Я улыбаться перестала,Морозный ветер губы студит,Одной надеждой меньше стало,Одною песней больше будет.И эту песню я невольноОтдам на смех и поруганье,Затем, что нестерпимо больноДуше любовное молчанье.17 марта 1915, Царское Село
«Они летят, они еще в дороге…»
М. Лозинскому
Они летят, они еще в дороге,Слова освобожденья и любви,А я уже в предпесенной тревоге,И холоднее льда уста мои.Но скоро там, где жидкие березы,Прильнувши к окнам, сухо шелестят, —Венцом червонным заплетутся розыИ голоса незримых прозвучат.А дальше – свет невыносимо щедрый,Как красное горячее вино…Уже душистым, раскаленным ветромСознание мое опалено.22 мая 1916, Слепнево
«О, это был прохладный день…»
О, это был прохладный деньВ чудесном городе Петровом!Лежал закат костром багровым,И медленно густела тень.Ты только тронул грудь мою,Как лиру трогают поэты,Чтоб слышать кроткие ответыНа требовательное «люблю»!Тебе не надо глаз моих,Пророческих и неизменных.Но за стихом ты ловишь стих,Молитвы губ моих надменных.Зима 1913, Царское Село
«Я так молилась: «Утоли…»
Я так молилась: «УтолиГлухую жажду песнопенья!»Но нет земному от землиИ не было освобожденья.Как дым от жертвы, что не могВзлететь к престолу Сил и Славы,А только стелется у ног,Молитвенно целуя травы, —Так я, Господь, простерта ниц:Коснется ли огонь небесныйМоих сомкнувшихся ресницИ немоты моей чудесной?Зима 1913, Царское Село
«Есть в близости людей заветная черта…»
Н. В. Н.
Есть в близости людей заветная черта,Ее не перейти влюбленности и страсти, —Пусть в жуткой тишине сливаются устаИ сердце рвется от любви на части.И дружба здесь бессильна, и годаВысокого и огненного счастья,Когда душа свободна и чуждаМедлительной истоме сладострастья.Стремящиеся к ней безумны, а ееДостигшие – поражены тоскою…Теперь ты понял, отчего моеНе бьется сердце под твоей рукою.2 мая 1915, Петербург
«Все отнято: и сила, и любовь…»
Все отнято: и сила, и любовь.В немилый город брошенное телоНе радо солнцу. Чувствую, что кровьВо мне уже совсем похолодела.Веселой Музы нрав не узнаю:Она глядит и слова не проронит,А голову в веночке темном клонит,Изнеможенная, на грудь мою.И только совесть с каждым днем страшнейБеснуется: великой хочет дани.Закрыв лицо, я отвечала ей…Но больше нет ни слез, ни оправданий.24 октября 1916, Севастополь
«Нам свежесть слов и чувства простоту…»
Нам свежесть слов и чувства простотуТерять не то ль, что живописцу – зреньеИли актеру – голос и движенье,А женщине прекрасной – красоту?Но не пытайся для себя хранитьТебе дарованное небесами:Осуждены – и это знаем сами —Мы расточать, а не копить.Иди один и исцеляй слепых,Чтобы узнать в тяжелый час сомненьяУчеников злорадное глумленьеИ равнодушие толпы.23 июня 1915, Слепнево
Ответ
Гр. В. А. Комаровскому
Какие странные словаПринес мне тихий день апреля.Ты знал, во мне еще живаСтрастная страшная неделя.Я не слыхала звонов тех,Что плавали в лазури чистой.Семь дней звучал то медный смех,То плач струился серебристый.А я, закрыв лицо мое,Как перед вечною разлукой, Лежала и ждала ее, Еще не названную мукой.Весна 1914, Царское Село
«Был блаженной моей колыбелью…»
Был блаженной моей колыбельюТемный город у грозной рекиИ торжественной брачной постелью,Над которой держали венкиМолодые твои серафимы, —Город, горькой любовью любимый.Солеёю молений моихБыл ты, строгий, спокойный, туманный.Там впервые предстал мне жених,Указавши мой путь осиянный,И печальная Муза моя,Как слепую, водила меня.Июль 1914, Царское Село
II
9 декабря 1913 года
Самые темные дни в году Светлыми стать должны. Я для сравнения слов не найду — Так твои губы нежны. Только глаза подымать не смей, Жизнь мою храня.Первых фиалок они светлей,А смертельные для меня.Вот поняла, что не надо слов,Оснеженные ветки легки…Сети уже разостлал птицеловНа берегу реки.Царское Село
«Как ты можешь смотреть на Неву…»
Как ты можешь смотреть на Неву,Как ты смеешь всходить на мосты?…Я недаром печальной слывуС той поры, как привиделся ты.Черных ангелов крылья остры,Скоро будет последний суд,И малиновые костры,Словно розы, в снегу цветут.1914, Петербург
«Под крышей промерзшей пустого жилья…»
Под крышей промерзшей пустого жильяЯ мертвенных дней не считаю,Читаю посланья Апостолов я,Слова Псалмопевца читаю.Но звезды синеют, но иней пушист,И каждая встреча чудесней, —А в Библии красный кленовый листЗаложен на Песни Песней.Январь 1915, Царское Село