Беспокойный ветер
Шрифт:
– Куда я должен пойти, чтобы поговорить с главным?
– До «Лэйзи-Эйч», на северо-запад.
Риз кивнул и повернулся в указанном направлении.
– Не надо на нес сердиться. Она просто не умеет по-другому.
Вздохнув, Риз в душе согласился с Питом. Впрочем, от этого ему не стало легче.
– Я тебя нагоню, только сначала чуток поболтаю с Деллой.
– Деллой?
– Моя жена.
– Я помню, что вчера вечером я танцевал со многими женщинами, но что-то не припомню, чтобы среди них была твоя жена.
– Я бы удивился, если бы ты сказал, что танцевал с нею. Моя жена – калека. Она уже десять лет, как не ходит.
У Риза отвисла челюсть. Джем говорила, что жена Пита экономка у них на ранчо. Если она с Питом десять лет прожила у Уитэйкеров, не в состоянии справляться со своими обязанностями, то это значит, что Джем...
Риз снова взглянул на пыльный след от копыт лошади Джем. И это – суровая хозяйка? Женщина, которая десять лет платила экономке, не способной передвигаться по дому?
Встряхнув головой, Риз повернулся и неуверенными шагами направился к конюшне. Джем оказалась куда менее предсказуемой, чем, к примеру, игра в покер в темном салуне.
Джем соскочила с жеребца и отряхнула пыль с брюк. Солнце уже клонилось к закату, но у нее не было ни секунды, чтобы полюбоваться великолепной игрой алых и багряных красок на небосклоне.
Она гадала, что ожидает ее за дверью. Быть может, Макинтайр прохлаждается в кабинете, поглощая виски, и думать забыл о предстоящей ярмарке? А что если он собрал свои вещички и сбежал?
Джем вспомнила, как он смотрел на нее сегодня утром. По его виду можно было предположить, что ему приятнее вид коровьей лепешки. Джем сняла шляпу и машинально попыталась пригладить развившиеся и растрепавшиеся волосы, но тут же одернула себя и опустила руку.
Ведь это был не брак по любви. Это была сделка. Верно, ей было приятно прочесть в его глазах нескрываемое восхищение, когда она появилась перед ним в атласном праздничном наряде. Но она была не павлином. Она была Джем Уитэйкер. Вернее, теперь уже Джем Макинтайр.
Но она не стала другой из-за того что сменила имя. Она не собиралась казаться другой, чем была на самом деле. Джем нащупала медальон, спрятанный под грубой рубахой. Металл был холодным на ощупь. Джем сглотнула комок В горле. Ей было страшно войти в собственный дом.
Из сгущающихся теней показалась чья-то фигура, и Джем вздрогнула от неожиданности. Но прозвучавший голос не был голосом Риза.
– Мисс Уитэйкер?
Джем с облегчением вздохнула. Это был знакомый голос, и принадлежал он Грэйди Ортону, ее бывшему работнику.
– Грэйди?
– Да, это я.
Грэйди снял шляпу в знак уважения. Джем окинула взглядом лицо и непроницаемые черные глаза Ортона.
– Что ты делаешь в наших краях? Я думала, что вы с Чарльзом...
Ортон пожал плечами, перебив ее:
– Мне здесь больше нравится, мэм. Здесь мой дом.
– Я тебя понимаю. Почему бы тебе не остаться, Грэйди? Завтра мы будем нанимать работников.
Ортон провел пятерней по жирным черным волосам.
– Благодарю вас, мэм. Я буду вам очень признателен.
– Ступай в барак и как следует перекуси. Ужин вот-вот будет готов.
В сгущающихся сумерках Джем разглядела вспыхнувшую на его лице улыбку.
– Я так надеялся, что можно будет чем-нибудь подкрепиться!
Джем улыбнулась ему в ответ и проводила взглядом удаляющегося ковбоя. Если Ортон был здесь, то не значит ли это, что и Чарльз Сойер бродит где-то поблизости? Но прежде, чем она успела додумать эту мысль до конца, двери дома распахнулись.
– Джем! Как я рада тебя видеть, – раздался голос Абигейл.
Джем совершенно забыла о своих гостях. Она думала, что они уже все разъехались по домам.
– Ужин почти готов. Боюсь, что я тебе уже надоела. Но мне так хотелось что-нибудь испечь.
Джем ничего не ответила. Ей всегда было нелегко общаться с другими женщинами и слушать их бессмысленную болтовню. Еще девочкой она избегала своих сверстниц и предпочитала скакать верхом и бросать лассо, чем вышивать и шить платья.
И несмотря на то, что они с Абигейл были ровесницами, Джем избегала и ее общества. А остальные женщины даже не пытались общаться с Джем.
Абигейл неверно истолковала испуганное выражение лица Джем. Она быстро сбежала вниз по ступенькам.
– Я не хотела навязываться. Я понимаю, что ты хочешь побыть наедине со своим мужем...
Джем прочистила горло, подыскивая ответ.
– И, честно говоря, я бы не сидела здесь, если бы Майкл вернулся за мной и отвез меня домой.
Майкл, муж Абигейл, не мог остаться на свадьбе. Неделю назад его помощник сломал ногу, и Майкл был вынужден сам готовить скот к ярмарке.
Джем так ничего и не ответила, и Абигейл торопливо продолжала:
– Мне так неудобно. Я... Джем наконец обрела дар речи.
– Ну что ты, я рада, что ты осталась. – Произнеся эти слова, Джем поняла, , что говорит правду. Абигейл поможет смягчить напряжение. – Риз дома?
Абигейл казалась озадаченной.
– Он ушел с утра и до сих пор не возвращался. Наверное, он и впрямь сбежал, подумала Джем. Она повернулась назад, к загону.
– Я, пожалуй, разыщу Пита и...
– Он тоже еще не возвращался. Обдумывая это известие, Джем неохотно двинулась по ступенькам вслед за Абигейл.
Войдя в дом, Абигейл направилась на кухню.
– Я принесу тебе что-нибудь выпить, пока ты будешь переодеваться.
– Переодеваться?
– После тот, как умоешься, конечно. – Абигейл остановилась, обернулась и взглянула на Джем. – Риз скоро вернется. Ты ведь не хочешь встретить его в таком виде?
Обычно, возвращаясь домой, Джем что-нибудь жевала на скорую руку, играла в карты с отцом, быстренько купалась и валилась в постель. Поэтому сейчас она взглянула на Абигейл с изумлением.
Абигейл подошла к ней ближе и тихо проговорила:
– Теперь ты замужем, Джем, и все это очень важно.
Долго сдерживаемая ярость наконец прорвалась.
– Я не собираюсь корчить из себя черт знает что!
– Никто тебе и не предлагает, Джем. В конце концов, Риз влюбился в тебя.
Слова Абигейл подействовали на нее, как ушат холодной воды. Джем взглянула на свои запыленные брюки. Медленным движением она подняла руку, чтобы сиять шляпу, и встряхнула головой. Растрепанные волосы упали ей на плечи.