Чтение онлайн

Решившись переночевать в квартире, я направился обратно на кухню за рюкзаком. Уже на кухне я погасил фонарик, чтобы не привлекать внимание с улицы, и положил его на стойку рядом с монтировкой. Когда глаза окончательно привыкли к темноте, мое внимание привлек неясный шорох со стороны окна, выбивающийся из усыпляющих звуков дождя. Я отвлекся от копошения в рюкзаке и поднял глаза к оконному проему. С обратной стороны окна на меня в упор смотрела ужасная морда, похожая на ту, что я видел в подъезде, только более массивную. В темноте трудно было различить что-то кроме силуэта и части морды, освещенной отблесками луны. Волосы встали дыбом, а дыхание перехватило. Я медленно поднялся с корточек. Тварь за окном зеркально повторила мое движение, начав взбираться на подоконник. Все это происходило в полнейшей тишине, разве что моросивший дождь создавал небольшой шум. Если бы не он, то я бы подумал что оглох от страха. В голове пронеслась мысль о том, что если не предпринять хоть что-то, то меня просто разорвут на куски. Изо всех сил я рванулся спиной к выходу из кухни. Тварь прыгнула с запозданием в секунду, запутавшись в занавесках. Когти прошлись по жесткой такни куртки, оставив там рваные полосы. Удар скорректировал мое падение, и я вместо того, чтобы влететь со всего маха в косяк пролетел через дверной проем. А вот измененный восставший врезался в стену, чуть правее меня. Пока монстр приходил в себя, я схватился за край двери и потянул ее на себя. Как только прозвучал щелчок закрывшегося замка, дверь содрогнулась от удара твари. Сверху посыпалась штукатурка. Я отполз к входной двери и оперся на нее спиной часто дыша. Раз за разом содрогаясь всем телом от звуков мощных ударов. Каждую секунду я ожидал, что дверь не выдержит и восставший ворвется в темный коридор. Внезапно, дверь за спиной ощутимо вздрогнула. В этот же момент раздался грохот удара. Я мгновенно вскочил на ноги и развернулся к ходившей ходуном, от ударов, двери. Она выдержала первый, самый сильный удар, нанесенный, видимо, с разбегу. Последующие удары были уже вполовину слабее. Я развернулся ко входу в комнату, куда из окон попадал лунный свет. И только двинулся туда, как заметил мелькнувшую тень. Я был настолько напуган происходящим, что абсолютно отстраненно юркнул к двери и захлопнул ее за собой, оставшись в кромешной тьме коридора. Буквально через секунду из комнаты раздался звук удара, а через несколько секунд в дверь начали ломиться и с этой стороны. Я заметался в темноте, запаниковал. Скуля какие-то непонятные, даже самому себе слова я кружился на месте. В голове была абсолютная неразбериха, я практически утратил свою сущность, леденея от страха. Мысли никак не хотели возвращаться в мою голову до тех пор, пока в результате своих метаний я не саданулся локтем о шкаф. Боль чуть отрезвила меня, и я сделал первое, что пришло мне в голову. Я на ощупь стал пододвигать шкаф к кухонной двери, молясь всем богам этого мира, дабы успеть забаррикадироваться. Из-за того, что я не мог оценить прочность дверей, мое состояние вновь приближалось к панике. Будь у меня пистолет, я непременно застрелился бы, не вынеся этой пытки темнотой и неизвестностью. Удары с трех сторон сыпавшиеся на двери ни на секунду не прекращались, в какой-то момент я просто перестал слышать свой скулеж из-за этого грохота. Как мне удалось сдвинуть к двери тот здоровенный шкаф, я так и не понял. Кажется, что в тот момент рассудок меня вновь оставил. Шкаф очень удачно подпер дверь, даже звуки ударов стали тише. Вспомнив, что видел рядом со входом в комнату большой комод я ринулся к нему. Из-за полного отсутствия света я больно ударился правым коленом об угол дверцы, от чего в глазах потемнело, но более я не обращал на удар внимание. Чуть выше дверной ручки, где были вырезаны квадратные узоры и дверь была легче, раздался треск. Спустя пару секунд, пока я с ужасом взирал на увеличивающийся просвет, в дыре показался неясный в слабом свете луны силуэт. Я в ужасе отшатнулся от комода и упал на задницу, в дверь вновь посыпались удары, казавшиеся, из-за их возросшей громкости, вдвое сильнее. Следующий момент я запомнил очень отчетливо. Время чуть замедлило ход, а мысли застывшие в голове от ужаса, казалось, наоборот ускорились. В кромешной темноте я видел лишь какую-то часть тела перерожденного мертвеца скрытую тенью. Она дергалась в выломанном проеме, периодически там же появлялась часть головы монстра. Не знаю, видел ли он меня, чуял ли, но каждый раз, когда на фоне лунного света появлялось овальное что-то, я четко осознавал, что эта тварь следит за мной. От этого осознания поджилки затряслись. Я не хотел умирать так страшно. От страха у меня потекли слезы и я закричал. Закричал так громко, что заглушил удары в дверь. Я вскочил, не прекращая кричать, изо всех сил навалился на комод. Крик помогал отрешиться от страха и сделать хотя бы что-то для спасения своей жизни. С криком изнутри поднималась волна жгучего бешенства. «Только не так!» — Билась в голове фраза. Придвинув комод торцом к двери, я обессиленно осел на пол. Удары в двери не прекратились. Приступ ярости сходил на нет, оставляя после себя лишь страх. Я отполз к стене и нащупал дверь в ванную. Совсем о ней позабыл во время нападения. Я медленно поднялся на ноги, оперевшись на дверную ручку. Затем медленно, как во сне, зашел в маленькую комнатку и закрыл за собой дверь. Звуки ломаемых дверей, а значит приближающейся смерти стали гораздо тише. Я на ощупь нашел кран и отвинтил его, послышался звук, льющийся воды, который практически полностью заглушил звуки ударов. Мне стало гораздо лучше, а на губах, против моей воли, появилась улыбка. Справа от меня с небольшим хлопком вспыхнул огонек, заставивший меня подпрыгнуть от неожиданности. Газовый водонагреватель, ну да у половины города такие стоят. Если есть «колонка», значит, есть горячая вода. В голову пришла мысль, что если погрузиться под воду, то звуки исчезнут, и наступит покой. Я, находясь в некой прострации, отрегулировал воду, снял с себя всю одежду, аккуратно разложив на небольшой тумбочке. Когда, ванна наполнилась, я выключил воду. Забравшись в горячую воду, я погрузился, оставив на поверхности только лицо. Звуки за пределами ванной исчезли вовсе. Сознание, отгородившись от ужасной реальности погасло.

