Чтение онлайн

Румянцев и, назначенный на его место, Пётр Панин, не предпринимая активных действий, готовили свои армии к кампании следующего года. Калмыки, в свою очередь, заняли Кубань и принудили Кабарду к покорности.

В следующем году по весне Румянцев начал наступление в Молдавии и Валахии, но был остановлен чумой, вспыхнувшей в княжествах. Здесь себя во всей красе показал Щепин и его молодые врачи, наладившие систему профилактики. В результате летом наши войска разгромили турок при Рябой Могиле, Ларге и Кагуле и заняли всю территорию перед Дунаем и две важнейшие крепости на великой реке — Измаил и Килию. Одновременно Орлов и Спиридов в Средиземном море разгромили турецкий флот в Чесменской бухте.

Румянцев за эти подвиги получил чин фельдмаршала, Алексей Орлов приставку к фамилии Чесменский, Спиридов — орден Андрея Первозванного, а я, наконец, — разрешение отправится к армии.

— Присаживайся, дядька Остап!

— Спасибо, Ваше Императорское Высочество! Зачем звали?

— Экий ты, дядька Остап, невежливый! Как же самому наследнику-соправителю вопросы задавать без дозволения!

— Это у Вас, Ваше Высочество, время есть лясы точить — молодой ещё, а я уже старый — есть время дело делать, а болтать — времени уже нету!

С Кошкой у меня установились в меру неформальные отношения — я с юмором воспринимал его ворчание, а он начал считать меня что-то вроде своего внучка и ласково меня тыкал носом в мои ошибки, даже порой и несуществующие. Но при этом он ничего себе не позволял делать публично и внешние приличия соблюдал. Так что, мне было даже очень приятно с ним беседовать, и я эту возможность лишний раз не упускал. Чаще всего я приглашал его вместе с Захаром, но иногда, как теперь, хотел с ним пообщаться наедине.

— Дядька Остап, я готовлюсь к отъезду в армию и перед этим хочу понять, насколько Захар готов? Как ты думаешь, он уже способен вести игры сам?

— Эх, Ваше Высочество, кабы ему ещё годик бы поучиться, вообще бы цены ему не было… Да нет, не волнуйтесь, Павел Петрович — справится. Очень мне он моего младшего внучка — Степку, напоминает, покойного… Сообразительный парень! На лету хватает и сразу в дело пускает. Гришка — вот упрямее и с людьми умеет, но сообразительности мало, да и сверху ему глядеть тяжело, а Степка был… Эх, Степка… Но я что-то отвлёкся, Ваше Высочество. Захарка всем хорош. Даже Степка слабее его был, да… Если где не сможет, мы старики поможем — не бойся, батюшка! — я слушал Кошку и улыбался, чувствуя уверенность в завтрашнем дне.

Меня сопровождали, как водится, роты гвардейских полков, а также уже мои яицкие казаки и башкиры. К основной армии я вёл почти тысячу прекрасно обученной и вооружённой пехоты и три тысячи лёгкой кавалерии. Я отбывал к армии в чине бригадира — более высокое звание я принимать не хотел, а командующим отрядом был назначен мой старый знакомец Давыдов.

Присоединившись к армии Румянцева на зимних квартирах в Бухаресте, я с удовольствием встретился с Щепиным. Отношения с ним у меня были самые дружеские, и мы с удовольствием отметили встречу. Он мне поведал о значительных небоевых потерях, на которые он не был в состоянии повлиять. Потери от ран в бою он по мере возможности снижал, хоть лекарей и не хватало катастрофически, а вот болезни и гибель людей от некачественного питания и питья он снизить не мог.

Я не был военачальником, хоть и получал уроки от Миниха, потому изначально не имел намерения лезть с советами к талантливым полководцам. Но, услышав рассказы Щепина, твёрдо решил заняться снабжением, коли, по мнению главного врача армии, именно в этом крылись основные наши потери. Румянцев оказался весьма умным военачальником и прекрасно понимал необходимость предлагаемых мер, но не обладал достаточной властью для их осуществления. Поэтому моё желание заняться данным вопросом принял просто на ура.

За снабжение армии продовольствием отвечала служба Кригс-коммисара и квартирмейстеры. Они, конечно, выполняли огромную работу — солдаты не умирали от голода, но бардак здесь царил первостатейный.

Во-первых, закупка и хранение продовольствия в нашей армии традиционно существовали отдельно от его доставки в полки. То есть за итог никто, как бы, ни отвечал — Кригс-Комиссариат утверждал, что провиант был в прекрасном состоянии, пока лежал на складах, а служба Вагенмейстера отрицала, возможность его порчи при транспортировке — в результате солдат получал испорченное продовольствие.

Во-вторых, о каком-то организованном питании в подразделении речи не шло — каждый готовит сам для себя из выданного пайка. В-третьих, воду каждый солдат берёт где хочет, и про кипячение здесь говорить не приходится — дров-то ему в степи взять негде. В-четвёртых, в паёк входили сушёное мясо, зерно, соль и водка — на редкость несбалансированный рацион, да к тому же он ещё и очень небольшой. Солдат был обречён на полуголодное состояние.

В общем, из-за всего этого, недостающее пропитание солдат мог получить либо за деньги у приданных ротам маркитантов [87] , но ведь денег у него было и так немного. Так что в основном солдат добывал еду грабежом мирного населения.

С боеприпасами было чуть лучше, но проблем тоже хватало. А вот с формой… Форму солдату надо было вообще справлять самостоятельно. И на длительных маршах она быстро изнашивалась, а взять её в Молдавии и Валахии солдату было негде.

Это всё усугублялось тем, что традиционно зона ответственности армейского руководства заканчивалась на уровне полка, и далее всеми вопросами снабжения занимались полковые службы, подчинявшиеся только своему полковнику. А здесь уже царила такая самодеятельность…

В результате мы имели полуголодных оборванцев. Господи, и этот гибрид ежа и ужа должен обеспечить готовность солдат к бою. Нет, я понимаю, что солдаты у нас из крестьян, и не такое в жизни видели, но всё-таки… По-моему, вся эта странная система опирается на атавизмы Тридцатилетней войны [88] , хотя в отличие от просвещённой Европы, у нас хоть продовольственные склады есть, и еда, и боеприпасы хоть как-то доставляются.

В общем, ситуацию надо менять, иначе у нас к следующему году солдат просто не останется — перемрут они от дизентерии, несварения и простуды. А уж лошадей точно не останется, с ними ситуацию ещё хуже.

Менять всё точно не буду, опыта не хватит. Надо хотя бы улучшить рацион солдата, организовать приготовление пищи и обеспечить солдат водой, да и лошадей обеспечить питанием. С одеждой и обувью тоже хорошо бы положение улучшить. Но сначала, надо снизить уровень хищений в интендантской службе, а то, мало того, что денег на это уходит как-то чересчур много, так ещё и солдаты получают откровенно испорченные продукты.

С этим справиться можно, только контролируя закупки, а людей для этого можно привлечь из числа выпускников корпусов тех, кто получили ранения, выбыли из подразделений, но остались при армии. Таких было пятеро…