Чтение онлайн

Он устыдился своей наивности, своих полудетских грёз, своих смутных мечтаний. Хорошо ещё, никто, кроме него, о них не знал.

Ладно, сейчас есть дела поважнее. Он сел на стул, упёрся локтем здоровой руки в колено, опустил лоб на ладонь.

Почему-то ему казалось, что главное — дойти до дворца, а здесь всё будет просто. Но началось скомкано, и какие подводные камни впереди — неясно. Ещё нужно убедить царя, чтобы он не отправил его восвояси. Вдруг подумалось, что это вовсе не подразумевается само собой.

Касьян затосковал по Сини. Вспомнилось, как Ириней, всё повторявший одни и те же распоряжения, за пару дней до его отъезда вдруг затих, и как в час его ухода молча обнял его, крепко, в первый раз в жизни.

“Будь осторожен, Касьян”, - сказал он, наконец, и легонько оттолкнул юношу от себя.

Тревожился он, понятно. И не зря. Касьян тогда это до конца не осознал.

Снова открылась и закрылась дверь. Он вскинул глаза. Перед ним стояла всё та же Стасия. В руках у неё была какая-то ткань.

— Я принесла повязку. Замотать надо, — деловито сообщила она. — Извини, я не могу тебя так оставить.

Она стояла перед ним простоволосая, в холщовом платье, и выглядела… не выглядела она, как царевна. И не вела себя, как царевна.

— Говорю же — обойдусь, — устало сказал Касьян, отбросив колкое обращение “царевна Стасия”.

Стасия вздохнула.

— Слушай, ты пойдёшь на приём к царю в драной окровавленной рубахе? Государю Аристарху Седьмому, в общем-то, наплевать, надо отдать ему в этом справедливость. Но во дворце найдутся люди, которые за такое нарушение приличий не просто повесят, а четвертуют.

Он отмахнулся.

— Ладно, оставь… замотаю.

Стасия покачала головой.

— У тебя не получится закрепить. Согни руку. Нет, локоть лучше на спинку стула.

Она перевязала ему плечо, довольно умело. Стёрла высохшую кровь.

Царевна Стасия. Его начало тревожить чувство невозможности происходящего.

— Спасибо, — нехотя проговорил Касьян.

Ужасно не хотелось её благодарить, но пришлось.

— Не за что. Я ещё рубаху принесла, — сказала Стасия. — Стянула её у Гателия.

Гателий был старшим сыном Аристарха, наследником престола. Касьян вдруг окончательно почувствовал себя в каком-то дурном сне.

— И что он скажет, когда обнаружит, что заезжие гонцы крадут его одежду?

— Ничего не скажет, — удивлённо отозвалась Стасия. — Он даже не заметит. У него знаешь сколько этих рубах?

Касьян с сомнением посмотрел на неё. Она пожала плечами.

— Ты прав, что мне не доверяешь. Но я могла бы и не говорить тебе, откуда рубаха. Я её оставлю, решай сам.

Она ещё раз взглянула на повязку и поинтересовалась:

— Кстати, а откуда у тебя эти раны?

— Тигр напал, — кратко ответил Касьян.

— Ти-и-игр? — недоверчиво протянула Стасия. — Шутишь? Как ты жив остался?

— Убил его.

Стасия скорчила недоверчивую гримасу.

— Врёшь!

— Я обычно не вру, в отличие от иных.

— Так, — с досадой сказала Стасия, — это камень в мой огород. И в чём я тебе соврала? Сказала, что дама — моя любимая карта? Так оно и есть. А бросать её на игровой стол я тебя не просила, ты сам это сделал. Ты не знал про Игру?

— Знал.

— А зачем тогда послушался меня?

Он не ответил. Не нашёлся, что ответить. Просто взял карту. Просто положил на стол. Кто ж знал, что тут всё так… затейливо.

— Ты пойми, — назидательно заявила Стасия, — это дворец. Здесь каждый может тебя подставить.

— Учту, — односложно отозвался Касьян.

— Ладно, я пошла. В обычное время Ольтем бы тебе больше внимания уделил, но он занят устройством празднеств, шесть островов не каждый день с неба падают. Ничего перед собой не замечает.

В её голосе прозвучало торжество, приглушённое, но Касьян его почувствовал, вспомнил, что сыграл роль марионетки в её руках, и благодарность его развеялась. Ему захотелось её осадить.

— Слушай… С этой дамой, конечно, дико повезло, но не стоило так делать.

Стасия резко обернулась к нему. На лице её вдруг отразился гнев.

— По-вез-ло? — медленно, по слогам проговорила она. — Ты говоришь — повезло?!

— А что, разве нет? — тихо сказал Касьян.

Стасия сделала шаг ему навстречу, и дыхание её отяжелело от негодования.

— Так ты считаешь, что это случайно? Что я — избалованная дурочка, которая не знает, что делает? И решила поиграть первой попавшейся красивой картинкой?

Застигнутый врасплох, он не сразу ответил.

— Ну уж говори! — настаивала Стасия.

Касьян не умел лицемерить. К тому же, он до сих пор был порядком зол, и злость толкнула его на откровенность.

— Каюсь. Именно так я и думал. Ты не только картой, ты и человеком поиграла. Ты ж меня как пешку использовала.

— Использовала, — угрюмо ответила Стасия. — Пусть так. Похоже, это тебя и бесит. Но шесть островов для Трилады не стоят твоего самолюбия? А опасности никакой там не было. Я прекрасно знала, к чему приведёт этот ход.

— Поэтому с тебя взяли клятву не прикасаться к картам? — с издёвкой спросил Касьян.

Они были знакомы полдня, а он ругался с ней, как будто Стасия была с соседнего двора, как будто он знал её всю жизнь, и не с лучшей стороны.

— Что ты вообще в этом понимаешь?! — гневно воскликнула царевна.

И решительно вышла из комнаты, изо всей силы хлопнув дверью.

Касьян покачал головой, вздохнул. Что на него нашло? Выдержки не хватило. Ну, будь что будет.

Посмотрел на рубахи. Хотел надеть свою, но она и впрямь и порвана, и в пятнах крови. Взять ту, которую принесла Стасия? Оглядел её. Ничего примечательного. Рубаха как рубаха. Почти как его собственная, только новая. А, ладно…

Вот стоило ли всё это говорить? Мальчик из глухого селения вздумал воспитывать царевен. Зачем?

Правду ли она сказала? Она и в самом деле знала, что выиграет?

Долго размышлять, к счастью, не пришлось, появился Ольтем и поманил его за собой.