Просыпался я еще дважды за ночь, что бы набрать воду. Восприятие было заторможенным, да и общее ощущение нереальности присутствовало. Никаких мыслей при этом не возникало, казалось разум покинул тело. Стало холодно — вынул пробку из ванной и включил горячую воду. Спустя какое-то время, выключал воду, вставлял пробку и засыпал. Я любил так делать в детстве. Мог часами лежать в горячей ванне и глазеть на потолок, думая о всяких мелочах. До тех пор пока мама не стучала в дверь. Бывало, в зимнюю пору, набегавшись по сугробам, возвращался домой замерзший до такой степени, что зуб на зуб не попадал. Только скинув ботинки, сразу бежал в ванну и включал горячую воду. Пока снимал с себя промокшие вещи, разбрасывая вокруг себя снег, ванна набиралась, и я с радостью плюхался в нее, отогревая промерзшие кости. Тепло и уютно, а потом еще и сытный ужин, который мама подогревала к моему приходу.

Три монстра рвущиеся ко мне, звуки выламываемых дверей и полная отчужденность. Вздрогнув всем телом, я открыл глаза. По воде пошли волны. Чуть приподнял голову так, чтобы уши были над уровнем воды. Вокруг была тишина, нарушаемая тихим плеском воды из-за моих движений и темнота. Я долго не решался вылезать из воды, слишком живы еще были воспоминания о тварях охотившихся на меня. Даже не о самих тварях, сколько о том ужасе, что я пережил. Еще никогда в жизни я не испытывал такого страха. Куда там «Американским горкам» или прыжкам с парашютом — баловство.

Вода была холодная, и я все же решил выбираться. Для начала начал двигать руками и ногами — тело плохо слушалось. Ночь проведенная в воде, да и еще в такой неудобной позе. С трудом поднявшись, я ступил ногами на мягкий коврик, где принялся за пародию на зарядку. Подвигал руками, поприседал и повертел головой, разминая шею. Все затекло и теперь нещадно ныло. Ушибы, заработанные мною за короткое путешествие, отдавались тупой болью. Только спустя десять минут непрекращающихся упражнений я почувствовал себя более или менее сносно. За все это время я не издал ни единого звука, если не считать хруста суставов. С обратной стороны двери я не слышал никаких звуков, разве что где то вдалеке можно было различить вой сирен, и вроде бы выстрелы. А еще я услышал грохот, из-за которого чуть не нырнул в ванну обратно, но мозг своевременно определил принадлежность звука. Гром. В марте — ага. Собственно, меня это не то, чтобы удивило. Мертвецы по городу шуруют толпами и это норма, так что выкрутасы Самарской погоды это последнее, что меня волновало в тот момент.

