Чтение онлайн

И вот сад мандариновый в ушедшем году посадили. Причем поля и сад не рядышком, это две разных территории. Мне сложно врубиться в «лоскутное расположение» земель, но предкам со стороны бати — в порядке вещей.

Надо ходить на поля? Идем и работаем от зари и до заката. Надо ездить к деревьям? Так поехали, чего мы ждем?!

Таких выражений, как: «Не хочу, я устал, мне лень», — в этом аграрном секторе отродясь не слыхивали. Мне так кажется. Пашут — все. Сеют — все. И далее, весь цикл «мечта трудоголика» в земледелие.

И это сейчас они уже не совсем в деревне живут. Переехали, как стало лучше с финансами. А раньше, как я поняла из рассказов отца, вовсе мрак был.

Так-то становится понятно, в кого мой родитель пошел. Все семейство — те еще трудоголики.

— Кушай, кушай больше, — приговаривают бабуля с дедулей, глядя на сына.

И зубы показывают: беленькие, в полной комплектации. У обоих «пра» тоже все зубы на месте. Мои-то пока только в процессе «выползания», и то молочные. Но я ж на будущее смотрю, и зубная наследственность радует.

Прадед и прабабка молчаливые. Такое чувство, что в работу уходит вся энергия, а лишнего слова из них, как говорится, клещами не вытянешь.

Я — обласкана всеобщим вниманием. Мной умиляются все, и как-то это даже перебор немного. Мне даже детское ханьфу подарили! Правда, ношеное. И это не просто «БУ» по уцененке, нет. Это платье с историей и обоснованием.

Родственники отца прознали, что со мной в годик случился несчастный случай. Это было однозначно признано дурным знаком. А еще Мэйли, как тут выяснилось, до года несколько раз заболевала. Не критично (кроме удара башкой, ага), но родственники признали ее здоровье слабым.

И, чтобы такого впредь не случалось, мне передали платье скольки-то юродной сестры. Та с самого рождения и по сей день (Бинбин сейчас пять) вся из себя здоровенькая и крепкая.

С одеждой мне передали в наследство силу и здоровье. Сияющий жемчуг — значение имени сестрицы. С ней мы уже познакомились, но как-то не сошлись. Возможно, дело в том, что на Бинбин решили свалить обязанности по присмотру за «мэймэй».

Это не очередное извращение имени Мэйли, как мне сначала подумалось, а обращение к младшей сестре. Мэймэй — младшая сестра, «цзецзе» — старшая сестра.

Так уж вышло, что в клане Ли сейчас только один деть младше меня: сын двоюродного брата моего бати. Не спрашивайте, как это правильно называется по-нашему. Для меня он «диди» — младший брат. Пофиг на степень родства.

И все прочие детеныши с фамилией Ли, кто собрался и еще едет на празднование, для меня либо цзецзе, либо «гэгэ». Последнее значит — старший брат.

Даже имена запоминать не надо. В целом, удобненько.

Запомнили? Забудьте. Для себя я все равно это буду переводить в: брат и сестра. Не стану грузить этими повторяшками, так, разок для полноты восприятия уточнила.

Родители моей «надсмотрщицы» сейчас самые богатые в семье. У бати Бинбин свой небольшой бизнес в Гуанчжоу. Свинский бизнес: дядюшка торгует свининой. Там-де почти вся свинина — это результат кормежки комбикормом, а мой родственник везет в город мясо свинок, которых кормили зерном. Вкус лучше у такого мяска.

В общем, купить своей дочке традиционное платье с вышивкой они могут себе позволить. Как и передарить его младшей родственнице, когда дочь перерастет наряд.

Прямо в этом платьице я тут в основном и рассекаю. Видимо, чтобы дарителям было приятно. Или смысл в том, чтобы подаренные сила и здоровье поскорее «впитались» из ткани в тельце… Не знаю. Всю предыдущую жизнь была уверена, что это не так работает.

Ханьфу — это красиво, но жуть, как непрактично. Поэтому мои дневные занятия в основном сводятся к тому, чтобы ходить и умилять окружающих. А еще заниматься каллиграфией.

Видеть надо было глаза Бинбин, когда она поняла, что малявка в письменности ее, старшую, превосходит. Я даже подумала, а не затребует ли она дареную одежку обратно, чтобы впитать мой ум. Но обошлось.

Тогда как сестрица и кур может во дворе погонять, и бегать наперегонки с братьями. Братец Шен и братец Хэй очень дальние родственники, седьмая вода на киселе. Их семьи далеко не так хорошо обеспечены, как родители Бинбин. Они бегают за сестрою в два хвостика, а та ими буквально помыкает.

Ничего, я свое еще набегаю. У меня тут вся жизнь впереди.

После завтрака начинают украшать дом. Золотые иероглифы на красной бумаге приклеиваются на клейкий рис подле дверей. Красный цвет — счастливый цвет.

Какого цвета мое БУ ханьфу? Верно, красного.

Надписи — это благоприятные пожелания. В дом как бы «приманивают» счастье, богатство, благополучие.

Много «фукают» в процессе. Манят удачу. ? [1] — читается как «фу» и означает удачу. А еще благословение, счастье и благополучие.

Так что где-то свое счастье можно профукать, а где-то наоборот. Нафукать.

Вешается красный бархатный узел. А к нему подвески в виде двух красно-золотых рыбок. Помню я сказку про золотую рыбку… Но та к старику одна приплывала, а эти — дуэтом. Спросила, конечно.

Узнала, что рыба и излишество произносятся как «юй», а изобилие — это прекрасно. А конкретная рыба карп звучит как «ли», как и сила. Мы, клан Ли — сила!

А не карпы и даже не лилии (есть и такое прочтение, тоны же меняют всё).

Карпы очень упорные рыбы. Во время нереста они плывут против течения рек, преодолевают бурные воды и способны даже перепрыгнуть «Врата Дракона». Я не знаю, что это, где это и подозреваю, что врата эти вымышленные.

Еще есть словосочетание: цин юй, золотая рыбка, что приравнивается к двойному счастью. И золото, и изобилие — это надо в дом, в семью, заверните.

А две рыбы — это символ гармонии в отношениях между возлюбленными. А где гармония — там воспроизводство. То есть, две рыбы — это чтобы деток больше делали.

На игре слов и смыслов тут, как я погляжу (и послушаю) многое завязано.

Во дворе подвесили красные фонарики. Вообще, я-прошлая красный цвет не особо любила. Меньше мне только интенсивный розовый нравился. Сами понимаете: на вкус и цвет все фломастеры разные.

А тут прям нормально. К серой черепице крыши с загнутыми кверху углами, к резным дверям из темного дерева, к красно-коричневым опорным колоннам — подходят эти красные, словно игрушечные, фонарики.

Дом предков реально старый, но не развалюха при этом. Внутри все очень просто обустроено, даже бедненько, но мне нравится. Почему-то в этом незатейливом оформлении, где яркое — только праздничные украшения, мне теплее и уютнее, чем в дорогом и изысканном интерьере семьи Сюй.