Бетельгейзе
Шрифт:
– И что ты узнал? – спросил следователь.
– Узнал лишь о существовании других миров, – ответил я.
– А про загробный мир ты ничего не знаешь? – вдруг спросил он, и в его голосе прозвучала надежда.
– Что, всем сердцем желаете попасть в рай? – пошутил я, но, кажется, моя шутка попала в цель.
– Ну и дела, – прокомментировал Адонис.
– Да, я хочу жить с надеждой на лучшее. Мои страдания хоть как-то должны окупиться, – сказал следователь.
– Стойте-стойте! Вы, господин следователь, исследуете паранормальное явление с надеждой узнать о загробном мире? – удивленно спросил Адонис.
– Я ни во что не верил, пока не встретил его, – заявил следователь, указывая на меня. – Из-за него у меня появилась надежда на прекрасную жизнь. Он всему виной. До этого я не верил ни во что, кроме бессмысленности нашего бытия.
– Да, я вас понимаю, – сказал Адонис следователю. – Жить с верой действительно намного легче.
– Хочется верить, что где-то там существует справедливость, которая воздаст всем по заслугам, – сказал следователь. – Хочется верить, но верится с трудом.
– А что за мистика произошла, что вы вдруг начали верить в чудеса? – спросил Адонис.
– Да, много чего произошло, – ответил следователь. – На работе постоянно приходится сталкиваться с людской мерзостью. Мы каждый день имеем дело со смертью и преступностью, словно нас изолировали от нормального мира. Начинаешь думать, что весь мир прогнил от человеческой жадности и бесчеловечности.
Когда я только начинал работать в правоохранительных органах, моя психика подверглась ужасным испытаниям, и в итоге я получил психическую травму. Именно тогда я впервые в жизни захотел поверить в чудеса, а точнее – в справедливость после смерти. Мне хочется, чтобы всё заканчивалось здесь. Я жажду, чтобы после смерти все преступники получили заслуженное наказание.
– Ох, какие у вас амбиции! Круто, что вы так настроены! Это действительно впечатляет. Такая преданность в наше время – большая редкость, – восхитился Адонис. – Я готов следовать за вами, мой мастер.
– Вы опоздаете на урок. Идите в 87-й кабинет, – сказал следователь.
– Мне бы ещё хотелось с вами поговорить, господин следователь, – попытался задержать его Адонис.
– Увы, я должен идти на работу, а вы должны прилежно учиться, – ответил следователь.
На этом мы завершили беседу, которая, несмотря на свою краткость, надолго останется в нашей памяти.
– Крутой мужик, – сказал Адонис, когда следователь ушел.
– И чем он тебя так впечатлил? – спросил я.
– Не знаю, но я чувствую в нём профессионализм, – ответил Адонис.
Глава 6.2
Вторая часть
Когда уроки заканчиваются, я испытываю чувство облегчения и завершённости дня. Завершение учебного дня приносит ощущение выполненного долга. Приятная усталость сменяется предвкушением свободного времени. Наконец можно отдохнуть и заняться любимыми делами, оставив позади все заботы и обязанности.
По возвращении домой я с удовольствием погрузился в любимые видеоигры. Комната наполнилась приятным чувством умиротворения после долгого отсутствия. Мягкий свет монитора отражался на клавиатуре, словно приглашая в виртуальные приключения. Забытые мелодии саундтреков вновь ожили, наполняя пространство знакомыми звуками.
Пальцы ловко забегали по клавишам, возвращая утраченную быстроту реакции. Мир за окном перестал существовать, уступая место цифровым ландшафтам и захватывающим сюжетам.
Ничего не предвещало беды, как вдруг чья-то рука коснулась моего плеча, и я вздрогнул. Я был уверен, что кроме меня в доме никого не было и быть не должно. В комнате повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим гудением компьютера. Сердце забилось чаще, предчувствуя что-то неладное. Казалось, воздух стал густым и тяжёлым, дышать стало труднее.
Я снял наушники и медленно обернулся, стараясь сохранять спокойствие и делая вид, что всё в порядке. Передо мной стояла Лилия.
Лёгким движением ног я повернул офисный стул в её сторону. На ней было синее платье, но без доспехов: не было нагрудника, железных перчаток или сапог. Её мирный, не боевой вид успокоил мои надвигающиеся тревожные мысли. Однако я испытывал смешанные чувства: радость от встречи с ней и беспокойство от неожиданности её появления.
– Напугала же ты меня, – сказал я, стараясь скрыть лёгкую дрожь в голосе.
– А по твоему лицу и не скажешь, что ты напуган, – ответила она, продолжая осматривать мой дом.
– Что ты тут делаешь? То есть, что тебя сюда привело? – спросил я, пытаясь скрыть своё удивление. – Ну, что бы ни было, добро пожаловать в мой дом. Я люблю гостей.
– Я проголодалась и пришла к тебе. Мы ведь с тобой друзья, правда? – спросила она, глядя на меня с лёгкой улыбкой.
– Верно, мы с тобой лучшие друзья, а друзья должны помогать друг другу. Не зря же говорят, что крепкая дружба зарождается после драки, – ответил я, стараясь сохранить лёгкий тон.
– Красивый у тебя дом, – сказала она, продолжая осматривать мою комнату. – Несмотря на большие окна, здесь довольно тепло.
Она начала внимательно изучать мою комнату, аккуратно прикасаясь ко всем предметам. Даже к самым обычным и неприметным вещам она относилась с особым вниманием, слегка ощупывая их. В её взгляде читались пытливость и стремление разгадать тайну каждого предмета.
«Ну, хотя бы она не кладёт всё в рот», – подумал я, наблюдая за её детским поведением.
– Раз ты голодна, пойдём на кухню, – предложил я.
– Не волнуйся, я тебя сильно не беспокою. Могу ли сначала помыться у тебя дома? – спросила она, глядя на меня с лёгкой надеждой.
– Как я могу тебе отказать? Наполнить тебе ванну? Тебе ванну с пенкой или без? – поинтересовался я, стараясь быть гостеприимным.
Неожиданно Лилия ударила меня по лбу кулаком. На удивление, её удар оказался очень слабым, что меня порядком удивило.
– Не подлизывайся, – холодно произнесла она, но даже эта холодность звучала прекрасно.
«Значит, ванна будет без пены», – подумал я.
– Я понял… – ответил я, стараясь сохранить спокойствие. – Пожалуйста, не путай гостеприимство с подхалимством, – как можно мягче добавил я, чтобы не обидеть её.
– Хорошо, я постараюсь привыкнуть к твоим пряным словам.
– Тогда я принесу полотенце и сменную одежду, – ответил я и направился за полотенцем. Лилия последовала за мной.
Доставая из шкафа полотенца, я задумался о её сменной одежде. Поразмыслив немного, решил дать ей свою и взял белую футболку и чёрные шорты. После этого мы направились в ванную комнату.