Бесстыдница
Шрифт:
Кира больно прикусила язык, чтобы молчать, и крепко сжала кулаки, так что ногти впились в кожу.
— Или ты трахаешься с ним за хорошие оценки? — Он вновь оглядел её презрительным взглядом, заставляя Киру почувствовать себя последней дрянью.
— Что тебе надо?
— Блять, Кира, я любил тебя, — продолжил парень, не обращая внимания на её вопрос. — Всё тебе готов был простить, даже твоё блядство. — Он принялся мерить комнату шагами. — Но это… Это… Даже для тебя уже чересчур.
— Я не шлюха, ты, гандон, — процедила она сквозь зубы. — Это ты выставил меня такой на всю школу.
— Не я тебе изменил. — Он пожал плечами. — Я относился к тебе как к принцессе, а ты втоптала мое сердце в грязь и думала, что не поплатишься за это? Кстати, это мистер Коулман, с кем ты изменила мне?
Кира ничего не ответила. В комнате было невыносимо душно, а она была еще в куртке, под которой можно было свободно плавить сталь, отчего её подмышки уже начали намокать.
— Он же учитель…
— Что тебе надо? — Она повысила голос. — Ты хочешь денег? Чего ты хочешь?
— А на что ты готова пойти, чтобы я молчал? — вызывающе спросил он.
Кира покрылась противными мурашками от его грязного взгляда и явного намека. Фрэнк подошел ближе.
— На что ты готова пойти, чтобы сохранить свой грязный секрет? Представь, что будет, узнай об этом Грин. Твой дружок может попрощаться со своим рабочим местом. Вряд ли его возьмут после этого работать учителем хоть где-то. Хотя я не специалист.
Он встал вплотную к ней.
— Ты спросила, что я хочу? Я хочу тебя. — Он погладил её голове, убирая выбившуюся прядку и вызывая тошноту. — Думаешь, мистер Коулман разрешит мне тебя периодически трахать и снимать на видео? Я бы ему их присылал. За то, что напиздел про меня всякой хрени тренеру.
Он прислонился носом к её волосам и шумно втянул воздух. А её костяшки пальцев зачесались от страшного желания вмазать ему по этому носу. Парень отстранился, всем видом показывая, что он ждет ответа, а Кира поджала губы, борясь со слезами. Фрэнк загнал её в угол.
— Я приму молчание за знак согласия, — произнес он, кивнув сам себе и поцеловал её в угол губ, вышибая из неё порцию слез. — А теперь соси.
Кира услышала звук расстёгивающейся ширинки и непроизвольно посмотрела вниз, тот уже освободил свой полутвердый член. В этот самый момент в голове Киры сработал какой-то рычажок. Глаза застелила белая пелена гнева, а тело налилось адреналином. Она ударила его ребром ладони в кадык, а после коленом в высунутый из штанов член.
— Я НЕ ШЛЮХА! ТЫ, УРОД ПОГАНЫЙ! — заорала она и принялась пинать его ногами.
В этот самый момент она была готова убить его. Страстной и грозной она была в своем гневе, но недолго. Фрэнк был сильнее её. Превозмогая боль, он схватил её за лодыжку, и она оказалась на полу. А после он придавил её своим телом, фиксируя руки. Он наклонился поцеловать ее, но она укусила его, прокусывая кожу. Парень взвыл, отстраняясь, чем дал ей очередное преимущество и возможность ударить его ниже пояса. Вмиг она вскочила на ноги и побежала прочь.
***
Дэвид гнал как не в себя. Прослушав её сообщение, он тут же бросился к машине, ругая себя, что не ответил на звонок незнакомого номера. Он решил, что это телемаркетинг, по этой причине не сразу прослушал голосовую. Идиот!
Паника внутри него набирала обороты с каждой секундой. Что выяснил Вашингтон и как лишить его этого, что бы это ни было? Он не очень понял, что Кира имела в виду в своем сообщении. Он звонил ей на мобильный; сначала она сбросила звонок, а после ее номер вообще был не доступен. Дэвид приготовился к худшему. Приехав на место спустя двадцать минут, он тут же кинулся к дому. Ему было плевать на то, что произойдет дальше. Дейв принялся тарабанить в дверь, не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Потеряв терпение, он пошел на задний двор. Попасть в дом можно и не через парадный вход. Подняв с земли увесистый камень, он готов был уже выбить стекло, как кто-то с соседнего двора крикнул:
— Эй ты там! Ты что делаешь?
Мужчина тут же бросил камень и побежал к своей машине. Он снова набрал Киру, но её телефон был выключен. В ушах звенело, а сердце билось так сильно, что готово было выскочить из груди. Он просидел в машине некоторое время, восстанавливая дыхание и лихорадочно соображая, что делать.
«Может быть, он назначил ей встречу в другом месте? Почему её телефон выключен?»
