Чтение онлайн

Наскоро прибрав в детской, Людмила поймала себя на мысли, что с утра даже не расчесалась. Это было совсем не дело, все-таки она женщина и должна следить за собой. И вот, стоя в ванной перед зеркалом с расческой в руках, женщина посмотрела в глаза своему отражению и поняла, что отступать никак нельзя.

Что же я за мать такая, если мои дети до сих пор ютятся в самой маленькой комнате в квартире? Это никуда не годится, буду биться до последнего, но уговорю Вову на перемены!

После ужина, когда Олег с Ариной покинули кухню, Люда заварила чаю, поставила перед мужем деревянную вазочку, полную вафель, а сама присела рядом.

– Вов…

– Люд, - сразу перебил тот, видно, почуяв неладное, - только не начинай. У меня до сих пор в висках стучит после сегодняшнего потопа. Треть склада залило к чертям, еле разгребли. Крестец ноет, геморрой, зараза, опять вылез. А тут ты со своим «Вов». Не надо, Люд, не надо, не сегодня.

– Дети растут, Вов. Они не контролируют этот процесс и не станут ждать окончания потопа или исцеления от геморроя. Вырастут и все тут. Понимаешь?

– К чему ты клонишь? С Олегом я уже поговорил, он больше так не будет.

Ага, поговорил ты, как же…

– Им в комнате одной тесно, вот к чему. Олежка вон какой вымахал, точно будет выше тебя. Не совсем это правильно, что он живет в одной комнате со старшей сестрой. Да и ей неловко, бегает вон переодеваться в ванную. Она девушка, ей нужно личное пространство. И Олегу тоже нужно, у него вот-вот начнется этот сложный подростковый период. Если уже не начался…

Владимир схватил сразу две вафли и принялся нервно жевать.

– Ты еще скажи, что хочешь отдать им зал. Перебьются!

– Нет, зал останется за нами, не волнуйся. Мы отдадим нашу спальню.

Глава семейства тут же закашлялся и принялся бить себя кулаком в грудь. Крошки от вафель полетели прямо Люде в лицо.

– Чего-чего??

– А вот того. Или зал, или наша спальня – выбор за тобой, Вова.

– Люда. Вот давай не надо, а! Не доводи до греха, умоляю! Конец года – у меня то инвентаризация, то потоп, то еще какая оказия. А ты хочешь лишить нас целой комнаты! Это комната, Люд! Может, еще машину им отдадим? Хочешь, чтобы они нам окончательно на шею сели??

– Я ничего не сказала о сроках. Занимайся своей инвентаризацией и потопами на складе, потом спокойно справим Новый год. А вот после, на зимних каникулах, займемся перестановкой. Я уже все продумала: у нас в спальне нейтральные обои, так что даже ремонт делать не придется. Думаю, Ариша будет рада.

– А мы где спать будем, Люда??

– В зале, где же еще?

Вова выпучил глаза:

– Да там мухе плюнуть некуда! Там и диван, и кресло, и твоя швейная история, и сервант, и огромный комод!!

– Я в курсе, Вов. Нужно будет перестановку делать, конечно. Старый комод в гараж отвезти – там все равно только твоя рыбалка хранится, а половина полок вообще не выдвигается.

– Комод в гараж? С ума сошла? Это ж от матери!

– И что теперь нам его держать в доме до скончания веков? Ты правильно выразился, он огромный! Занимает добрую четверть комнаты. Его убрать – и сразу все заиграет.

– Скорее, это я сыграю в ящик, чем у нас в зале все заиграет под аккомпанемент комода…

– Что-что?

– Так, ладно. Не гони коней, Люда. – Владимир потер виски. – Надо же все хорошенько обдумать. Давай в следующем году покумекаем, в этом уже поздно, да и так дел невпроворот. Лады?

– Лады, Вов. Но знай, на этот раз я не отступлю.

– Да понял уж, что теперь не слезешь… Люд, это, ты мазь, наверное, доставай. От нервов аж все там припекло, совсем невмочь… Надо бы помазать перед сном.

– Помажем, Вов, - ответила Люда обыденным тоном, хотя, по правде, в тот момент ей меньше всего хотелось мазать мужу зад.
– То, что припекло – это совсем не дело.

Глава 22

В ближайшую субботу к Терентьевым прибыла делегация помощников в лице Сергея и Виталия. Обычно этих двоих на аркане не затащишь в гости, если дело касается какой-то работенки. Узнав, что речь идет о перевозке громоздкого комода, друзья Володи на этот раз не польстились даже не пиво с гренками. Пришлось Людмиле пойти на хитрость и воспользоваться секретным методом, – уж очень ей так хотелось избавиться от комода до Нового года. Стоило ей пообещать свою фирменную шаурму на гриле, как друзья семьи тут же оказались на пороге.

– Вы пока освобождайте полки, да разбирайте эту махину, а я начну готовить. Раньше, чем через час, не ждите. Фирменная шаурма – процесс долгий.

За час Люда бы могла приготовить хоть десять порций, а уж три шаурмы сделала бы и за двадцать минут с нуля, но это было ей не на руку. Если мужики поедят, то потом они сядут пить пиво, а значит, комод простоит в полуразобранном виде до самой весны. Такой вариант ее категорически не устраивал, поэтому сначала комод – потом обед.

Это сработало, и голодные помощники резво принялись за дело: разобрали содержимое ящиков, помогли Володе это все упаковать для перевозки, а затем все вместе быстро разобрали антикварную громадину, оставив только каркас, и принялись таскать по частям в машину. Затем отвезли в гараж и вскоре все трое довольные вернулись обратно.

Люда вынула из гриля шесть сытных порций, по две на каждого, щедро смазала чесночным соусом сверху и разлила квас по кружкам.

– Ешьте, заслужили.

– Люд, а пиво где?

– А пиво потом. Сначала полочку мне почините.

– Какую полочку?

– Вон ту, Володь, - Люда указала на деревянную полку, которая висела над столом, - которую ты обещал починить прошлой зимой. Почти год прошел.

Виталик и Серега дружно расхохотались и похлопали друга по плечу.

– Починим тебе полочку, Люд, - пообещал Виталик. – Мне уже пора расчехлять инструменты, скоро гарнитур собирать Алевтине. А там одной только полочкой дело не ограничится…

Володя одарил друга испепеляющим взглядом, а затем пнул его ногой под столом.

– Шшш…

Все это не ускользнуло от взгляда хозяйки дома.

– Что, уже заказали?
– спросила она у Сергея, но при этом не сводя глаз с мужа. – Дорого обошлось?

– Еще нет, завтра поедем на фабрику. Планируем уложиться тысяч в двести, но цены сейчас конские, так что не знаю.

Услышав сумму, Володя подавился лавашом и закашлялся.

– Вы ж не собирались покупать кухню, - наконец проговорил он, косясь на жену.