность новым братьям.

За более чем полтора десятка лет в древнем ордене Бенджен Старк успел повидать многих таких. Он нередко брал в плен или собственноручно казнил бывших братьев. Очень редко, но даже видел, как сами одичалые пополняют собой ряды Ночного Дозора. В основном дети или младенцы — единственные выжившие, оставшиеся после разгрома маленького клана или банды, достаточно большой, чтобы включать в себя много семей.

Однако одичалую, ставшую полноценной поклонщицей, уже немолодой Старк видел впервые.

Чтобы выжить в суровых и недружелюбных для себя условиях, люди готовы пойти на многое. В том числе и на пересмотр собственного мировоззрения, не важно — частично или полностью.

Вель пришлось научиться кланяться и не дерзить — весьма малая плата за то, что голова останется на плечах. Смириться с послушанием Джону Сноу было легче всего. В любом случае указаниям мужа необходимо следовать, как и быть на его стороне. Труднее было научиться грамоте, но девушка справилась и с этим. Самым большим вызовом стало платье. Трудно перечислить, сколько штук вольная женщина изрезала, сожгла или испортила любым другим способом, но теперь она исправно их носила.

Но в итоге все это того стоило — каждый раз засыпая в объятьях Джона, беря на руки Дианну или Родрика и вспоминая, что больше не нужно опасаться прихода Зимы, Вель снова и снова в этом убеждалась.

А вот дядя Джона, несмотря на внешние сходства, Вель совсем не нравился. Этот худой, подтянутый человек с острыми чертами лица не вызывал у девушки доверия. Не помогали ни теплый взгляд серо-голубых глаз со смешинками в них, ни располагающий к себе внешний вид. Бархатный плащ, серебряные украшения и дорогая кожаная одежда не вызывали у девушки доверия. “Ворона останется вороной, как её ни наряди”, думала одичалая.