Он отъехал на некоторое расстояние и принялся наблюдать за домом. Так он просидел в засаде около десяти минут, трясясь от напряжения и негодования. Его телефон завибрировал. Пришло сообщение, опять незнакомый номер. Дейв не задумываясь открыл его, и его лицо вытянулось. Это было фото обнаженной Киры, игриво кусающей нижнюю губу. Он несколько минут просто пялился на её фото, чувствуя, как в районе солнечного сплетения образуется горечь. Затем тот же номер прислал видео. Дэвид нажал воспроизведение. На экране показалась Кира. Она в какой-то комнате в той же одежде, что и была сегодня в школе. Затем он видит, как к ней вплотную подходит Вашингтон. Мужчина был уверен, что это он, хоть и видел его со спины. Тот гладит её по голове, и Кира никак не реагирует, не перехватывает его руку, ничего. Звука на видео не было. Затем он увидел, как парень наклонился за поцелуем. Глаза Дэвида заблестели негодованием, а сердце пропустило удар, причиняя боль. Горечь в районе солнечного сплетения потекла вниз к желудку и печени. С этого ракурса было плохо видно, куда он её поцеловал. Но это было уже не важно. Она не оттолкнула его, не отстранилась, не ударила. Ничего. Ему внезапно стало трудно дышать. Он проиграл видео еще раз, а затем еще, пока слезы не потекли из глаз.
***
Она запоздала поняла, пробежав примерно два квартала, что её телефон остался у мрази Вашингтона. И, конечно, она ни в коем случае не собиралась за ним возвращаться. Девушка остановилась, переводя дух. Сердце часто билось, отдавая шумом в ушах. Внутри неё все буквально клокотало от пережитого. Но она не знала, что ей хотелось больше — вернуться и бить Фрэнка до кровавых соплей или бежать еще дальше без оглядки. Где же Дэвид? Почему он не приехал? Или, может, приехал? Она очень надеялась, что приехал. Разыгравшееся воображение рисовало всяческие картины свершения справедливости. Внезапно на неё накатила страшная слабость, так что ноги подкосились. Рядом была детская площадка, и девушка кое как доплелась до единственной пустой скамейки. Несколько мгновений она сидела, приходя в себя, а потом её прорвало, и она разрыдалась. С трудом, но ей все же удалось выпросить у прохожих телефон для звонка. Все подозрительно таращились на зареванную девку, не останавливаясь. Дэвид не брал трубку. А после и вовсе отключил телефон.
Когда Кира добралась до дома, её встретил отец, который тут же оценил состояние дочери и принялся допытываться о произошедшем. Пришлось врать, что она забыла телефон в автобусе, чем вызвала его негодование. Хотя он ничего не сказал, но Кира видела, что он зол, да и плевать, главное, что он поверил. Оставшись наконец одна, она тут же стала звонить Дэвиду с домашнего телефона, но всё без толку. Его телефон был выключен, и этот факт вызвал у неё страшную тревогу. Она не знала, что делать дальше. У Фрэнка её телефон с перепиской, ему даже свою копию показывать не надо! Блять, зачем она вообще пошла к нему, почему не дождалась Дэвида? Все ведь могло быть по-другому, а теперь она не знала, что и думать. Она вся извелась и мерила комнату шагами, как дикая кошка, пойманная в клетку.
Эту ночь она не спала, и в школу пришла ни свет ни заря, караулить его возле кабинета. Воображение рисовало страшные картины, как Дэвид бьет Фрэнка, и его забирает полиция, и сейчас он в тюрьме или еще чего. Но Дэвид не появился. Как и Фрэнк. Кира боялась, что её догадки подтвердились. Первый урок она просидела как на иголках, а на перемене выловила одного из ботанов, что ходит с ней на дополнительные занятия.
— Привет! — Она пыталась выдавить из себя приветливую улыбку. — Что это, я не видела мистера Коулмана. У тебя уже был с ним урок?
— Нет, — ответил парень, обдав её несвежим дыханием. — То есть, урок был. Но его вела Грин.
— Грин? — Сердце Киры ушло в пятки.
— Ага. Она сказала, что мистер Коулман уволился. Представляешь?
***
Она была на пути к его дому, без конца звоня его ему с аппарата отца, который тот отдал ей сегодня утром. Чтобы не ходила без телефона, пока не купят новый. Дэвид не брал трубку. Голосовые она ему уже не оставляла, потому что поняла: он их не слушал. Во всяком случае, он не в тюрьме, что уже хорошо. Но это никак не объясняет отсутствие бывшего в школе тоже. Добравшись до места, она с частым биением сердца принялась звонить в дверь. Сначала никто не открывал, хотя она знала, что дома кто-то должен быть. Хотя бы его мать с сиделкой. Спустя некоторое время дверь все-таки открыли. Это был Дэвид. Он был бледен, бледнее чем обычно, а его белки окрасились в красный цвет, под глазами залегли темные тени, и от него разило спиртным. Кира тут же вся сжалась. Почему-то видеть его пьяным было неприятно. Она прекрасно знала, на что способен алкоголь, вспомнить хотя бы её отца и его поведение под градусом.