Воспользовавшись висевшим, здесь же, полотенцем я насухо вытерся и надел чуть отсыревшие вещи — превосходно. За все это время в квартире не было и звука, что чуть поумерило мою панику. Я медленно, буквально по миллиметру, открыл дверь. Передо мной простиралась картина хаоса. Дверь в комнатку была буквально разорвана в щепки, везде валялись куски мебели и домашней утвари. С дверью на кухню была та же история. На самой кухне был полный разгром. Ящики с посудой валялись на полу, холодильник был опрокинут на стол, загромождая проход во вторую половину помещения. Но это я заметил лишь краем глаза. Мой взгляд упал на кровавое пятно возле самого окна, через которое вчера я и проник в квартиру. Даже не столько само пятно привлекло мой взгляд, сколько человеческие останки рядом. Меня замутило, но оторвать взгляда я не мог. Очередной раскат грома заставил меня вздрогнуть и наваждение спало. Больше на пол, где были разбросаны человеческие кости, я старался не смотреть. С облегчением обнаружил свои вещи там, где их оставил, правда для того чтобы их забрать, мне пришлось карабкаться по холодильнику рискуя сверзиться с него на пол усыпанный осколками посуды. Зато на мои пожитки не попала кровь и останки обеда восставших. При мысли о них меня вновь замутило. Да и запах на кухне был такой, как в мясной лавке.

Я осторожно выглянул в окно. В лицо пахнуло свежестью и озоном. Машина была на месте. Видимо над ней знатно поиздевались ночью. Крыша была изодрана когтями тварей, а через все лобовое стекло проходила трещина. Кузов был обильно забрызган кровью. Дождь, который видимо, начался не так давно, смыл большую часть, но кое-где оставались красные подтеки и разводы. Я аккуратно выбрался из окна и обошел машину. Заметил еще следы на капоте «Дастера» и совсем уж киношные отпечатки кровавых ладоней на пассажирском окне. Меня это несколько озадачило. Рядом с машиной я обнаружил еще останки, на этот раз костяк был сравнительно целым. Судя по увиденному, твари ломившиеся ко мне, отвлеклись на людей, останки которых я и наблюдал. Одно непонятно, при каких условиях здесь оказались люди. Увидели бесхозный транспорт и хотели смародерить? Или услышали шум и хотели помочь? Громовой раскат вновь вывел меня из задумчивости. Мало того, что я стоял под усиливающимся дождем, так еще и по сторонам смотреть перестал — недавняя ночь явно повредила мне кукушку. Я закинул рюкзак на заднее сидение, а сам полез за руль. В машине сразу почувствовал себя намного увереннее, хотя даже двигатель не завел. Заблокировал двери, достал пачку сигарет и прикурил. В голове крутились мысли о встреченных ночью монстрах. Этот вид ничем не походил на ранее увиденных восставших, что шлялись по округе. Быстрый, агрессивный и до одури пугающий.

Я постарался выкинуть из головы ночное происшествие и сосредоточиться на реальности, а то так и помереть можно, живя прошлым. А реальность напомнила о себе урчащим желудком. Затушив наполовину выкуренную сигарету, я достал пакет с шоколадными батончиками и тут же умял половину пакета. Пять «Сникерсов» — я столько и в детстве не съел бы за раз, но надо признать, что голод пропал полностью. Запив сладости водой из бутылки, я достал зубную щетку и умылся. Не хватало еще, чтобы зубы заболели. Хрен знает, где в ближайшее время стоматолога искать. Покончив с процедурами, я завел двигатель и вновь закурил. Нехорошие мысли я старательно гнал из головы, осматривая окрестности на предмет опасности. Как ни странно я не заметил вообще ни одного восставшего, хотя ожидал, что с каждым днем их будет только больше. Это было странно. Что еще за особенность поведения? Они в дождь без зонтика не выходят или что? Уже докуривая бычок, я с каким-то даже облегчением заметил как из-за угла дома, медленной заплетающейся походкой вышел восставший. Судя по тому, как он неторопливо повернулся, всем телом, его привлек звук работающего мотора. На его звук он и побрел. Я следил за ним в зеркало заднего вида. Когда он приблизился на расстояние пяти метров я достал монтировку с соседнего сидения и вышел из машины. Хватит истереть. Эти твари — данность, и если каждый раз при встрече с ними я буду впадать в панику на грани сумасшествия, то долго я не проживу. Пусть даже в таком странном и страшном мире, но жить мне хотелось. Очень хотелось, поэтому я постарался преодолеть свой страх, подбадривая себя тем, что ночью я пережил куда более опасную ситуацию, чем встреча с таким вот медлительным восставшим. Не доходя до мертвеца нескольких шагов, я хорошенько размахнулся и ударил монтировкой. Удар пришёлся точнехонько по черепу тянущей ко мне руки твари. Этого ей вполне хватило, чтобы мешком опасть на землю. Монстр превратился в кучу гниющего мяса.

