Чтение онлайн

Касьян встал, подошёл ближе. Акерим отлетел, но недалеко. Уставился на Касьяна, забавно наклонив хохлатую голову.

Удивительная птица. Белая, как… как листы волшебной книги Иринея.

Акерим вдруг взлетел и устремился в камыши. Там выбрал свободное местечко, сел на воду и начал бормотать:

— Пиу-пиу.

И всё смотрел на Касьяна, словно звал его.

Юноша заглянул дальше в заросли. Там застряла в стеблях коряга, разлапистая, чёрная. И за одну из ветвей её зацепился громадный ком веток.

Гнездо.

— Пиу-пиу, — сказал акерим по-своему. — Да, гнездо.

Касьян, не разуваясь, полез в воду, пробрался сквозь заросли камыша. Обошёл корягу, приблизился к сплетённым веткам.

Там, в уютном, выстланном листьями углублении лежало пять яиц, крупных, голубых с разноцветными прожилками, удивительно красивых, точно пять драгоценных камней.

Касьян осторожно отцепил гнездо от коряги и вывел его из камышей. Подтолкнул посильнее, так, чтобы унесло ближе к середине реки. Неторопливое течение подхватило маленький плот и повлекло, ласково, бережно.

— Пиу-пиу! — хлопая крыльями, акерим последовал за своим плавучим домом.

Касьян смотрел ему вслед. Акерим кружил над гнездом, потом торжественно уселся на него, сложил крылья. Поплыл. Туда, мимо полей и лесов, мимо деревень и посёлков, мимо стольного града Изберилла, к далёкому морю.

Этим вечером он ужинал рыбой. Наловил, запёк на углях. Хорошо. Подбросил в костёр ещё немного хвороста. Пламя рдело в сумраке, потрескивая.

Солнце уже ушло, звёздный узор потихоньку проявлялся на небе. Он лежал на спине, закинув руки за голову. И через полчасика явилась перед Касьяном царевна в жемчужном своём уборе. А ведь несколько лет назад его новая жизнь с неё и началась, вспомнил он.

И тут мысль его неожиданно сделала скачок в сторону. В ненужную совершенно сторону, надо сказать.

Там, куда он едет, действительно есть царевна. Царская племянница, дочь Юталла.

Он приподнялся на локте, отвёл взгляд от неба и уставился в огонь.

Интересно, какая она? Удастся ли на неё поглядеть? Похожа она на небесную царевну?

Говорить с ним она, конечно, не будет. Ну а вдруг?

Он закусил губу. Вдруг так сложатся обстоятельства, что ему удастся услужить ей? И она поблагодарит его? Может же такое быть.

Касьян долго думал об этом, пока глаза не стали закрываться.

Похихикивая, из пламени высунули мордочки огненные ящерки, которых вышивала порой на белом полотне бабушка Мара.

— Что вы смеётесь? — спросил Касьян.

— Ишь, чего удумал — говорить с царевной! Хи-хи-хи, хи-хи-хи-и-и-и…

— Это мы ещё посмотрим, — с достоинством ответил Касьян. И тут покрывало сна опустилось на него.

Вехи

А на следующий день — снова в путь. До поры до времени судьба благоприятствовала ему. Дорога хорошая, широкая. Дождей было мало. Ночевал в лесу или в сёлах, где его с удовольствием принимали за небольшую плату. Шёл, посвистывал, иногда удавалось прокатиться на попутной подводе.

Тала осталась в стороне, она здесь делала большой зигзаг, огибая возвышенность, уходила на запад. Касьян же следовал на юг, прямым путём к Избериллу, сверяясь с картой, набросанной Иринеем.

Через пару недель он подходил к поселению под названием Вехи.

В пути приходили на ум разные мысли, и все они были лёгкие, скользящие, необременительные, появлялись, порхали, словно цветные бабочки, улетали, и появлялись другие. Даже то, что в обычной жизни пугало, или настораживало, или удручало, сейчас казалось занимательным и легко преодолимым.

По обе стороны дороги раскинулась пахотная земля, бурая лошадка тянула плуг. Вдоль обочин пестрела россыпь весенних цветов.

На окраине Вех располагался большой постоялый двор с белёными стенами. Там Касьян и обосновался. Он думал заночевать здесь, заодно порасспросив местных о неожиданностях, которые могут подстерегать по дороге в Балгу, следующее поселение на пути к Избериллу.

Касьян успел осознать, что на карте, нарисованной Иринеем, всё гладко, но некоторые происшествия картой не предусмотрены, например, обрушившийся мост или камнепад, заваливший дорогу валунами.

На постоялом дворе Вех его огорошили сразу.

— В Балгу идти нельзя! — громогласно отрезал хозяин постоялого двора, крупный человек с залысиной на лбу и огромными руками, более подходящими для кузнеца, чем для трактирщика.

— Почему? — нахмурился Касьян.

Хозяин с неудовольствием поджал губы и закачал головой — туда-сюда — как деревянная игрушка.

— Тигр там завёлся в проходе через скалы, — прозвучал ответ с соседнего стола. Касьян повернулся, там сидел черноволосый человек, узкоплечий, но, кажется, очень высокий, с густыми, неровно растущими бровями. — Тигр-людоед. Большие убытки терпим.

— Тигр-людоед? — переспросил Касьян, поглядев на черноволосого, затем на хозяина. — А вы не пробовали убить его?

Хозяин насупился ещё больше, черноволосый хихикнул.

— Были такие, пробующие… Ты только глянь на него, Фарел! Парень, а ты когда-нибудь видел тигра?

— Нет, — честно ответил Касьян. — Волков видел, медведей. Охотился даже. Не один, конечно.

— А это не медведь, — буркнул хозяин по имени Фарел. — Это берёзовый тигр.

— Берёзовый? — переспросил Касьян.

— Чёрно-белый. Водятся такие в наших краях в берёзовых лесах. Он крупнее обычного. Троих лучших охотников загрыз, и ещё нескольких человек. Больше желающих не находится.

Закончив эту длиннейшую речь, Фарел отвернулся к стоящему у стены бочонку, наполнить кувшин. На затылке у него тоже оказалась проплешина.

Черноволосый отхлебнул из большущей кружки.

— Арлам, — сказал он.

— Что? — переспросил Касьян.

— Арлам. Так меня зовут. Я работаю с драгоценным камнем. Вожу в Балгу его, а иной раз и в Изберилл. — И поправился. — Возил. До этой истории.

Касьян назвался. Он уже давно кратко отвечал, что везёт в Изберилл письмо. Чем ближе к столице он был, тем меньше любопытства вызывало это сообщение.

Арлам с хозяином двора совершенно не заинтересовались.

— Ну, долго придётся ждать этого письма, — проворчал только Фарел.

— Через перевал не пройдёшь, — подтвердил Арлам. — Зверь — хитрая тварь.

— Мне нужно срочно письмо доставить, — упрямо возразил Касьян.

— Всем что-то нужно срочно. Придётся дождаться, когда появятся хорошо вооружённые люди, они смогут его убить.