Чтение онлайн

Весна вошла в наш дом с громким звоном. Нет, звенела не капель за окном. Чтобы что-то капало, что-то должно намерзнуть, а тут такого нет. Совсем или в конкретную зиму, судить пока рано. Мало статистики.

Звонил наш домашний телефон. Почему я выделяю «домашность»? Так у бати с недавних пор появился мобильный аппарат. Правда, он размером с кирпич, это какой-то черный пластмассовый монстр. И нет, это не проявление расизма — происхождение у «мобилки» китайское. На нашем заводе собирался монстряка.

Кирпичность не обязательное свойство местных мобильников. Например, мама Вэйлань пользуется «раскладушкой» вменяемых размеров. Но мы-то статусом и кошельком до новых моделей не дотягиваем. Увы, цену девайса батя не озвучил, а чека я в коробке не нашла. Допускаю, что это какая-то общая конторская закупка была.

Батя же теперь начальник (маленький, но тем не менее), ему всегда надо быть на связи. Производитель кирпичика Oppo, я, когда услышала, чуть не начала выделывать забавные телодвижения и типа петь: «Опа, Гангам стайл»… В какой-то год этот «стайл» звучал из каждого утюга, а просмотров клипа на ютуб насчитывалось какое-то дикое для азиатского (и не только) ролика просмотров.

Остановило от немедленного выступления меня не то, что «опа» Сай забабахает где-то на дюжину лет позже. А то, что хит-то на корейском.

Но я отвлеклась. Итак, у меня зазвонил телефон. Кто говорит? Нет, не слон… Весенний персик несла радостные вести посредством междугородней связи. Она сказала, что вышивки мамули в количестве четырех штук выкупили. Семья Ли разом стала богаче на две тысячи юаней.

— Сколько? — обомлела мать.

Я тихонько засопела: продешевили. Моя рукодельница и впрямь очень хороша в вышивке. Будто родилась с иглой в руке. И с мотком нити не из шелка, а из лунного света… Это я слегка романтизирую, но суть в том, что мать моя китайская женщина создает реально нереальную красоту на ткани. Талант. Очевидно, обученный.

— Да, прости, сестра Мэйхуа, что так низко оценила твои работы.

Матушка переваривала услышанное, а я кивала: да-да, верно мыслишь, тетушка Нин. Если вдруг кто-то решит возмутиться ходом моей мысли, ведь выручка от продажи четырех шелковых картин близка к месячной зарплате отца до повышения, то я внесу немного ясности.

Одна детальная — и реально ого-го какая красивая — вышивка занимает у моей родительницы не меньше недели по времени. Чаще больше. Она ведь не весь день с иглой. Это кропотливый ручной труд, помноженный на мастерство вышивальщицы. Без таланта хоть ты все пальцы себе исколи, всё равно будет «пресно». И ещё многие вышивки мамы — двусторонние. У них нет изнанки, не видно узелков. Как ты ни крути, не сыщешь, куда запрятаны «кончики». Причем изображения на двух сторонах разные, как бы две картины на одну тему в одном предмете.

Я даже думала, когда впервые крутила в руках веер с лотосом, что это две вышивки, как-то склеенные между собой. Не-а. Это один холст, который мама прошивает двумя нитями одновременно. Узелки скрываются под нитями иного слоя (так и тянет сказать — реальности).

Тончайшая (многажды разделенная) шелковая нить преломляет солнечный свет. Оттого иллюзия волшебства в таких произведениях — не побоюсь этого слова — искусства полная. По факту это ловкость рук, и, как говорится, никакого мошенничества.

Одну из вышивок — большую пейзажную картину с лесной тропой — мама создавала месяц. Но ту она не отвезла тогда к Нин, потому что считает работу не оконченной. Что-то ей там кажется не идеальным. А по мне — эти цветы и деревья более натурально выглядят, чем фото природы. Да там лепестки блестят и отражают свет, как настоящие! Ветки колышет ветер, мох на старых стволах объемен, а зелень молодой листвы нежна и изящна. Олень под деревом кажется живым.

А миниатюра с котятами? Там же каждая шерстинка отдельно от других, пальцы сами тянутся погладить. И ты веришь, что это реальный тепленький и мягкий котенок, который заурчит, стоит взять его на ручки. И второй хвостатых барагоз мявкнет, чтобы его тоже немедленно приласкали.

Так что да, четыре вышивки за две тысячи юаней — это Нин дала маху. Обмишурилась.

Однако Нин, наверное, осознавая свой провал, как менеджера по продажам, решила не остановливаться на достигнутом. Озвучила, что с мамой хочет встретиться лично госпожа директор школы шелковой вышивки. Чтобы достигнуть соглашения о дальнейшем сотрудничестве.

Мою замечательную впору было откачивать. Кажется, она никогда не думала, что ее рукоделие может приносить прибыль.

— Соглашайся, мам, — дала совет от чистого сердца.

Дело не только в выгоде. Монетизация — это прекрасно, достаток в доме тоже. Но еще ведь такой момент: ее вышивки очень красивы, изысканны и… гармоничны. Если больше людей сможет увидеть мамины картины в шелке, разве гармонии не прибавится?

Но она начинает отнекиваться. В ход идут все аргументы: огромное расстояние (зимой оно ее не смутило), то, как сильно занят на работе супруг. Еще несколько выходных дней бате и впрямь тяжело будет оформить. И дочка ждет известий от киностудии…

— Вдвоем полетим, — предложила я этой «ломаке». — А в кино подождут. И не так уж они торопятся.

Около недели прошло с вручения Сину «бумажек» до обеда с режиссером Яном. Если бы сроки и земля под ногами у киношников горели, скорости были бы иные. Я так думаю.

— Мы обещали дочке, что покажем ей цветение канолы, — выдала еще один повод для отказа мать.

Обещали: я тут заинтересовалась делами клана. В частности, про земледелие спрашивала. Батя тогда сказанул, что рапс, он же канола, кроме пользы в виде урожая, еще и красиво цветет. Его довольно плотно сажают, и по весне «лоскуты» полей залиты желтым золотом. Красиво. Я загорелась: всё красивое — оно нам надо. «Мэйли хотеть».

— В Юньнани тоже цветет канола! — донесся до меня «робовойс» Нин. — Госпожа директор в конце недели посетит Куньмин. Вы сможете поговорить с ней в столице провинции о делах. А там до самых обширных рапсовых полей несколько километров. Автобус ходит. И на рисовые террасы посмотрите. Ничуть не хуже, чем в провинции Гуандун! Одной стрелой можно убить двух ястребов. Соглашайся, сестра Мэйхуа.

Даже авторитета драгоценности не хватило, чтобы «продавить» скромность матери. Хоть в категорический отказ не ушла, уже что-то. Обещала подруге, что посоветуется с мужем, подумает и сделает ответный звонок.

Я до самого прихода бати с работы маялась, не находя себе места. И всё думала: а если бы не моя шалость, мы бы весь отпуск родителя провели с его семьей. Они теперь так редко видятся, естественно желание побыть с ними как можно дольше.

Тогда по возвращению домой «зазора» до выхода на работу у бати не осталось бы. Сказала бы тогда мама о письме подруги, предложила бы поездку в Лицзян? Что-то мне подсказывает, не предложила бы, и никуда бы мы не поехали. Вон как сопротивляется идее отправиться в путешествие без благоверного.