Я с удивлением заметил, что страх перед медлительными восставшими практически исчез. Омерзение и опаска остались, а вот панический страх мешающий думать пропал. Я нагнулся и протер монтировку полой пиджака восставшего. Обычный мужчина средних лет в грязных джинсах и темном пиджаке. Правый рукав был оторван по локоть, а на предплечье виднелась рваная рана. Похоже, при укусе у него вырвали кусок плоти. Лицо приобрело серый цвет, а кожа осунулась. Зрелище не из приятных, но я специально не отрывал взгляд, силясь запомнить образ поверженного врага. Со стороны угла послышался шорох, и я моментально развернулся в его направлении. Так и есть, еще один. Надо взять на заметку — их привлекает звук. В мою сторону двигался еще один восставший, на этот раз бывший некогда женщиной. Кожаная куртка была разодрана в клочья, а находящийся под ней белый топик был весь в крови и грязи. Некрасиво облепив мертвое тело из-за дождя, он демонстрировал ужасную рану в районе живота. Вкупе с объеденным лицом зрелище было жуткое. Видимо девушка до последнего боролась за жизнь. Восставшего покачивало — девушка при жизни носила сапоги на высоком каблуке. Из-за этого, походка казалась немного комичной, но мне было не до смеха. Не став ее дожидаться я забрался в прогретую машину и тронулся с места. Выезжая с газона, я заметил, что тварь при моем отдалении остановилась. Лишь проводила безразличным взглядом жутких глаз.

Руки слегка потряхивало, выброс адреналина был нешуточный. Что бы хоть как-то успокоиться я взглянул в зеркало заднего вида. Хотел подмигнуть своему отражению, так сказать приободрить самого себя раз уж больше некому, а в итоге оцепенел. Темные короткие волосы перестали быть таковыми. То есть короткими-то они остались, а вот темными больше нет. Я ошарашено смотрел на себя в зеркало. Ночные приключения не прошли даром — мои волосы поседели.

Мысли о вчерашнем вновь начали всплывать в сознании. По спине пробежал холодок, когда я представил, что бы со мной стало, ворвись они в ванну, когда я там безмятежно плескался. Да и выверты моего сознания порядком удивили. Это ж надо было полезть в ванну в такой момент?! Спишем на временное, надеюсь, помутнение рассудка. Из безрадостных дум меня вырвал звонок телефона. Я чуть не влетел в раскорячившуюся на половину дороги «Волгу» с кровавыми разводами на стеклах. Кое-как уйдя от столкновения, я притормозил на повороте и огляделся по сторонам. Восставших рядом не заметил. Только после этого я достал телефон из бардачка. Трясущимися руками я принял вызов с незнакомого номера.

— Да, алло! — Голос дрожал от волнения.

— Алло, ал…! Лекс?…екс, ты слыш… мен…? — В трубке раздался голос Николая. Голос то пропадал, то появлялся вновь.

— Принимаю на два бала, говори медленнее! — Я уже орал в полный голос. Плевать на восставших, которые сбегутся на крики. Мне во что бы то ни стало нужно было найти друзей. Я один или на корм тварям или вообще свихнусь окончательно. Нужно к людям.

— Слуш… внимательно! Мы с Ор…. в доме н… Линии! Повто…, мы с Орловым нах… в д…ме на седь… — Телефон пиликнул. Я недоуменно посмотрел на аппарат: одна-две полоски, не фонтан, но для связи достаточно. Я повторно набрал номер: выключен. Позвонил на номера друзей и не получил никакого результата. Проверил номера родителей. Все безрезультатно. Из слов Ленского я понял, что ребята засели в каком-то доме по улице Седьмая Линия. Как они туда попали, я не имел не малейшего представления. Да и не волновало меня это. Не сказал бы, что у меня гора с плеч упала, но настроение явно улучшилось. Я не один в этом погибающем городе.

Где находился названный дом, я представлял очень отдаленно, был в тех местах всего пару раз. Ехать до них было совсем немного, если заторы на дороге не помешают. Улочки ближе к берегу реки становились совсем узкими. Одна надежда, что большинство жителей этого элитного района уезжали еще до начала эпидемии или покидали свои жилища на плавучем транспорте. Немного поплутав по узким улочкам, я таки нашел требуемую. Непогода усиливалась. Дождь был достаточно сильным, крупные капли падали на стекло, ухудшая мне обзор. Впервые я видел такой ливень в марте, обычно в это время еще лежит снег. Восставших практически не встречал. Видимо мои предположения по поводу эвакуации обеспеченных людей оказались верны. Ну, или восставшие не любят непогоду. Этого варианта я так же не исключал.