Белкина в колесе
Шрифт:
– Дотянешься?
– Боже, вода! – воскликнула Люда. – Конечно, дотянусь! Сейчас, потихоньку-полегоньку буду двигаться в твою сторону. Пару минут – и достигну цели. Спасибо, Ира! Ты просто фея-волшебница!
– Умирать тут от жажды я не позволю ни себе, ни тебе, ни той бедолаге, которую увезли в реанимацию. Мой Степан, если надо, фуру сюда пригонит с водой, лишь бы я осталась довольна. И я не фея, - ухмыльнулась соседка.
– Я просто несчастная женщина, которая в какой-то момент так задолбалась быть несчастной, что в один прекрасный день построила всех в рядок и заставила играть по моим правилам.
Глава 29
На следующий день, ближе к вечеру, навестить Людмилу пришло все семейство. Не было только Тамары Яковлевны, которая отправилась на сутки. Снежана привезла детей, а Владимир приехал следом, прямо с работы. Вероятно, сумел отпроситься. Когда он вошел в палату, с него стекало семь потов. Оказалось, что из-за поломки лифта бедолаге пришлось пешком подниматься на третий этаж, таща по бутылю воды в обеих руках. Про воду ему напомнил лечащий врач, который утром делал обход и увидел, что обещанным питьем Людмилу так никто и не обеспечил. Ее, конечно, поила и соседка по палате Ирина, а также утренний персонал, но своей отдельной бутылочки с водой у нее не было. Это заставило доктора позвонить Владимиру и отчитать за халатное отношение к жене.
Арина и Олег тоже принесли по бутылке, и теперь у Люды было полно воды, хоть упейся.
– Хоть упейся, Людок, - озвучил Вова ее мысли, ставя тяжеленные бутыли подле ее кровати и утирая рукавом пот с шеи и затылка.
– Ей, если что, наклоняться нельзя, - буркнула со своей койки Ирина. – Она после операции. Это я так, вдруг запамятовали.
Вова, пыхтя, водрузил один из бутылей на тумбу, после чего Ирина округлила глаза и просто отвернулась. Озвучивать очевидную мысль, что воду можно сразу налить в кружку, а рядом поставить маленькую бутылочку, соседка не стала.
– Спасибо, дорогие вы мои! – воскликнула Люда, видя искреннюю тревогу в глазах детей. Муж выглядел спокойным и уставшим, но тоже наверняка волновался.
Снежана тем временем копалась в большой хозяйственной сумке, выуживая оттуда всякую всячину.
– Я вот лазанью тебе сделала, оставлю тут, - сказала она. – Врач сказал, что, в целом, уже можно есть что хочешь. Люд, кстати, а у вас тут зам отделения – интересный такой мужчина. Не видела, у него есть кольцо? Я что-то не разглядела.
– Снеж, ему ж за шестьдесят уже, ты чего?
– Я тебе не про главного, а про его заместителя.
– А-а… так он ко мне и не заходил даже, я его в глаза не видела.
– Слушай, тогда я пойду, прошвырнусь по отделению, ладно? Мало ли встречу его. А вы тут пока семьей поговорите.
– Конечно, иди, только зачем…
– Скоро вернусь!
– В дверях Снежана столкнулась с медсестрой. – Ой, как хорошо, что вы зашли? Не подскажете, где зав отделением?
– Так в кабинете у себя…
– Отлично, спасибо!
– Герасимова, - обратилась медсестра к Ирине, - на процедуру поедем или пешочком дойти сможем?
– Думаю, лучше поедем.
– Игорь, кати кресло сюда! – гаркнула медсестра в сторону коридора.
Вскоре Ирину с комфортом разместили в кресле и повезли в процедурную.
– Подружились с соседкой?
– спросил Вова.
– Это хорошо, Люд. Значит, на поправку идешь, иначе бы не было желания лясы точить. Такими темпами скоро и домой, да ведь?
– Да, Вов. Но не раньше середины следующей недели.
– Ох… ох… без тебя совсем зашиваюсь.
– Я понимаю, но ничего не могу поделать. Решение о выписке принимает врач. Я-то, сам понимаешь, хоть и рада встать на ноги да рвануть домой, но пока не могу самостоятельно даже подняться.
– Мам, прекрати, - сказала Арина, - не надо никуда рваться. Папа преувеличивает. Ты лечись, у нас все в порядке. Олег, расскажи, как вы вчера выиграли турнир с придурками-друзьями.
– О-о, мам, точно! – сразу оживился сын, похоже даже не заметив часть про «придурков». – По пятьсот рублей каждому дали, представляешь? Всего было двенадцать команд и мы оказались самые крутые, хотя самую первую катку чуть не слили… Щас расскажу – не поверишь, мам!
Пока Олег взахлеб рассказывал, какая у них с друзьями сложилась замечательная команда, Владимир ерзал на стуле. Как будто ему тоже было что сказать и аж не терпелось сделать это. Когда сын выдохся, Люда вперила взгляд в мужа, мол, давай уж, рассказывай.
– Совсем забыл, Людок! – наигранно хлопнул себя по лбу тот.
– У Сереги же день рождения в эти выходные. И мы, значит, ну, чтоб особо не мудрить, решили просто арендовать небольшую дачку с банькой на два дня. Ты ж не против? За детей не волнуйся – Тамара Яковлевна и Снежана обещались приглядеть, накормить и все такое. А если какой форс-мажор, то и Зойке могу звякнуть.
– Зое не звони! Я ей ничего не рассказывала, ни к чему ее сейчас волновать. У нее Никита ногу сломал, а Лева подхватил воспаление легких, есть подозрение на коронавирус. Дел у нее и без нас хватает.
– Никакого коронавируса не существует, - сказал с умным видом Вова. – Я только недавно узнал. Так что голову ему там только морочат. Но я понял, ей звонить не буду. Это и не проблема, Люд. Тамара Яковлевна и Снежана справятся. Одна не сможет, так вторая подхватит. Посидят с нашими сорванцами.
– Со мной не надо сидеть, мне шестнадцать лет! – возмутилась Арина. – Я вообще собираюсь с ночевкой к Полинке. У нее мама дома будет с нами, просто в другой комнате. Мы хотим приготовить пиццу, а потом устроить пижамную вечеринку. А папа не разрешает идти!
– Я не знаю никакую Полинку, - пожал плечами Вова.
– Они дружат с детского сада, Вов.
Тот снова пожал плечами:
– А, ну тогда пусть идет.
– Ариш, конечно иди, только оставь отцу номер телефона теть Лены и самой Полины, хорошо?
– Хорошо, мамуль, спасибочки!
– Арина наклонилась и легонько обняла мать.
– Так вот, Люд, - продолжал Владимир, - дачу, говорю, снимем на выходные с баней. Точнее, уже сняли. Ты все равно тут пока лежишь, все ж обошлось, верно? Можно нам и отметить. Баня же – это святое!
Людмила в уме начала делать нехитрые подсчеты, и получившаяся предварительная сумма ее совершенно не обрадовала. К гадалке не ходи, Вова легко угробит треть зарплаты, ведь снова захочет прыгнуть выше головы, как обычно делал для своих друзей.