Чтение онлайн

— Боюсь, у нас плохие новости.

Он взял со стола большой бумажный конверт и тут же положил обратно.

— В чем дело, Виктор? — спросила Демарко.

— Вчера идентифицировали тело Томаса Клэра. Его обнаружили в сгоревшей машине на окраине Анкориджа.

Эбби слышала слова, но почему-то смысл сказанного никак до нее не доходил. Комната показалась вдруг нестерпимо душной. Ей не хватало воздуха.

— Лиза и Томас уехали из Фэрбенкса одновременно. — Виктор обращался к Демарко. — Это было в пятницу второго апреля. Они разъехались в противоположных направлениях: Лиза поехала на север, в Лейкс-Эдж, а Томас отправился на юг, в Анкоридж. Судя по всему, с Томасом был некто по имени Мэг.

Эбби вздрогнула. Томас взял МЭГ с собой в Анкоридж? Значит ли это, что опытный образец сейчас в руках убийцы?

— Я выясню, кому принадлежит это имя, — сказала Демарко.

Виктор уставился в окно отсутствующим взглядом.

— Сержант! — позвала его Демарко.

Он стряхнул с себя оцепенение и повернулся к Эбби:

— Вы хорошо знали Томаса Клэра?

— Пару раз его видела. В университете в Фэрбенксе и на обеде. У него дома.

Он тогда жарил на вертеле картошку и недавно пойманную семгу, но стряпня вдруг загорелась.

Огонь перекинулся на его бороду, что показалось ему невероятно забавным. Эбби и Лиза приложили к его щекам мазь, потом заказали по телефону пиццу и пиво на дом, после чего все вместе долго смеялись, особенно когда они с сестрой при помощи маникюрных ножниц пытались привести в божеский вид обуглившуюся растительность на его лице.

— Мне он очень нравился, — сказала она вдруг охрипшим голосом. Он ей не просто нравился — она относилась к нему с глубоким уважением и трепетом не только потому, что он практически удочерил такого трудного человека, как ее сестра, но и потому, что он был исключительным, редким человеком, добрым и щедрым душой. У него было огромное сердце. Как у Ральфа.

Виктор посмотрел на нее, заметил слезы и начал тереть переносицу.

— Прошу извинить меня… Мы не могли вам этого не сказать. Лучше вам узнать это от меня, чем из газет.

Он глубоко вздохнул и сказал:

— Его подожгли в машине, чтобы тело было трудно опознать. Непонятно, был ли он мертв, когда поджигали машину. Череп не поврежден, остальные кости тоже целы. Он был прикован цепями к рулю.

Виктор сжал зубы.

— Криминалисты считают, что его сожгли заживо.

Сердце Эбби сжалось от ужаса.

— Боже мой! — выдохнула Демарко и закрыла глаза.

— Вы точно знаете, что это Томас? — спросила Эбби.

— Криминалистическая экспертиза зубов гарантирует стопроцентную точность.

— Такое не мог сделать нормальный человек. Наверное, это был какой-то маньяк… — бормотала Эбби, не в силах осознать случившееся.

— Ваша сестра больше не пыталась с вами связаться? — спросил Виктор. — Может, по радио? Нам нужно знать, где она и что с ней ничего плохого не случилось.

Она резко подалась вперед:

— Вы по-прежнему считаете, что она убила Мари?

Виктор смотрел ей прямо в глаза. Она не поняла, что именно было в этих глазах. Жалость? Сочувствие? Что бы там ни было, это был взгляд человека с железной логикой и волей.

— Мы пока не делаем никаких выводов, но нам с ней непременно нужно встретиться и поговорить. В основе всего этого дела — ее научные разработки.

— Значит, ордер на ее арест остается в силе?

Он примирительно развел руками:

— По правде говоря, мы не считаем, что ваша сестра могла убить Мари. Они дружили, стремились к одной цели — запатентовать некое изобретение, над которым Лиза работала с Томасом.

Виктор поднялся.

— Прошу извинить, но перед отъездом я должен переговорить с Демарко. — Он снял куртку с крючка, прибитого к двери, и набросил ее на себя.

— Постойте, — подскочила Эбби. — А что насчет Питера Сантони? Того ученого, которого Лиза и Томас изгнали из лаборатории?

— Мы сейчас его разыскиваем.

Эбби уставилась на Виктора:

— Вы хотите сказать, что не знаете, где он сейчас?

Он не ответил, что она расценила как признание этого печального факта.

— Сантони исчез?

Виктор вернулся к столу, взял три конверта из плотной коричневой бумаги и начал засовывать их в портфель.

— К сожалению, на прошлой неделе он отправился в Джуно, столицу штата, и мы пока не можем его разыскать.

— Вам это не кажется подозрительным?

— Да, это очень подозрительно. — Виктор вынул из портфеля один из конвертов и извлек оттуда несколько фотографий.

— Вы знаете кого-нибудь из этих людей?

Эбби просмотрела фотографии, но ни на одной из них не нашла никого, похожего на похитителей. Она вернула их Виктору, тот вытащил из пачки одну фотографию и попросил внимательно на нее посмотреть. Она долго изучала неприветливое лицо человека, разменявшего шестой десяток, аккуратно подстриженную седую бороду, широкий курносый нос, узкий рот, потом пожала плечами:

— К сожалению, ничего не могу сказать. А кто это?

— Питер Сантони.

Она еще раз внимательно посмотрела на фото — нет, этого человека она не видела ни разу в жизни.

Эбби сидела на топчане у себя в домике, а в голове проносились самые пестрые воспоминания: Томас в белом халате в лаборатории, кругом металлические коробочки с какой-то проволокой, жужжат компьютеры, выплевывая бесконечные столбики цифр; дыхание сестры с запахом шоколада.

Как это случилось? Мари и Томас убиты, сестра скрывается. Мари и Томаса убил один и тот же человек? Может, этот человек уже нашел Лизу и тоже ее убил?

В дверь постучали — она как будто не слышала, дверь открыли — она не пошевелилась.

— Входи, — услыхала она раздраженный мужской голос. — Ты что, не понимаешь, что я тебе говорю? Место!

Она услышала легкий стук когтей по полу, и тут же к ней в ноги метнулось мохнатое серо-белое существо, которое бешено мело хвостом и шумно дышало, высунув язык.

Плотно сжатые губы Эбби расплылись в улыбке. Моук извивался и радостно повизгивал, он то зарывался головой в ее колени, то отскакивал и снова бросался в ноги, постанывая от удовольствия.

— Встреча друзей, — констатировал Кэл. — Я все знаю, Эбби. Вот и подумал, что надо тебя немного взбодрить.

Эбби запустила пятерню в густую длинную шерсть на холке и легонько потрепала Моука.

— Спасибо, — сказала она Кэлу. Напряжение начало понемногу отпускать.

— Что, дружок, как дела?