Чтение онлайн

В большое больничное здание он с ма на руках просто мчал.

Водитель такси оказался понимающий. Счетчик отключил, принял оплату, а потом вызвался дочку — меня — помочь доставить. Батя грозно глянул, прикидывал, наверно, можно ли этому мужику доверять, затем отрывисто кивнул.

Доставка на руках таксиста мне не особо запомнилась: слишком острым еще был страх за ма. Чужая женщина? Ага, три раза… Или тридцать три — сколько раз я к ее лбу холодную тряпку прикладывала? За те разы и сроднилась.

Внутри меня взяла в оборот медсестричка (или кто-то еще из младшего медперсонала, не до чинов тогда было), а ма забрали в смотровую. Повезло, что врач свободный нашелся быстро. И что палата для мамы нашлась.

Заключения мы с ба дожидались вместе. Он снова усадил меня на колени, и держал крепче, чем альпинистская страховка. Когда доктор подошел сообщить новости, я… ничего не поняла. Новые для меня слова. Кроме: «жена» и «хорошо».

Нет, еще я поняла слово: «Счет».

Его уже употребляли в нашем доме.

После этого слова каменный воин слегка пошатнулся, но устоял.

— Я оплачу, — сурово сказал он. — Всё, что понадобится. Помогите моей жене.

И только тогда сжимавший горло страх начал меня отпускать.

Ба обещал со всем разобраться, и сдержал свое обещание.

Мама вернулась домой через три дня. Счета за больницу батя оплачивал еще три месяца — в рассрочку.

Мы ни разу не заговаривали о том, что случилось. О том, во сколько обошлось обращение в больницу, лечение и стационар. Это просто оставили в стенах больницы, не понесли в домашние стены.

— Спасибо, что вернулась ко мне, — сказал ба, когда забирал жену из больницы.

— Спасибо, что позаботился обо мне и Мэйли, — улыбнулась в ответ ма.

Ох уж эта восточная вежливость… Я просто подбежала и жамкнула короткими ручонками мамины ноги прямо поверх длинной юбки.

Знаешь, что, мироздание? Се-се тебе за то, что дало мне эту семью. Именно эту. Не каких-нибудь богатеньких и влиятельных, чтобы мне красную ковровую дорожку под ноги подстелили на пути к успеху.

Мои фуму — лучшие.

Июнь 1999, Бэйцзин, КНР.

Великая Китайская стена. Я уже упоминала ее несколько раз, но никогда, кроме как на картинках, не видела. До этого дня.

Ма вполне споро оправлялась после больницы. В поток домашних дел влилась на следующий день после выписки. Ужин в честь возращения жены ба приготовил сам. Рис, лапша в бульоне с зеленушкой, тушеные овощи и маленькая миска с мясом.

Учитывая, что вся недавняя зарплата и все запасы купюр с портретом Председателя Мао были потрачены на первый взнос (погашение больничных счетов), наш тишайший отец сотворил царский ужин. Или лучше будет сказать — императорский?

Не суть. Ба постарался. Ма оценила.

Я получила к своему рису немного измельченных овощей: мамин врач мимоходом дал рекомендацию предкам, мол, уже пора вводить в рацион вашей дочери овощи и фрукты. На что я захлопала в ладоши, вызвав очередной приступ умиления у всего медперсонала в области действия эффекта (определенно положительного, то есть — бафа).

Дядька в белом халате прям открыл для меня новые (они же — хорошо забытые старые) горизонты вкусовых ощущений. Так, яблочное пюре, не особо любимое мной-прошлой, в этом крохотном тельце зашло на ура.

Да что там, я даже пюрешку из брокколи (кай-лан) за милую душу теперь уминаю! Такими темпами мы и до мяса доберемся.

Витамины и микроэлементы — это хорошо для роста персонажа. Мышечное, костное, вот это вот всё — оно нам нужно. Здоровое. Крепкое. Поскорее!

Но это я отвлеклась. Речь вообще-то шла о выздоровлении мамы. А поправлялась она и впрямь бодренько, чем бесконечно радовала меня и супруга. И в один прекрасный день (вечер — мы же пересекались в основном вечерами всей семьей) фуму задумали устроить семейную экскурсию. В выходной день ба, иначе ж как? Он и так для того, чтобы ухаживать за мной и навещать жену в больнице, взял короткий неоплачиваемый отпуск. Подряд второй такой ему никто не даст. Это Китай, детка.

Тут трудолюбие возведено разве что не в культ. Или «не» лишнее?

Они немножко потолковали на тему: куда можно пойти с малышкой? С учетом сильно ограниченных средств. И выбрали поездку-поход на… Великую Китайскую стену. Ведь она в полутора часах езды на автобусе от нас расположена. Внезапно.

Еще внезапнее для меня стало понимание, что Бэйцзин — город, в котором мы живем — это столица Китая. И что название его означает буквально — «Северная столица». И этот город в моем-прошлом мире и в моей-прошлой стране назывался — Пекин.

Как из «Бэйцзин» мои соотечественники вывели «Пекин»? Языковая загадка, право слово. И ведь не спросишь: местные не поймут вопроса.

Санкт-Петербург, любимый мой град на Неве — это тоже Северная столица.

Вот и думай, насколько случайно это мое попадание…

Мироздание, ты просто слегка промахнулось с координатами?

До стены, которая Великая Китайская, ходит рейсовый автобус. Туристический: им и сами уроженцы Поднебесной пользуются, и приезжие со всех уголков мира.

Китайцы вообще любят путешествовать. Смотреть новые места, пробовать новую еду. Второе — особенно. Не знаешь, о чем поговорить с уроженцем Китая? Заведи речь о еде. Тут вместо приветствий они спросят: «Ты поел? Ты голоден?» — и хорошим тоном будет ответить, что ты сыт. Иначе тому, кто спросил, придется тебя пригласить на обед (завтрак-ужин, в зависимости от времени).

Батя мой, конечно, жжет: ребенку год и месяц, жена из больницы, а он на стену с ними поход планирует. Думаю, скепсис был явственно написан на моем лице.

Но, как оказалось, я зря кривила рожицу.

Может, тела уроженцев Поднебесной как-то по-особенному закаливают, но они — мы, теперь уже так будет правильнее — как-то по ощущениям крепче. Износоустойчивее? Вроде с виду щупленькие, а волевые и стойкие.

Ладно, по порядку.

Взрослый билет на туристический автобус — двенадцать юаней. Меня усадили на коленочки, денег за это не взяли.

Часть поездки я бессовестно продрыхла (это все потому, что подняли меня в несусветную рань, сбили режим детского сна ради поездки). Когда проснулась, мы ехали вдоль гор. Высота их средняя, склоны покрыты зеленью.

Перекаты зеленого, верхушки деревьев, верхушки гор — очень приятно глазу.

Высадили нас на площади, вымощенной серым камнем. Из него же стены здания кассы. Крыши, столбы-подпорки, разные художественные излишки в стилизации под старину — красные. Серые черепичные крыши традиционного вида.